НАВСТРЕЧУ ВЕЧНОСТИ Мы уже несколько дней гостили у сестры мужа в Каире. Сальма с семьей совсем недавно переселились в новую просторную квартиру в районе Гизы. Она давно звала нас в гости, и, когда мужу понадобилось съездить в столицу по делам, я с удовольствием составила ему компанию. Но так вышло, что он постоянно был занят, и я даже стала немного скучать. Проснувшись рано утром, я проскользнула на балкон с чашечкой кофе, чтобы полюбоваться восхитительным видом, с пятого этажа открывалась сказочная панорама: на переднем плане, прямо перед домом, красовались пышные зонтики длинноногих финиковых пальм, создававшие прекрасное обрамление для Трех Пирамид, возвышавшихся на пустынном песчаном плато впереди, буквально в пятистах метрах от дома. Единственное из семи чудес Света, сохранившееся до наших дней, — Великие Пирамиды Гизы, переливаясь в солнечном золоте рассвета, завораживали меня своей безмолвной красотой и удивительной простотой и правильностью форм. Казалось, стоит лишь протянуть ладонь, и я смогу дотронуться до них, ощутить дыхание вечности. Поддавшись импульсу, я быстро оделась и отправилась на прогулку. Как только я свернула на улицу Пирамид, Каир ожил, превратившись из идиллической картинки за окном в суетливую реальность. Туристические автобусы мелькали перед глазами. Зазывалы истерическим голосом вопили из маршруток, привлекая клиентов. Такси неустанно сигналили при виде одиноких прохожих. Улицы напоминали огромный муравейник, кишащий людьми и транспортом. Стараясь побыстрее пройти наиболее шумные кварталы, я ускорила шаг. Вход на территорию «древних достопримечательностей» уже виднелся на холме впереди не более, чем в двухстах метрах от меня. — Do you speak English? Парлеву Франсе? Шпрехен зи Дойтч? Парла Итальяно? — оживились местные аферисты при виде появившейся добычи. Но я была нема и загадочна, как Сфинкс, и никак не реагировала на вопросы незнакомцев. Ловцов удачи с каждым метром становилось все больше, возле меня уже тормозили ямщики-бедуины на повозках и приглашали ехать к Пирамидам на «карете». Но я не теряла выдержку, и все испытания проходила безучастно. Бедуины один за другим, махнув рукой, уходили на поиски новой жертвы, и только один мальчишка по-прежнему плелся за мной. Его настойчивость меня взбесила. Я остановилась, повернулась к нему и с чувством и расстановкой по-арабски объяснила, что я — не туристка, много лет работаю в туризме, замужем за египтянином, у Пирамид была тысячу раз и в его услугах не нуждаюсь. Затем отвернулась и ускорила шаг. Чумазый провожатый все равно не отстал, а еще больше оживился и стал предлагать сотрудничество. Печально признав, что перспективы сотрудничества меня тоже не интересуют, он предложил дружбу и катание на лошадях или... верблюдах, на выбор, у Пирамид. К лошадям я с детства относилась настороженно, поэтому это нелепое предложение отвергла без сомнений. Но этот нахал все равно не унимался: — А вы знаете, что вход к Пирамидам для пеших туристов вот на этой улице слева, а там впереди только для организованных групп? — спросил парень на ломаном английском и, не дожидаясь ответа, объяснил: — Слева дорога короче, специально для пешеходов. Этого я не знала, я ведь, действительно, раньше всегда приезжала к Пирамидам на автобусе. — Мне ничего от вас не надо, я просто хочу помочь! — не унимался мой неугомонный провожатый. «Специально вышла пораньше, пока все аферисты спят, — мысленно возмущалась я на пути к мнимому входу, — а оказывается, они всегда начеку и не спят совсем». Тем временем мы свернули налево и, пройдя какие-то облезлые ворота, оказались на конюшне. У меня началась тихая истерика: «Вот гад, провел все-таки! Какой отдельный вход для пеших туристов? Отдельный вход для наивных дурочек, таких, как я!» Пока я удивлялась своей глупости, передо мной возник конь, в прямом смысле этого слова. Мой проводник довольно улыбался. — Садитесь, мадам! Вместо того, чтобы развернуться и уйти сразу же, я зачем-то вступила в дискуссию: — Я не люблю лошадей! — ОК, мадам, тогда верблюд! Хасан, приведи для мадам верблюда! Вид корабля пустыни и его размеры напугали меня еще больше. — Нет, — завопила я, — я не хочу. — Тогда, лошадь! — продолжал проводник-гипнотизер. — Нет. — Тогда верблюд. Животные, в это время, как на арене цирка, выписывали перед нами круги. Верблюд при этом что-то безразлично жевал. — Мадам, не бойтесь. Хасан, давай лошадь. Лошадь снова материализовалась прямо передо мной. — Нет, я не поеду, — не сдавалась я. — Не бойтесь, если хотите, я поеду с вами на одной