ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Галина ВИКТОРОВА


АВТОЛЕДИ,
или КАК Я ПОЧИНЯЛА АВТОМОБИЛЬ

Сегодня — грандиозный день. Сегодня у меня появился собственный автомобиль.

 

О нет, нет! Этот убогий текст совершенно не отражает фееричность события!

Надо так: Ура! Я — владелица авто!

 

Отхожу на два шага, нервным движением закидываю воображаемый шарф на плечо. Смотрю, критически прищурясь. Нет, снова не то. Вот нужные слова:

 

СВЕРШИЛОСЬ! Я — АВТОЛЕДИ!

 

Да, уже лучше. Добавить пару восклицательных знаков... Это еще бы в рамочку. Двойную, со стразами по периметру. Но Машка скажет, что меня опять тянет на дешевую бижутерию.

 

Итак, я автоледи. Мое прибытие на работу теперь выглядит синематографически:

Музыка: па-па-па-ПАМ-М!

Кадр:

Плавно, словно сама собою распахивается перламутрово-белая, мерцающая дверка. Медленно появляется моя нога: трепетная щиколотка, лак туфельки, фехтовальный каблук. И шелк шоколадного чулка, скользящий вверх, вверх, вверх, в бесконечность.

Смена кадра:

Обморочные лица сотрудников. Некоторые — с открытыми ртами. У одного из уголка рта стекает слюна.

 

И пусть идут частым ельником все правдолюбцы, которые тут орут, что машина у меня — ОКА, радостного желтенького цвета, и напоминает она круглый яичный желток.

Да, да, все так.

И каблуков у меня нет, а есть джинсы и кроссовки.

И элегантно выпархивать из авто я не могу, роста я баскетбольного, а сложения — подходящего для борьбы сумо, ну это когда два слонопотама в набедренных повязках страстно обнимают друг друга.

Так что из своей окушки я появляюсь как пузырь жвачки изо рта школьника.

 

Но! Господа, это все левые подробности.

 

Главное, что сейчас, после окончания занятий, я не буду с боями и потерями втискиваться в чертову маршрутку, переживая за сохранность пуговиц и кошелька. Я независимо и гордо подъеду к магазину. Я накидаю сумки с продуктами в багажник, а не поволоку их в неуклонно удлиняющихся руках. Я заеду — а не устало забреду — в садик за Юлькой, она запрыгнет на соседнее сидение и, сияя, будет подсказывать мне, когда включать поворотники.

 

Кстати о поворотниках.

Зажмуриваюсь и повторяю ПРАВИЛА:

1. Прежде, чем завестись, снять рычаг со скорости.

2. Прежде, чем тронуться, проверить ручник.

3. Оставляя машину, выключить фары.

4. Главное: НИКОГДА НЕ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ ЗЕРКАЛЬЦЕМ ЗАДНЕГО ВИДА ДЛЯ МАКИЯЖА! Над этим мужики больше всего ржут. Эх, что б понимали. Попробовали бы вести машину, когда тушь в глаз попала.

 

Сажусь, завожусь и трогаюсь — с первого раза. И всё — в соответствии с ПРАВИЛАМИ! Я — умница.

 

Черт! Снова этот звук. Я обратила на него внимание еще утром, по дороге на работу. Но разбираться времени не было, а за делами проблема забылась.

 

Итак.

Звук.

Высокий, повторяющийся через равные интервалы.

Исчезает... Да, исчезает, когда машина останавливается на светофоре.

Источник неясен.

 

Странный звук. Немеханический какой-то, неожиданный для машины. Скрежет, свист? Или визг?

Больше всего, если честно, это похоже на кошачье мяуканье.

Даже не кошки, у кошек такое явственное «мау» слышится. А это — мяканье котенка, скрипучее тоненькое «и — и — и». Точнее, «i — i — i», русское толстозадое «и» для описания тут явно не подходит.

 

Дурацкая идея, кошки у меня в машине быть не может.

