СТИХИ 2008 ГОДА
Меняю...
Дыхание марта почти уловимо.
Зима постепенно становится тенью.
И я безрассудно, но неумолимо
Меняю окраску — готовлюсь к цветенью.
Ещё изливают дожди у порога
Тоскливые песни восточного гуру.
Но плакать осталось недолго, немного,
И я увлеченно меняю фигуру.
Ещё холодны и угрюмы рассветы.
Но к рейсу готов ослепительный катер.
И я, предвкушая безумие лета,
Меняю привычки. И даже — характер.
Тебя со спокойной душой отпускаю.
В руках остается козырная карта.
Ты вспомнишь и вздрогнешь, когда поменяю
Дожди февраля на дыхание марта...
Солнце — шмель
Пусть март, как пьяный хулиган,
Рыдает, путаясь в прогнозах,
Взрывается в коротких грозах,
Приносит дерзкий ураган...
А солнце-шмель
Нагреет хмель
На очень медленном огне,
Чтобы пришлась по вкусу мне
Расплавленная карамель.
Смотри: мохнатое светило
Плывет, холодное на вид,
И никого не ослепило,
И ничего не опалило,
Но если вслушаться —
Жужжит!
И этот звук,
Замкнувшись в круг
Живого солнечного света,
Таит и радость, и испуг,
И озарение, что вдруг
Примчится шмель, и будет лето.
Мой маленький гений
Мой маленький гений,
В тебе я когда-то
В минуту сомнений
Искала опору.
И мы любовались печальным закатом,
Плескались в морях и карабкались в гору.
Мой нынешний гений - глухая тетеря.
Сидит на крылечке да семечки лущит.
Зато у меня - белокаменный терем!
(Чем глубже зарыты таланты, тем лучше,
Тем проще, тем легче.
И нет сожалений,
И стойка — покрепче,
Починена крыша).
Мой брошенный ангел, мой маленький гений
Мне больше любовные письма не пишет...
Ветра
Опять с утра бесчинствуют ветра.
Опять тоскливые шальные песни
Разносятся в холодном поднебесье,
Которое, как старая кора
Больного дерева — в морщинах и узлах,
Со множеством таинственных отметин.
Но ветви страстно обнимает ветер.
И дерево поет, не помня зла...
Ночная бродячая песенка
Бродят псы. Протяжно воют
Обо всём, что не сбылось.
Где-то бродим мы с тобою,
Но уже не вместе, врозь.
Ночи темная лавина
Всех закутала до пят.
Бродят сны. И только вина,
Как положено, бродЯт.
А луна — такая леди
В кринолинах-облаках,
Что, краснея, вина бредят
В старых кожаных мехах.
Жизнь — игра, в которой вроде
Всё предопределено.
Вот и бредим. Так и бродим.
Я — луна, а ты — вино.
* * *
Сегодня — дождь. Его слепые струи
Несутся с крыш и водосточных труб,
Нечаянно срывая поцелуи
С твоих обветренных холодных губ.
Сегодня дождь, беснуясь и ликуя
Смывает краски. Обнажает ложь.
Ты веришь во спасенье? Аллилуйя!
Прогноз на завтра обещает дождь.
Не купить ли нам остров?
(Навеяно ст-ем В.Митрохина)
Гениальное — просто.
Не купить ли нам остров,
Вдалеке от трагедий земных?
Изумительно пестрый,
Тихий маленький остров,
Оборудованный для двоих...
Позабыв все печали,
Мы на остров отчалим.
Свято веря, что он через век
Перейдет по наследству.
Но учти: по соседству
Ни один не живет человек.
Через год заскучаем
И за утренним чаем
Мы друг другу вопрос зададим
(Злободневный и острый):
— Не продать ли нам остров?
И, не дрогнув, его продадим.
И нисколько не странно,
Что в различные страны,
Разлетимся мы. Жизнь — такова.
Так давай лучше с миром
Разменяем квартиру.
Что за бред — покупать острова?!
Память на горошине
Издалека, из прошлого
Прикатится горошина.
И память, запорошена,
Присядет и всплакнет.
Начнет меня расспрашивать,
Детали приукрашивать,
Подсунет мне растрепанный
От бурных чувств блокнот.
В нем адреса размытые,
В нем имена забытые,
Большие тайны скрытые,
Немного дежавю.
И памяти прилипчивой,
Настырной и обидчивой
Я расскажу историю
И суть не утаю:
Принцесса на горошине
Обычной стала лошадью,
Рабочею кобылою
С характером точь-в-точь —
Она гостей непрошенных
Сотрет копытом в крошево!!!
И память, взяв горошину,
Уйдет, вздыхая, прочь...