лошади! Представив себе эту картину, я еще истеричней замотала головой из стороны в сторону. — Хорошо, Хасан, приведи еще одну лошадь. Мы с мадам поедем на разных лошадях. Помощник всего на секунду отлучился к конюшням и тут же вернулся к нам с поджарым арабским скакуном. Дальше все происходило как в безумном сне. Каким образом я оказалась верхом на лошади, я даже сейчас понять не могу. Тайсон, как назвал себя мой шустрый проводник, гарцевал рядом, тоже на лошади. В руках у него были поводья сразу двух лошадей. «Наверное, так и лучше!» — подумала я, предыдущего опыта общения с лошадьми у меня не было. А с аферистами, хоть и был, но это все равно не помогло. Скакуны тем временем неторопливым аллюром несли нас на своих крупах в неизвестном направлении. Впереди показалась группа туристов на пяти верблюдах. При виде этих людей, я обрадовалась. Подумала, что все-таки лучше, когда дураки пасутся группами. Они, наверное, подумали тоже самое, потому что поравнявшись, мы обменялись друг с другом довольными улыбками. После этого я даже немного расслабилась и даже стала получать удовольствие от поездки верхом. Через минут десять мы с Тайсоном попали в какой-то нищий район, одноэтажные и двухэтажные глинобитные сараи серыми гнездами стояли вдоль пыльных незаасфальтированных дорог. Местные жители радостно тыкали в нашу сторону пальцами, а мой проводник со всеми здоровался. Если с балкона Сальмы и до встречи с Тайсоном Пирамиды все время были у меня перед глазами, то теперь они бесследно исчезли, как большая часть сокровищ древних фараонов, и надежды увидеть их снова практически не было. «Да это же целая мафия, — подумала я и вспомнила, что у меня в сумке и паспорт, и деньги, и ключи от квартиры, — целый бедняцкий район, который разводит лошадей, верблюдов и... людей». Парень зачем-то повел меня к одному из домов, и я не на шутку испугалась: «Ну все, сейчас меня продадут в рабство, а потом я буду вместе со здешними аборигенами разводить верблюдов и туристов!» Но в этот раз все обошлось. Оказалось, Тайсон хотел познакомить меня со своей невестой. Следующей достопримечательностью на нашем пути оказалась хлебная лавка, у которой выстроилась очередь. Когда мы поравнялись с толпой, она восторженно загудела, приветствуя нас громкими возгласами, и я на минуту ощутила себя первым космонавтом, случайно приземлившимся в этом Богом забытом захолустье. И еще сделала вывод, что, видимо, наивных туристок не так и много, раз моя персона вызывает у местного населения такой живой интерес. Тайсон тут же предложил попробовать хлеб. Я отказалась, в очереди на лошадях стоять не хотелось, и напомнила ему, что нам бы к Пирамидам надо. При упоминании о цели поездки, паренек оживился и стал рассказывать, активно жестикулируя: — Пирамиды построили фараоны 4-ой династии Хеопс, Хефрен и Менкара. А в чертах лица Свинкиса легко угадываются черты фараона Хефрена. — Да, знаю я, знаю, — перебила я провожатого, — Тайсон, ты лучше за дорогой смотри. Я же первый раз на лошади. Парень хотел взять мою сумочку, чтобы мне было легче держаться на лошади, но я благоразумно отказалась. Я и не заметила, как под ногами появился асфальт, а лошади перешли на ускоряющийся галоп. — Тайсон, останови их немедленно! Мне страшно! Я же могу упасть! — У вас отлично получается, — совершенно не реагировал на мои просьбы проводник, и лошади бежали все быстрее. — Тайсон! — нечеловеческим голосом орала я. — Немедленно останови их, иначе я сойду! Провожатый на этот раз послушался и немного успокоил своих подопечных. А через несколько минут они совсем остановились у какого-то деревянного киоска, похожего на избушку на курьих ножках. Я так и представила, как из окошка выглянет баба Яга и предложит лошадям освежиться «спрайтом». Оказалось, что Тайсону понадобились сигареты. Он купил пачку, даже не слезая с лошади. Затем он открыл ее и протянул мне. — Я не курю, — недовольно ответила я, — и вообще, мы когда-нибудь доедем до Пирамид? — А как же, — самоуверенно произнес проводник, — вон там наш район заканчивается. Он махнул рукой в сторону пустыни. Я снова увидела Пирамиды, до них было не меньше километра пути. «Зачем такие круги наматывать? Мы же не на такси, — подумала я, и в груди больно кольнуло: хотя бы все обошлось!» Вскоре асфальтированная дорога осталась позади. Тайсон, размахивая руками, рассказывал план экскурсии. — Сначала скачем на смотровую площадку, а затем уже подъедем поближе к Пирамидам. Дорога предстояла нелегкая, и проводник решил ускорить процесс. Он шлепнул лошадей по крупу, дернул за