На всякий случай припарковываюсь (без ошибок! Я гений!). Выкарабкиваюсь из машины, обхожу ее по периметру, пинаю (все так зачем-то делают) колеса. Заглядываю (идиотизм) в выхлопную трубу. Естественно, ничего подозрительного не нахожу. Тишина.

 

Еду дальше, вслушиваюсь в возобновившийся звук. Переживаю. А вдруг это серьезная поломка? Вдруг мою маленькую желтую девочку придется везти к страшным дядям-автомеханикам?

Возле детского сада нервы сдают окончательно, и я принимаю решение открыть капот.

Снова выбираюсь наружу, ненавидя себя.

 

Нет ничего глупее картины «женщина смотрит под капот». Что я там пойму? Что надеюсь увидеть? Зачем смешу людей?

Э-эх, автоледи...

 

Не успеваю ни осознать, ни испугаться: из-под крышки черной молнией, пушистой стрелой, вопящей пулей вылетает что-то... и исчезает в кустах.

Боже мой, да это действительно котенок! Один из тех, что бегают по нашей стоянке!

Под капотом рядом с запаской есть глухой уголок... видимо чудачок забрался туда вечером, когда мотор был теплым, пригрелся и уснул...

 

Боже мой еще раз! Я же увезла его от дома, от мамы! Перепугала до смерти! Боже мой в квадрате! Он ведь мог выпасть на ходу, прямо под колеса...

 

Всей восторженной детсадовской группой, вместе с воспитателем и нянечкой ловили мы несчастного зверька. «Вон он! Вон! Я его вижу! Гони его на меня!»

Энтузиазма не проявил только котеныш. Он метался по кустам в полном шоке и громко жаловался.

А потом Юлька везла его домой и тихонько уговаривала: «Не бойся, маленький, мы хорошие. Мы тебя не обидим».

 

Кота назвали Карбюратором.

Кариком.

Он урчит как настоящий автомобильный мотор. И очень не любит ездить в машине.

С того дня прошло три года. Юлька уже ходит в школу, я гоняю на девятке. Теперь я бесстрашно заныриваю под капот. Я твердо знаю, что ничего страшнее котят там не водится. И пусть кто-нибудь скажет, что я — не автоледи!

НЕМНОГО О СЮРПРИЗАХ...

Лиза всегда ждала Новый Год.

 

Было время, она и в деда Мороза верила, но это в прошлом, взрослое вранье разъяснилось еще в садике. Теперь-то она уже знала, что чудес не бывает. Но всё же... Всё же...

 

Все же изменения, происходящие дома раз в год, были такими необыкновенными...

Когда еще воздух пахнет хвоей и мандаринами, а конфеты можно брать из вазочки без спроса? А когда еще шьются платья как у принцесс: с бантами, шуршучими оборками и блестками по кругу?

А огоньки?

Однажды Лиза упросила еще до праздника повесить гирлянду над своей кроватью и неделю, засыпая, уплывала в самоцветную сказку.

 

А уж как замирает сердце, когда с антресоли осторожно и трепетно добывается ящик с невесомыми елочными игрушками, красивей которых на свете и нет ничего!

 

В прошлом году один новогодний шарик, красный с серебряными звездочками по кругу, выронился, и бочок у него откололся.

Мама хотела выкинуть, но Лиза впилась клещом и не отдала.

Искалеченный шарик повесили около самого елкиного ствола, в гуще веток, и отбитый кусочек был словно бы входом внутрь, в сияющую зеркальную комнату, в сказочный домик, качающийся на ёлке. Лиза положила на донышко кусочки ваты — постель для крохотных человечков — и вечерами сидела под елкой зачарованным звериком, толи гипнотизируя таинственную, мерцающую глубину, толи сама загипнотизированная ею.

 

В этом году всё не так.

 

В этом году не будет елки.

