1 2 3 4 5 6 7 8 Она же вертится!! Что наделал этот Галилей? Мы спокойно жили на Земле, В тишине, спокойствии, тепле, Чинно отражаясь в хрустале. Был неспешен черепахи ход И надежны спины трех слонов. Чуть мерцал хрустальный сверху свод В паутине слов, оваций, снов. Не терзала нас сомнений боль — Голову уставя в небеса, Повторяли маленькую роль: «Бог, мол, наверху все знает сам». Мы привыкли пупом быть небес — Пусть он и рубахой не прикрыт, Все курили фимиам себе: За версту от каждого разит. Не кружилась наша голова — Трудно было даже повернуть. Но смутили дерзкие слова, Указали необычный путь. Сдвинулись — сначала на вершок, Даже не вершок — всего на треть. От вращенья ощутили шок: Страшно стало в стороны смотреть. Кругом голова теперь пошла: Небеса заплеваны совсем. Лишь сияют золотом слова: «К лучшему все в лучшей из систем!» Думали, уже живем в раю — Нас же окружает чуть не ад. Кто вину признает в том свою? Галилей ли в этом виноват? Может, снова скрыться под стекло, В лужу к черепахе плюхнуться? Чтобы не туда не занесло? Но в кругу начало ли конца? Завершит Земля свой оборот — Снова возвратится status quo, На круга свои опять придет Слонство, да и черепашество. Тяжелее — правда или бред? Все дороги — в третий Рим ведут? Хорошо бы получить ответ, Прежде, чем окончится маршрут. Глянуть, что ли, кверху — там ли бог? Может, небо вновь из хрусталя? Но Земля уходит из-под ног, Вертится проклятая Земля. * * * Остановись! — прошу тебя не раз, Но ты, не слушая, проходишь мимо, Оставив мне улыбку синих глаз И... легкий запах сигареты «Прима» Я крикнуть не могу тебе «Постой!» И не могу простить себе ошибки: Что предложу? Ведь я совсем пустой, Хоть слово дал: не выходить без «Шипки». А ты, как бы смеясь, дымишь «Опалом», Из новой пачки «Феникс» восстает... Хоть бы однажды «Marlboro» достала! Но нет — ты достаешь «Аэрофлот». Единства душ не видно между нами, Нам вместе быть — не суждено судьбой... Поверь мне: «President» приятней «Явы»! А может, перейти мне на «Прибой»? Я встреч искал с тобою, но напрасно: Ты свой не останавливаешь бег... Мне говорили как-то: ты несчастна И переходишь будто на «Казбек» А все ж был случай: ты меня ждала... От счастья чуть не умер с непривычки, Но зажигалка «Ronson» подвела И от чужой ты закурила спички. И вот, меня презрением обдав, Как будто без тебя я пообедал, Ты с «Ватрою», а я — ну как удав — Зажал во рту пустую пачку «Camel» Я вслед не кинулся и упустил момент, Потом с досады огорченно свистнул И закурил. Но не вульгарный «Kent», А благородно-утонченный «Winston». Мечтал я: Солнце не разлучит нас! (От горя мне Луны казалось мало) А надо мной светился только Марс, Багровой точкой «Беломорканала»... * * * Перейден Рубикон, все в порядке — Много славных ждет в будущем дел... А не делал бы утром зарядки, И его б перейти не сумел. Чтоб потрогать за крылья жар-птицу, Чтоб поймать голубую мечту, Мало просто к победе стремиться, Надо прыгать уметь в высоту. Перейти Рубикон могут все ли? — Только тот, кто отважен душой. Даже пусть удалился от цели, Но зато Рубикон перешел. И уже в предвкушении награды — (Слишком много поставил на кон! — Может, столько и ставить не надо?) — Впереди видишь вновь Рубикон. Ты взлетаешь стрелой арбалета, Нервы тихо звенят тетивой... Присмотрись: Рубиконы ли это? Да и каждый ли — именно твой? Но привычкой влеком, иль надеждой Переделать испуг на успех, Все берешь Рубиконы, как прежде, Продолжаешь барьерный свой бег. Что такое случилось с тобою, Что в глазах поселилась тоска? Все поводишь вокруг головою: Где б еще Рубикон отыскать? Чтоб восполнить былую утрату — Рубиконы минувшей поры — Смело в руки берешь ты лопату, Сам себе Рубикон будешь рыть. * * * По земле все бредет неприкаянно, Всюду ищет хоть временный кров, Безнадежная и отчаянная И непонятая Любовь. Не особенно и надеется, Все же просит людей помочь. И пускают — куда же денешься? — Иногда на целую ночь... А с утра снова гонят веником, Чем ни попадя под рукой... Все недели — из понедельников, И врагу не желаешь такой. Укоряют: чего шатаешься? Ну какого ища рожна? Зря приюта найти пытаешься — Никому ты тут не нужна. Кто-то заперся в стенках спаленки, Кто-то в круге засел друзей... Ну хотя бы кусочек маленький! Ну хотя б — под стекло в музей... Вновь, надеясь на невероятное, Посещает былые места, Ну а люди не могут понять ее: «Ну чего она хочет-та?» Неприятие пухнет и множится, Как в каморке заношенный хлам... Вы уже и не вспомните: может быть, Забредала она и к вам? 1 2 3 4 5 6 7 8 | 
