ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Николай ТАРАСОВ


http://www.interlit2001.com/forum/forumdisplay.php?f=239

 

Я, ДЖЕНЕРИК

 

Николай ТАРАСОВ

 

Я, ДЖЕНЕРИК...

 

Навеяно стихами Е.Винокур и И.Славицкого

 

Она, как прежде, захотела

вдохнуть дыхание своё

в моё измученное тело,

в моё холодное жильё.

А. Блок

 

как далёко ещё до рассвета и как Муза уже далека...

Н.Т.

 

 

Фильм этот, российское «Изгнание»...

Там — Вендерс-Антониони и Тарковский. Кто снял его, кто сделал? Скажи наградившим тебя за них:

 

«я — вторичность». Нет, не скажет, — взамен павших он, и потому.

А ты? Я, в смысле...

 

Любовь моя, а я лишь «вместо» или действительно тот, кто тебе нужен?

Жизнь прожита, вот, интересно стало... Признайся, а?

Да, действительно, зачем мне это теперь?

 

...Мелом нарисованные «классики» на асфальте.

Прыг-скок, девочка, прыг-скок.

Чёрная коса по белому фартучку, чулки-резинки.

Вниз — вверх. Прыг-скок.

«И не ходи за мной, — брат увидит, — он у меня тааакой!»

Ча-ча-ча!

Когда-нибудь мы встретимся-разойдёмся.

 

вправо, влево — скок, ножки вместе — ножки врозь.

 

 

Немножечко любви, но пылкость — до забвенья,

Но крики — сумасшедшие клинки.

И через боль и стыд, как символ наслажденья —

Расцветшие оазисом пески.

 

 

Новый асфальт — старые «граффитти»:

Очерченные фигуры одномерности в телодвижениях игр обыденности. Вправо-влево, вниз — вверх.

Мятая кожа цвета фартука орезинена теснотой классики.

Бес конечности: давай поиграем в «то время».

В «мальчика и девочку». Помнишь? Ещё бы! Меняем чёрно-белое настоящее на охру былого?

Из вращения дуги радуги: «дядя и девочка». Никому не скажешь? Вправду? А где мальчик?

 

Мне не играется. Мне не дышится. Мне не пишется.

Пещеристое тело мысли наполнено чем угодно, только не вдохновением.

Я не возбуждён, понимаешь? Я не состоятелен.

Это пройдёт, — говорит твоя подкрашенная косичка, баюкающая бантик, — у тебя всегда весною осень.

Ты заплатил за телефон? Зачем тебе эта Россия?

Сосредоточься....

 

Точность среды...

О чём ты? Нет, я не в ней. Да, так и не вырос.

Да, нет денег — нет смысла. Нет, не хобби. Душа просит.

Ну, странный, и всегда таким был. Не был?

 

Эпоха дженериков.

Я идентичен мужчине, мужу, отцу, сыну, поэту.

Я почти они и есть. Почти настоящий.

 

То, давнее...«ча-ча-ча»: «и не ходи за мной, брат у меня тааакой!» Какой, скажи?

 

Не Х.Д.Стэнтон от режиссёра В. (перв) и не К.Лавроненко от З. (втор)?

А я — стекло окошка пип-шоу в фильме «Париж, Техас».

Ты чувствуешь моё видение, милая?

Нет, не о фильме.

 

Мы не живём, мы заимствуем.

 

Поймёшь ли? — я своровал тебя у Времени. Я не дал тебя другим. Я обманул твои надежды.

Я притворялся, изменял...

Нет, не вино.

Нет, не исповедь. Рано.

 

Ты? Притворялась? И обманывала? С кем? С ним? С ними? Ты? Тыыы? Дрянная сучка!
Я догадывался! Убью. Прямо сейчас!

Что? Игра? Пошутила?

Не трогай меня...

Прямо сейчас?

 

Немножко нелюбви в эссенциях забот,

Не чувства — заржавелые замки.

И скука отраженья, и скорбно сжатый рот,

И встречи — лишь на прошлое венки.

 

Подожди, мне нужно к компьютеру. Нет, утром не вспомню.

Я — дурак? Что ты в этом понимаешь, Муза!