 

Папа купил искусственную уродину — желтую лакированную палку, на которую надо надевать кольца с жесткими одинаковыми ветками. Когда Лиза увидела эту пластиковую вонючую нелепицу — сначала в голос ревела и требовала унести, убрать, уничтожить! Потом, когда поняла, что без толку, и родители твердо решили больше не мучиться в поисках настоящей елочки, не бороться с иголками, застрявшими в ковре и вообще «участвовать в сохранении родной природы» — спряталась под одеяло и плакала уже для себя.

 

А потом расчертила открытку в две линейки и кривыми буквами первоклашки написала жалобу бабушке, единственному понимающему человеку в семье.

Через неделю пришел ответ.

«Лисёнок, мы с тобой сделаем вот что: я пришлю тебе семечко голубой, самой красивой ели. Ты посадишь его в горшок, и из него вырастет елочка. Ее не надо будет срубать, она не будет сыпать иголки. Да и покупать ее тоже не придется. А пока она будет расти — потерпи, пусть стоит искусственная, раз уж мама и папа настаивают».

 

* * *

Лекс всегда ждал Новый Год.

 

Очень забавно, когда люди ведут себя, подражая далеким предкам. Ставят в доме дерево, надевают старинные одежды, танцуют под полузабытую музыку.

Подарками обмениваются.

Традиции — это сила, так папа всегда говорит.

 

Дерево новогоднее у них — совсем как из леса, иголочка к иголочке, даже пахнет хвойным одорантом, ну не растет только.

Учитель рассказывал: раньше на новогодние деревья вешали стеклянные шары, ну потому что стекло было редкостью и очень ценилось. Сейчас это, конечно, смешно и немодно.

Сейчас самый писк — когда все украшения сделаны своими руками.

Специально продают множество различных наборов «сделай сам». Можно собрать из частей смешных человечков в белых платьях, с крылышками на спине — «анделей». Можно клеить гирлянды из цветного фумикса, но это легкотня, занятие для малышей.

 

Можно складывать из конструктора древние домики с трубами и окошками крестом. Лекс такие домики очень любит рассматривать. Сядет в кресло, поджав ноги, положит голову на стол, носом почти прижавшись к крошечкам-окошечкам, и смотрит, смотрит.

Представляет, как там жили люди, в старину, когда воду носили ведрами, а комнаты освещали свечками, и из-за этого часто случались пожары.

Когда компьютеры были такие огромные, что занимали целый стол.

Когда не было обуви с подогревом.

Когда зверей прямо в доме держали, много, разных.

 

Лекс в этом году свое новогоднее дерево планировал нарядить как раз зверушками.

Мама вчера принесла суперский комплект игрушек: собаки, коты, кони, птицы, какие-то стародавние звери с длинной шеей. (Как их в доме-то держали? Непонятно... Наверно, как раз для этих верзил на крыше приделывали трубу. Чтобы им было куда голову высовывать...)

Каждую малюсенькую фигурку надо поместить в свой специальный раствор — и произойдет чудо: на ней вырастет пушистая ровненькая шерстка. Подсушил, расчесал — и можно вешать на веточку.

Это будет звериный год. Ведь сегодня (он это точно знал, это было обещано), ему подарят щенка!

 

Двери дома, пропев привычную мелодию, автоматически разъехались в стороны, и вместе с облаком морозного воздуха с улицы вошли родители. Папа торжественно нес яркую коробку.

— Лекс, вот твой песик! Последняя модель, с подогревом, запоминает двенадцать команд!

— Папа, но как же??? Но так нечестно! Вы же обещали, обещали! Живого!!! Обещали...

— Дорогой, это несовременно. От живого грязь, шерсть, лужи на полу...

 

* * *

Л7плюс всегда ждал Новый Год.

 

Во-первых, его наконец-то будут звать Л8плюс, а это ж совсем другое дело, сразу понятно, что речь идет о взрослом человеке.

