ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Марина ЗОЛОТАРЕВСКАЯ


Об авторе перевода. Содержание раздела

Эдвард Джон Мортон Дракс Планкетт (англ. Edward John Moreton Drax Plunkett), восемнадцатый барон Дансени (англ. Dunsany) (24 июля 1878, Лондон — 25 октября 1957, Дублин) — ирландский англоязычный писатель и поэт.

Богатый аристократ, Дансени писал для развлечения, иногда публикуя книги за свой собственный счет под фамилией «Дансени». По признаниям Говарда Лавкрафта и Роберта Э. Говарда, оказал большое влияние на их творчество.

Считающийся одним из создателей жанра фэнтези, лорд Дансени создал воображаемую страну Пегана, навеянный ирландским фольклором и романтической литературой XIX века. Ей посвящены сборники рассказов «Боги Пеганы» (1905) и ряд последующих: «Время и Боги», «Меч Уэллерана» и др. Но самыми известными творениями автора в жанре фэнтези являются роман «Дочь Короля Эльфов» и юмористическая сказка «Сокровища Гиббелинов». На счету лорда Дансени также ряд реалистических произведений, в частности сериал о Джозефе Джоркенсе, и научно-фантастический роман «Последняя Революция» — о восстании машин. Дансени написал множество театральных пьес и сценариев.

Лорд ДАНСЕНИ

ЧУДЕСНОЕ ОКНО

(Перевод Марины Золотаревской)

Старика в восточном одеянии прогнала с места полиция, и поэтому на него и на пакет, который он держал под мышкой, обратил внимание мистер Слэдден, зарабатывавший на хлеб насущный в универмаге господ Мерджина и Чатера.

Мистер Слэдден слыл самым глупым молодым человеком в заведении; соприкоснувшись с романтикой — хотя бы с намеком на неё — он, бывало, устремлял взоры вдаль, точно стены универмага представляли собой паутину, а сам Лондон — миф, и забывал заняться покупателями.

Одно то, что грязная бумажная обёртка на пакете старика была покрыта арабскими письменами, уже навеяло мистеру Слэддену романтические мысли, и он шёл следом, пока небольшая толпа не отстала и чужак не остановился у края тротуара, разворачивая пакет и готовясь продавать находившуюся внутри вещь. Это оказалось окно в старой деревянной раме, с мелкими стёклами, оправленными в свинец; оно было немногим больше фута в ширину и меньше двух футов в длину. Мистер Слэдден никогда не видел раньше, чтобы на улице продавалось окно, поэтому он спросил о цене.

— Цена ему — всё, чем ты владеешь, — отвечал старик.

— Где вы его взяли? — спросил мистер Слэдден, ибо окно было диковинным.

— На улицах Багдада я отдал за него всё, чем владел.

— А многим вы владели? — поинтересовался мистер Слэдден.

— У меня было всё, чего душа пожелает, — ответил тот, — кроме этого окна.

— Это, должно быть, хорошее окно, — заметил молодой человек.

— Это волшебное окно, — сказал старик.

— У меня при себе только десять шиллингов, но дома есть пятнадцать шиллингов и шесть пенсов.

Старик немного подумал.

— Тогда цена этому окну — двадцать пять шиллингов шесть пенсов, — объявил он.

Только когда сделка была заключена, десять шиллингов уплачены, и странный старик пошёл получать пятнадцать шиллингов шесть пенсов и устанавливать волшебное окно в единственной комнате мистер Слэддена, тот осознал, что не хочет этого. А они уже подошли к дверям дома, в котором он снимал комнату, и для объяснений было, пожалуй, слишком поздно.

Незнакомец потребовал уединения на время установки окна, и мистер Слэдден оставался снаружи, на верхней площадке короткой скрипучей лестницы. Он не услышал ни единого удара молотка.

Но вот непонятный старик вышел: выцветшее жёлтое одеяние, большая борода, глаза устремлены в дальние пространства. «Кончено», — сказал он, и они с молодым человеком расстались. Остался ли он — цветовым пятном, анахронизмом — в Лондоне, довелось ли ему когда-нибудь возвратиться в Багдад, и через чьи тёмные руки прошли двадцать пять шиллингов шесть пенсов, мистер Слэдден так и не узнал.

