ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Николай ТАРАСОВ


http://www.interlit2001.com/forum/forumdisplay.php?f=239

2006-07гг.:
 2    3    4    5    6    7    8    9

Стихи из цикла «ОПЫТЫ И ИНСПИРАЦИИ»

 

Опыты и инспирации. Факел

 

Ты — путеводный факел в жестком углу вагона, —

Нищий, одевшийся в паклю, сросшийся с аккордеоном.

Здесь, от житейской науки, да от сосущей скуки,

Отогревают мне душу эти немецкие звуки.

 

В окнах моих домов, мимо которых еду,

Женщины жалких снов педали велосипедов

Крутят в привычке инстинктов — между плитой и постелью,

В годичных кольцах деревьев — между жарой и метелью.

 

Сколько той жизни осталось — малость при двух карманах!

У нищего музыканта — счастье о двух стаканах.

Рельсами узел связан, в жестком углу беседа,

Между двумя вокзалами — усталые велосипеды...

 

Так, не прощаясь, в сумерки, — тихо, без прокламаций,

Я уезжаю от всяческих женских инсинуаций.

Вслед уезжаю, за факелом, стылыми электричками,

Радуясь и обжигаясь клавишами и спичками.

 

 

Опыты и инспирации. Киль.

 

Заблудив безнадёжным, беспечным безумьем,

Ты спалила мне душу, моя безрассудная юность —

Моя зрелость скучнее и суше.

Заржавев ностальгически старым железом,

Ты разбила мне сердце, моя временная небрежность —

Моя юность забыла о смерти.

Век остался голландцем в морях,

Что за странная сонная участь:

Как фантомом пройдя отведённую мерную сущность, —

Умереть, не порвав парусов...

 

 

* * *

Ты попробуй на вкус эту зиму:

Белоснежную, с нежной метелью,

С пеной окон в морозных узорах,

С острым воздухом утренних дымок...

Ну, давай, а то всё как-то мимо —

С синтетической затхлостью в порах,

Вкруг от блеклых столов и постелей,

Ты куёшь календарную быль.

 

В гости к чистому синему небу

И в поля, и в леса, и во снеги,

Розовея землистой личиной...

Не играя при этом на нервах

Злозвучащих, не в разум Минерве

Склочных, пошлых дуэтов и мелких,

Для того, чтобы было причиной

Оголять свой заржавленный киль.

 

Ты попробуй на вкус эту воду —

Снег с ресниц твоих, тая, стекает...

Может это зима в тебе плачет?

 

 

Опыты и инспирации. Палинодии

 

Гад

 

И тайна есть в моём обычном слове,

И цвет любви усилен во сто крат,

И сладко осязание — у нови,

И нет пути, сошедшему, — назад.

 

И яблок полон старый райский сад,

Где змий ползёт, коварный и довольный…

Не он, а я — двуногий скользкий гад,

Уж не Адам, но грешного невольник.

 

Пенять — не буду: счастлив человек,

С того греха познавший жизнь земную.

А что жена, и с кем её успех…

Спросить б себя, когда я новь целую.

 

Г р е ц и я

 

Евпаторийские пески холодных дней...

Тепла желая, морщатся подошвы.

Продрогшим пляжем бродит силуэт:

Поэт приезжий сочиняет пошлый, —

И в старой тайне от жены своей, —

Горячий неогреческий куплет...

 

...Пустынным пляжем несколько наяд,

Легко взлетая юными ступнями,

Бегут к поэту. радугой играя,

Стоит он над, и, в мыслях, с облаками,

Плывёт, покинув свой семейный ад —

К воротам древнегреческого рая

 

Горячностью греха желая ввергнуть

В пучину сладострастных удовольствий,

Они расположились возле тела

Любителя пороков пряно-острых,

Мечтателя когда-нибудь прибегнуть

К услугам дивных греческих борделей.

 

Обнажены, раскрыты — беспредельно!

И — дразнятся лесбийскою игрою,

И плещутся, и нежатся девицы,

И дивятся поэту, что с женою, —

Как две подошвы — вместе, и — отдельно...

Не греческие вовсе, хладны лица.

 

О, скучность и убийственность привычек!

О, пресность лет и в ней погибель телу!

Евпаторийских соблазнов конкреций

Сквозь решето просеяны пределы...

Поэт раним, а боязнь свар и стычек

Закрыла ворота от всяких греций.

 

 

Опыты и инспирации. Белый флаг

 

* * *

Я не смогу — ни тут войти без страха,

ни там соврать глазам, что без любви.

Себе судья, себе палач и плаха,

я, не построив, рушу корабли.

 

Мне не уплыть — молиться переправам

и на мели барахтаться слепцом,

не замечать, молчать и быть неправым

и подтираться собственным лицом.

 

Удел — ничтожен: доля — долг, неволя.

Нет стержня там, где только нервов вой...

Какой ты, право, странный, милый Коля,

пришёл, всплакнул, свернулся и... домой.

 

* * *

В который раз я сам себя не стою

и раз за разом пошло повторяясь,

уподобляюсь, доверяю, — Трое

и жертвенных коней в себя впускаю.

 

В фигурах полых — низменные чувства,

не копья остры — низкие привычки...

Ах, если и не больно — всё же грустно,

что я открыт циничною отмычкой.

 

Сам тех коней строгая в закоулках

души своей, поддавшись на земное,

в который раз я числюсь в недоумках,

в который раз я сам себя не стою.

 

* * *

Подпруга лопнула у самого ручья,

устало спрыгнул и умылся инеем.

Опять победа — и опять ничья,

пульсация заснула тонкой линией.

 

Но снова старт, и нетерпенье тел,

стреноженный порыв и пена конницы,

и загнанный, подстреленный удел

растлённой и распятой в круге вольницы...

 

Всё спорно, всё наивно, всё не так,

когда любовь на выездках манерности...

Флажок упал, и взвился белый флаг,

над ипподромом тщетной соразмерности...

2006-07гг.:
 2    3    4    5    6    7    8    9

Публикации 2008 г.

«ИнтерЛица-1». Е-сборник форумных комедий в формате PDF. Объем 1000 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com