Во-вторых, родители обещали какой-то необыкновенный сюрприз. Вот бы биоробота-трансформера! Пушистого. С тремя режимами мурлыканья и функцией полета...

Но это дорого, очень дорого, он понимает, не дурачок. Столько человеко-часов отцу за год не накопить, а может и за два.

 

Силовое поле на входе дом завибрировало, считывая генетический код, и растаяло, распознав пришедших.

— Л7плюс, милый, подойди! Мы говорили, что новогодний подарок будет удивительным? Вот, смотри! Это — твоя сестренка. Ее зовут М1минус. Правда, славная?

— Мама.. но... Но она же — робот! Сестра — биоробот, какой ужас, что я ребятам-то скажу?!

— Сынок, будь взрослее. Пойми: она не плачет, не пачкает пеленки, всегда слушается и улыбается. Ты ее полюбишь, вот увидишь!

 

* * *

Liis.sa всегда ждала Новый Год.

 

Ждала, когда изменят спектр купола (В этот раз — с фиолетовых длин волн на синие. И сам год будет так называться — Год Турнбулевой Сини. Эстетичное название).

 

А еще ждала подарка от Lex_а. Он и сам нешаблонный, и подарки у него всегда нестандартные.

Ведь что обычно дарят? Программулю новую для улучшения восприятия электромагнитных волн... щегольские флуоресцирующие кристаллы памяти... или смазку для суставов с новомодными присадками.

От Lex_а трафаретных решений не жди.

Он непременно изобретет что-то сингулярное, да так, что окружающие озадаченно загудят кулерами.

 

Ну наконец-то! Портал трансдуктора подал вибросигнал о прибытии визитера.

— Держи, Liis.sa, это тебе, — протранслировал Lex_, — Это информационный пакет — вещь  древняя, из прошлого мира. Кодировка совсем архаическая, переключись на запасной мнемомодуль. Видишь, адресата звали почти как тебя — «Лиза».

 

...«Лисёнок, мы с тобой сделаем вот что: я пришлю тебе семечко голубой, самой красивой ели»...

 

— А здесь — посмотри — старинная программа, управляющая ростом и построением ископаемого объекта — дерева.

 

В конверте был еще один, крохотный, а в нем — коричневая чешуйка.

 

Истерически замигали аларм-тиратроны, взвыли сирены тревоги: «Внимание, внимание, биологический объект! Угроза заражения! Угроза органической жизни! Угроза органической жизни!!!».

Лучи контролирующих лазеров скрестились на опасном объекте.

Вспышка...

 

* * *

— Лиза, Лизонька, проснись, что случилось? Солнышко, да что с тобой?! Проснись, милая, не плачь...

— Мама, мам, ой, я сон видела. Такой страшный... Как будто я стала роботом... Ну как будто много-много лет прошло... И из-за нашей елки — ну потому что мы елку не поставили настоящую — все-превсе люди на свете превратились в роботов. А семечку бабушкину лучами сожгли! Представляешь? Я так плакала...

— Боже мой, Лиза, ну сколько можно! Да купим мы тебе елку, купим, ни каких нервов не хватает...

 

* * *

Надо было монтировать солнечную батарею, но сегодня все валилось из манипуляторов.

Lex_ стоял на внешней поверхности купола и смотрел на звезды. Как их много... Только здесь, снаружи, осознаешь, что купол, в сущности, тонок и хрупок... А скрывающийся под ним мир — уязвим и беззащитен.

И еще там — Liis.sa...

«За твоей спиной»«Письма в шестую палату»«Перестройка и ускорение. Версия Коноваловых»«Стеклодув»«Пленарный доклад на кухне». «ПДК по Ольгам» — «Автоледи». «Немного о сюрпризах...» — «О лете и ни о чем»«Варка каши и параллельные процессы»«Шур и Чурруша»«Таблетки от опозданий»«Отцовская доля»

Более поздние рассказы

Торговые павильоны купить тентовые торговые павильоны.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com