Он вошёл в комнату с голыми стенами, бывшей для него спальней и вообще единственным помещением, где он проводил время от закрытия универмага до того часа, когда гг. Мерджин и Чатер начинали день. Домашние божества столь обшарпанной комнаты, должно быть, непрестанно дивились его опрятному сюртуку. Мистер Слэдден снял его и аккуратно сложил; да, вот оно, окошко старика, вставленное довольно высоко в стену.

Прежде это была глухая стена, единственным украшением которой служил подвесной шкафчик, так что мистер Слэдден, как только убрал сюртук от греха подальше, поспешил посмотреть в своё новое окно. Оно оказалось как раз на месте шкафчика, приспособленного им для хранения чайной посуды; сейчас вся она стояла на столе. Когда мистер Слэдден выглянул в окно, был поздний летний вечер; в такое время бабочки уже складывают крылышки, а нетопыри ещё не летают, — но здесь был Лондон: лавки закрылись, а фонари ещё не зажглись.

Мистер Слэдден протёр глаза, потом протёр окошко, но он по-прежнему видел перед собой ослепительной синевы небо, а далеко внизу, так далеко, что оттуда не доходили ни звуки, ни дым каминных труб, — средневековый город с башнями; коричневые крыши и булыжные мостовые, а дальше — белые стены с контрфорсами, а за ними — яркие зелёные поля и миниатюрные речушки. На башнях сидели в ленивых позах лучники, а на стенах расположились копьеносцы; порой повозка проезжала по древней как мир улице и выползала из городских ворот в сторону деревни, а порой направлявшаяся в город колымага выдвигалась из дымки, окутывавшей к вечеру поля.

Иногда люди высовывали головы из решетчатых окон; иногда какой-нибудь досужий трубадур заводил песню, и никто никуда не спешил, ни о чём не тревожился. Отделённый зыбким головокружительным пространством, — ибо мистер Слэдден, казалось, находился выше над городом, чем любая соборная горгулья, — он всё же обрёл подсказку в одной ясно различимой детали: на флагах, реявших над всеми башнями с их праздными лучниками, были густо рассыпанные по белоснежному полю маленькие золотые драконы.

Он слышал доносившееся из другого окна рычание автобусов, он слышал вопли мальчишек-газетчиков.

С тех пор мистер Слэдден стал как никогда часто грезить наяву в заведении гг. Мерджина и Чатера. Но в одном отношении он вёл себя мудро и осмотрительно: постоянно и осторожно наводя справки о золотых драконах на белом знамени, он никому не сказал ни слова о своём чудесном окне. Он научился распознавать флаги всех королей Европы, даже занялся по-любительски историей, вёл расспросы в антикварных лавках, где понимали толк в геральдике, но нигде не смог найти ни крупицы сведений о маленьких драконах на белоснежном гербовом поле. И когда ему показалось, что эти маленькие драконы махали крыльями ему одному, он полюбил их, как мог бы любить лилии своей отчизны человек, изгнанный в пустыню; как мог бы любить ласточек тяжелобольной, знающий, что вряд ли доживет до новой весны.

Как только гг. Мерджин и Чатер закрывались, мистер Слэдден возвращался в свою жалкую комнатушку и пристально смотрел сквозь чудесное окно до того часа, когда в городе становилось темно, и стражник с фонарём отправлялся в обход по крепостному валу, и опускалась бархатная ночь, полная неведомых звёзд.

Однажды ночью он попытался получить новый ключ к разгадке, зарисовав очертания созвездий, но и это никуда его не привело, ибо подобные не сияли ни на одном из небесных полушарий.

Каждый день, как только просыпался, он тотчас спешил к чудесному окну, и там был город, на расстоянии казавшийся миниатюрным, весь сияющий в утренних лучах, и золотые драконы танцевали в солнечном свете, и лучники потягивались или расправляли руки на продуваемых ветром башнях. Окно не открывалось, поэтому он никогда не слышал песен, которые там, внизу, распевали трубадуры под позолоченными балконами; он даже не слыхал, как звонили колокола, хотя видел, как что ни час слетали с гнёзд галки. Но первым долгом он всегда обводил взглядом все башенки, возвышавшиеся над крепостным валом, желая увидеть маленьких золотых драконов, реющих там на своих флагах. И увидав, что они красуются на белых полотнищах над каждой башней на фоне изумительно глубокой синевы неба, он, удовлетворённый, одевался, и, бросив прощальный взгляд, отправлялся на работу, унося в душе счастье.

