1 2 3 4 5 6 7 8 * * * Миф о мифе «Миф этот в детстве каждый прочел». Высоцкий ПРОЛОГ и эпилог Мы этот миф учили, как урок — Понятно стало и для дураков: Чтоб лабиринт пройти, имей клубок Хотя бы из ботиночных шнурков. Ребенку вдалбливали с малых лет: Запомни и затылок зря не три, Ища уже отысканный ответ: Чтоб вспыхнул свет — пройди сквозь лабиринт! И жили мы, все запасая впрок, В надежде, что придет заветный час. И кое-кто повеситься не мог, А у других — веревок был запас. .... Нить Ариадны — это световод И Светом ослеплен был Минотавр. Моя интерпретация не врет: Я знаю, потому что сам был там. Я тоже шел сквозь этот лабиринт, Руками по сырой стене скользя, А у стены лежали фонари, Которые зажечь уже нельзя. Все брали фонари с собой во тьму С канистрой керосиновой в комплект, А надо было — нить всего одну, И чтобы в ней всегда струился свет. Во тьме горящий факел — хорошо, Когда сумеешь вовремя зажечь. Ты можешь свеч с собою взять мешок, Но стоит ли игра со смертью свеч? Ты, прежде чем отправиться во мрак, Пока порога не переступил, Подумай же — хотя бы кое-как: Для этого ли ты на свете жил? А если не ответишь на вопрос И скроется от выхода пятно, И не озноб по коже, а мороз, Тогда иди вперед — уж все равно. Здесь шаг за шагом — лишь бетонный пол И писк мышей, снующих из-под ног. И не понять: зачем сюда пришел, На долгий или на короткий срок? Пусть в темноте идешь ты не один, А с лучшим другом — светом фонаря, Но наверху — пускай и среди льдин, А дважды в день — прекрасная заря. Тебе снаружи может день помочь И точки звезд, что сменят синеву... А здесь везде, всегда и всюду — ночь И страхи снов ты видишь наяву. Фонарик ли подвешен на крючок, А может просто отблеск от костра? Ползет по стенке мокрой светлячок... От крови иль от слез стена мокра? Жалею — не бывал здесь Диоген. Как пригодился бы его фонарь! Что делать, если тьме попал ты в плен? Попробуй в стену головой ударь! Чтоб искры разлетелися из глаз — Пусть тьму они разгонят хоть на миг Когда светильник разума угас, Не заменить его костром из книг. Лежат у стенки грудой черепа, Гнилушками сияя из глазниц: Не манит их далекая тропа, Не омрачают сумраки ресниц. Зачем пришли — чредой у стенки лечь? Имели цель забиться глубже в щель? Их голова не скатывалась с плеч — Ее там просто не было вообще. Пусть пламя возгорится из искры! — Мы вовремя сумели искру взять. Но чтоб горели в темноте костры, Сначала дров должны мы наломать. Зачем вошел — ты помнишь ли еще? За правдой если — так она в ногах. И чудится зубов блестящий щелк... А может, Минотавр — твой личный страх? Когда фонарь погаснет среди тьмы И сердце сразу в горле застряет, Что видят даже светлые умы, Когда снаружи их никто не ждет? Когда вас не соединяет нить — Вся теплая от света изнутри, Не может темнота к себе манить: Получше на свету все рассмотри. А если в тьму пришел из темноты? И возвращаться надо снова в тьму? А позади — сгоревшие мосты? — И возвращенье вроде ни к чему. А если взял не нить — бикфордов шнур? Ошибка жизни стоит не одной. И пусть не воровал сегодня кур, Так почему дрожит тогда ладонь? Когда б она касалася руки, А та — еще, и так — живая цепь, Тогда б на свете не было тоски И в темноте. И в мире. И в лице. Убьешь ты Минотавра, или нет — Покажется пусть даже, что убил, Но если сможешь свой оставить след, Не скажут ли потом: «Он наследил»? Привыкнуть к мраку сможет ли иной, Когда за правду выдается ложь? Но вдруг внезапно вспыхнет свет дневной — Ослепнешь, или что-нибудь поймешь? Казалось, бродишь в лабиринте век, От темноты готов сойти с ума... А может быть, не поднимал ты век? Снаружи ли, внутри — вся эта тьма? Быть может, стоит веки распахнуть И посмотреть на все во все глаза — И ты увидишь предстоящий путь, Ночные страхи сможешь рассказать. Путь впереди, пускай и не прямой, Ты выбрал сам и знаешь, как идти, Мечтая: навсегда расстался с тьмой — Вдруг видишь Минотавра на пути. И, меч сжимая в дрогнувшей руке, В себе стремишься отыскать кураж... Но тает Минотавр невдалеке И понимаешь: это все мираж. Опять одна дорога пред тобой, Деревья сбоку скрыли дали вид. И кажется, что выиграл ты бой, А сколько впереди их предстоит? Пусть страх исчез, однако на свету Ты боевой утрачиваешь пыл. Свою мечту унес ты в темноту — В ней нить и Ариадну ты забыл? Ведь нити нет в руке и все светло, Как будто сам ты в световод вошел. А что ушло — взаправду ли ушло? Как убежать от сковывавших шор? И светонить — исчезла где она? Быть может, связан Минотавр был ей? Она при свете вроде не нужна, Но без нее — темнее и больней. Все если тьмой покроется опять И лабиринтом станет вновь маршрут, Вы нить с собой не позабудьте взять: Ей Минотавра хорошо вязать — Надежней нет для Минотавров пут. Дорога снова вьется впереди, А ты назад попробуй оглянись, На путь, тобой пройденный, погляди. Не рана ли в груди зовется — жизнь? Пусть кажется: все позади — не так, И надо бы вернуться, изменить. И кто-то подает оттуда знак... И будто бы в руке — все та же нить... Что светлого вы вспомните о тьме? — Как тяжело хоть что-нибудь терять? Да и в своем ли станемся уме, Коль будем бесконечно повторять? Теперь пойдем дорогою другой... Но чудится опять мышиный писк, Бетонный пол — трава ли под ногой? А вдалеке — светляк, иль солнца диск? Хоть не был ранен и не нужен бинт И не встречался жуткий Минотавр, Но не понять: прошел ли лабиринт, Иль до сих пор все так же бродишь там. 1 2 3 4 5 6 7 8 | 