 

 

Елена ВИНОКУР

 

И как обычно, столкнувшись в узеньком сумрачном коридоре с Николаем Тарасовым, остаюсь, прижавшись к прохладной серой стене, озадаченной. Недоумеваю. В первый момент. Потом аккуратно начинаю двигаться за ним следом. Шагами мелкими и негромкими. У Тарасова нельзя топать. Он услышит, обернется, не впустит. А если тихонько, то можно проскочить через коридор в то космическое пространство, в котором он обитает, творит, мучает свою несчастную крашеную Музу, мучается сам.

И, попав туда, можно попробовать понять, что чувствует Тарасов. Спорить не о чем. Дженерик — так дженерик. Хозяин — барин. Можно только попытаться понять, почему?

Улыбнуться смущенно, растерянно —

Вдруг моими стихами навеяно?

 

Это плохо? Или хорошо? Судя по утверждению Николая, что он — дженерик, плохо. Строго по определению «навеяно стихами» — хорошо. В сущности, какая разница? Главное, что там, в космическом мире Тарасова, проносятся иногда ветра стихов Винокур и Славицкого.

 

И появляются кадры. Классики, мальчики, девочки, тети и дяди, пустота, Эпоха дженериков.

Я идентичен мужчине, мужу, отцу, сыну, поэту.

 

Эпоха? Да, наверное. Хочешь ещё кадр в твой фильм?

Выходной день. Сад. Стол. Шашлыки, густое, как кровь, вино, холодная, как правда со льдом, водка. Синее небо. Мягкое солнце. Птички поют, булькает массажными струйками джакузи. За столом — люди. Все они старые друзья. Знакомые милые лица.

Они встречаются не так уж часто (чтобы не надоесть друг другу), но и не так уж редко (чтобы сохранить свою дружбу). Они сидят за этим столом не в первый раз. И , разумеется, не в последний. Они разговаривают. Разговор идет как в пьесе. У каждого есть своя роль, реплика или история. Всё это повторяется из раза в раз. Кто-то вспоминает раннего Маяковского, кто-то повествует о своей первой любви, кто-то рассказывает анекдот. Звучат одни и те же тосты. Что это?

Говорят, есть новая версия о нашем земном мире. Он — компьютерный. Кто-то создал эту невероятную игру и сидит себе, нажимает на кнопки: а мы ходим на работу, ложимся спать, даже пишем стихи. А что, чем не вариант? Мы почти есть. И почти настоящие. То есть по большому счету Тарасов прав.

И только в одном я готова спорить и биться с тобой до упора!

Ну чем тебе плох черно-белый мир? Возьми в руки старую черно-белую фотографию ! Тебе не хватает оттенков? Тебе необходим этот лиловый цвет или ядовито-зеленый? Мы уже почти ослепли от них...

 

 

Николай ТАРАСОВ

 

ТОПОГРАФИЯ ЦВЕТА,

БИОГРАФИЯ СЛОВА,

ГЕОГРАФИЯ СВЕТА

 

Я давно бреду горами плоскими

И меняю вечность на слова.

И. Славицкий

 

Лена.

Благодарное моё спасибо, искренне тебе, от души.

Великолепный отзыв и доброе слово друга!

 

Я люблю бирюзовый оттенок южных морей.

А ещё мне нравятся рубины.

 

У моего дома — вишнёвая крыша.

Цвет моего Кадиллака — кадмиевый.

 

У моей жены-мулатки — пурпурный чувственный рот,

серебристые чулочки и зелёный пояс.

 

Живи, моя РАДУГА снов!

Звучи, блюз голубой мечты чёрно-белого дальтоника!

 

..............................................................................

 

И я люблю старые фотографии, в какие вхожу как в воду.

В ностальгических мурашках восторженного идиотизма...

 

У меня нет друзей, ем я в одиночестве и стоя.

 

Я сер как мышь.

Нем, как рыба.

 

И хорошо хоть, что «Я» — это он, мой нематериальный Лик,

мой виртуальный кодовый замок.

 

 

Вот, графо м а н к и е иероглифы Ника, пароли-шифры открытия, куда без них?

 

И ещё: в «Изгнании» я добавил темноте кошек.

Чтобы в «сумрачном коридоре» загорелась лампочка.

..................................................................

Окончание

«Коан»«Любовь как изжога»«Иглы фобий» — «Я, дженерик»

СтихиРассказыМини-эссе — Стиходрамы — ГрафикаШутки и пародии

«Избранная лирика 2006». Е-сборник в формате PDF. Объем 970 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

«ИнтерЛица-1». Е-сборник форумных комедий в формате PDF. Объем 1000 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Все о варикозном расширении вен.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com