Клиентам гг. Мерджина и Чатера было бы трудно догадаться о единственной мечте мистер Слэддена, когда тот расхаживал перед ними в своём опрятном сюртуке: ему хотелось стать тяжеловооружённым всадником или лучником, чтобы сражаться за маленьких золотых драконов, паривших на белоснежном флаге неизвестного короля в недосягаемом городе. В первое время мистер Слэдден всё кружил и кружил по убогой улочке, на которой проживал, но и это не дало ему ключа к разгадке; а вскоре он заметил, что под его волшебным окном дуют совсем не такие ветры, как с другой стороны дома.
В августе темнеть стало раньше: именно это сказали ему в универмаге другие сотрудники, так что он испугался было, что они догадались о его тайне; и теперь ему доводилось проводить перед чудесным окном намного меньше времени, ибо там, внизу, огни были скудны и гасли они рано.

Однажды утром, ближе к концу августа, как раз перед уходом на работу, мистер Слэдден увидел отряд копьеносцев, бегущий по булыжной мостовой к воротам средневекового города — Города Златого Дракона, как он, исключительно мысленно, называл его, хотя никогда не говорил о нём ни с кем. Вслед за этим он заметил, что лучники то и дело переговариваются меж собой и передают друг другу связки стрел впридачу к тем, что были у них в колчанах. Головы высовывались из окон чаще обычного; из дверей выбежала женщина и позвала детей домой; по улице проскакал рыцарь, а потом новые группы копьеносцев рассыпались вдоль стен и все галки поднялись в воздух. На улице не пел ни один трубадур. Мистер Слэдден бросил взгляд вдоль башен, дабы убедиться, что флаги веют и все золотые драконы въются на ветру. Потом ему пришлось отправляться на работу.

Вернулся он в этот вечер на автобусе и по лестнице поднялся бегом. В Городе Златого Дракона, казалось, ничего не происходило, только на мощеной улице, ведущей к воротам, собралась толпа; лучники на своих башнях, раскинувшись, как будто предавались обычному безделью; потом белоснежное полотнище скользнуло вниз вместе со всеми своими золотыми драконами; он не увидел сперва, что все лучники мертвы.

Толпа валила сейчас в его сторону, по направлению к отвесной стене, с которой он смотрел. Люди под белоснежным знаменем, испещрённым золотыми драконами, медленно отступали; их теснили люди под другим знаменем, на котором был изображён огромный красный медведь. Ещё один флаг на башне пополз вниз. Тогда он понял всё: золотые драконы терпели поражение — его маленькие золотые драконы.

Воины медведя вот-вот должны были пройти под окном; что угодно, сброшенное им с такой высоты, рухнуло бы со страшной силой: каминные щипцы, кусок угля, его часы, что бы ни подвернулось под руку — он ещё мог постоять за своих маленьких золотых драконов. Из одной башни вырвалось пламя, лизнуло ноги сидящего лучника; тот не шевельнулся. И вот чужой штандарт оказался вне поля зрения мистер Слэддена, прямо под ним.

Мистер Слэдден выбил стёкла волшебного окна и кочергой выломал скреплявший их свинец. В тот же миг, как стекло разбилось, он увидел, что знамя, усыпанное золотыми драконами, развевается по-прежнему; а затем, когда он отступил, собираясь швырнуть кочергу, в лицо ему хлынул запах таинственных пряностей, и всё исчезло, даже дневной свет, ибо за осколками волшебного окна не было ничего, кроме шкафчика, в котором он держал чайную посуду.

И хотя теперь мистер Слэдден старше, знает о мире больше, и даже владеет собственным заведением, ему так и не удалось приобрести другое подобное окно, и с тех пор ни книги, ни люди так ни разу и не донесли до него слухов о Городе Златого Дракона.

 

1911

Другие переводы М.Золотаревской:

Урсула Ле Гуин. «Ребенок и тень», эссе,

Дж. Гордон Байрон, «Лара». Поэма

Проза

Стихи в очерке Аллы Ходос

Альманах 1-07. «Смотрите кто пришел». Е-книга  в формате PDF в виде zip-архива. Объем 1,4 Мб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com