ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Елена ВИНОКУР


Об авторе. Содержание раздела

2009 г.

 

В ВОСЬМИ СТРОКАХ

 

Снегопад

 

Прости меня за этот снегопад,

который длится столько долгих лет.

Он заметает мой далёкий след

и застилает твой прощальный взгляд.

 

Он не пускает солнечный рассвет

и покрывает жёлтую траву.

Прости за то, что я давно живу

в краях, где снегопада просто нет.

 

 

* * *

Превышает скорость звука

неизбежная разлука.

В дом влетит она без стука,

разрушая всё вокруг.

 

Ожидать смиренно глупо.

Не впадай, любимый, в ступор.

Прокричи погромче в рупор,

что не заказывал разлук!

 

 

Умереть — не страшно

 

Умереть — не страшно. Страшно бросить

эту жизнь на произвол судьбы.

Упадёт с небес однажды проседь

в чистые зеркальные пруды,

обовьёт неласково, порочно

лунную осколочную медь.

Умирать — не страшно и не срочно.

Жить страшней, чем взять и умереть.

 

 

* * *

Денег куры не клевали —

денег не было. Едва ли

куры что-то понимали

в тонкостях вопроса,

информацией владели...

Ну, не любят куры денег!

Куры-дуры есть хотели,

просто ждали проса.

 

 

* * *

Наверно, было так всегда —

Одним — слеза, другим — вода,

а третьим — кровь-вино.

 

Наверно, было так всегда —

В спираль закручены года,

И всё темнее дно.

 

И не познать небесных сил,

И хрупок ледяной настил,

И бесконечен свет.

 

Дрожит от холода звезда.

Наверно, было так всегда.

А может быть, и нет...

 

 

В период упадка

 

В период упадка,

Конечно, не сладко.

И выглядит жалко

Всемирная свалка.

 

В период упадка

Не ждите порядка:

Попавшие в смуту

Спасают валюту.

 

В период упадка

До дна, без остатка

Все чаши испиты,

А копья — разбиты.

 

Так неутешительна метеосводка,

Что спешно планеты меняют места.

Но снова восходит смиренно и кротко

И смотрит с небес голубым самородком

Звезда нескончаемого Рождества.

 

 

Вот какой у нас январь

 

Дует с моря лёгкий бриз.

Птица села на карниз

и пропела гимн — заре

в январе.

 

На горе алеет мак:

жаркий всполох, верный знак,

что не сбился календарь —

ах, январь...

 

Светлый дождь омыл алтарь.

Засияла пастораль:

бирюза, гранат, янтарь.

 

Вот какой у нас январь

щедрый царь!

 

 

Проходили реки посуху

 

Проходили реки посуху,

добывали воду посохом,

на камнях растили рожь.

 

Не боялись странных шорохов

и сухих горячих всполохов,

в ночь вонзавшихся, как нож.

 

Любовались звёздной россыпью,

продвигались тихой поступью,

не просили: «Сократи

расстоянья!» И погибели

не искали.

Вот и прибыли.

Дальше некуда идти.

 

 

Февраль, вздохнув...

 

Февраль, вздохнув, сойдёт на нет...

Оставит пригоршню монет

на мелкие расходы.

 

Вся жизнь проходит, как февраль.

А впрочем, ничего не жаль!

Какие наши годы?

 

За февралём ворвётся март.

Подкинет стопку старых карт —

Игральных и дорожных,

 

И где-то тоненький ручей

в объятьях солнечных лучей

нам пропоёт, возможно,

 

простую трепетную трель...

О том, что впереди — апрель.

 

 

Зной

 

Температура воздуха всё выше.

Расплавленно стекают в море крыши.

И кажется, что просто нет предела

температуре воздуха и тела.

 

Температура воздуха всё та же.

Лежу себе, расплавленно, на пляже

среди бесчувственных сгоревших тел,

которые познали свой предел.

 

Одним — слеза, другим — вода,

а третьим — кровь-вино.

 

 

Круассон

 

Круассон держал фасон.

Не следил за глупой модой,

но своей мучной породой

не был удовлетворен.

 

Он, румян и пышнотел,

так любил свою персону,

что хотелось круассону,

чтоб никто его не съел.

 

Просто так лежал в тиши

и, черствея понемножку,

рассыпал сухую крошку

неизведанной души.

 

Дождик шёл, и ветер дул,

навевая лёгкий сон.

Кто-то слопал круассон

и даже глазом не моргнул.

 

 

Здесь

 

...А небо так низко, что мало-помалу

поверишь, он здесь — мироздания центр.

И ждущему роскоши провинциалу

придётся и взгляды менять, и акцент.

 

Большое богатство, заморский мой гость, —

покрытая ржавчиной старая ось

единственной нашей Вселенной.

 

А также не менее ценно,

что тёмные камни безмолвно-горды,

что в бездне тяжёлой и мёртвой воды

таится секрет исцелений.

 

Здесь — музыка мифов из тысячи стран,

здесь часто витает коварный туман

пророчеств, страстей, преступлений.

Здесь воздух как взрывоопасная смесь.

 

Здесь всё началось. И закончится — здесь.

 

 

* * *

Дождь, который длился вечность,

пробуждая человечность

и стремление к теплу,

дождь, который длился вечность,

проклиная быстротечность,

льнул к холодному стеклу.

Дождь, который длился вечность,

превращался в бесконечность,

ускоряя капель дрожь.

И они летели мимо.

И была неумолима

мысль, что это — мнимый дождь.

 2    3    4    5    6    7    8    9    10    11    12    13 

Об авторе. Содержание раздела. Новые стихи

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com