поводья, и эти животные понеслись карьером. Песок летел из под их копыт, а с меня градом катился пот. Я от испуга впилась когтями в лошадь, и решила, что если упаду, то только вместе с ней, и следующие две мумии, которые найдут в ближайшие сто лет на этой территории будут мумии всадницы и лошади, или всадницы на лошади, это уже как получится. Я непрерывно орала: «Тайсон, останови этих чертей! Я боюсь! Остановись, я упаду!» Но он никак не реагировал на мои просьбы. Я мысленно обещала себе, что больше никогда, никогда, если выживу, не сяду на лошадь и не пойду одна к Пирамидам. А еще серьезно подумаю над предложением мужа одеть паранджу и принять Ислам. А в голове, как на зло, крутилась песенка Бармалея из Айболита «Не ходите дети в Африку гулять!» Мы преодолели больше половины пути, лошади все так же летели навстречу вечности, легко взбираясь по пескам и приближаясь к плато. Как вдруг, совершенно неожиданно, я почувствовала, что стремительно теряю равновесие. И дело было не во мне, а в снаряжении лошади что-то явно было не так. Я теряла контроль со скоростью звука, всем корпусом накреняясь налево и оставляя следы впившихся ногтей на шее бедного животного. А еще через мгновение, слетев с лошади вместе с седлом и стременами, я с грохотом шлепнулась на землю. Сознание я не теряла, но от испуга закрыла глаза, а когда открыла, спины лошадей и Тайсона были уже метрах в двадцати от меня. Я лежала и не могла пошевелиться: руками я все еще сжимала предполагаемую лошадь, левая нога по-прежнему была продета в стремя, седло валялось рядом. Волосы, щека, губы, одежда — все было в песке. А вокруг меня безлюдная пустыня, со всех сторон. От ужаса я заплакала. Пока я лежала, упиваясь своей грустной участью, на горизонте появилась уже знакомая мне группа на верблюдах. Проводник сразу же спрыгнул с верблюда и побежал ко мне: — Madam, madam! — Он испуганно тряс меня за руку. А я стеклянными глазами смотрела мимо него. — Please, trytositdown! — Я не могу сесть, — стонало в ответ мое неподвижное тело. — Мадам, где у вас болит? — не унимался спасатель, отказываясь записать меня в разряд мумий, куда мне так хотелось попасть, чтобы скрыться от стыда и жалости. — Нога! Пятка... очень болит... я не могу встать. Через какое-то время показался Тайсон с двумя лошадьми. Видимо, он не сразу заметил, что потерял клиента, и какое-то время еще продолжал экскурсию. Увидев моего проводника, гид группы перебросился с ним парой фраз и пошел к своим туристам, которые уже начали зевать. Они-то думали, им покажут настоящую мумию, а тут я со своей пяткой. Когда мы с Тайсоном остались одни, у меня началась истерика. Я сказала, что с ним — ни на лошадях, ни без лошадей, больше никуда не пойду. Парень решил меня успокоить и стал рассказывать, что все туристы обычно падают с лошадей и ничего страшного в этом нет, потом даже приятно будет вспомнить. А затем предложил подняться и сесть на лошадь. Первую просьбу я не могла исполнить по техническим причинам, пятка сияла ярким баклажаном, а вторую просьбу я бы не согласилась выполнить, даже если бы мне пообещали передать в вечное пользование все экспонаты Египетского музея. Я поблагодарила Тайсона за чудесную экскурсию и сказала, что сейчас же позвоню в полицию. Проводник немного обмяк, но затем снова стал настаивать на том, что ничего страшного не произошло. — Туристы, они как финики, все время падают. Здесь же песок кругом, ничего страшного! — А если бы я упала на камешек и ударилась головой? Ты подумал? А то, что надо проверять крепления, подпругу перед тем, как предлагать туристам прогулку верхом, тебе не приходило в голову? Парень стоял, почесывая затылок. «Да, с кем я разговариваю, — успокаивала я себя, — у них же даже лицензии наверняка нет. Ну и угораздило же меня! И как теперь домой добраться?» И тут же повторила последний вопрос вслух: — Тайсон, как теперь домой добраться? — А вы ходить можете? Я поднялась, на левую ногу наступить не могла. — Только на одной ноге. Палка мне нужна. — Зачем вам палка? — испугался Тайсон. — Садитесь на мою лошадь, а я поеду на вашей. — Ни слова больше о лошадях, я тебя прошу! — Но вы же пешком не дойдете! Нужно или возвращаться через деревню, или продолжать экскурсию и идти к Пирамидам. Я сосредоточенно молчала, парень был прав, другого выхода не было, и пути отступления тоже. Второе шествие через деревню, казалось еще страшнее поездки к Пирамидам, поэтому я собрав волю в кулачок, взгромоздилась на лошадь Тайсона. Проводник предложил заглянуть сначала на смотровую площадку и только потом идти к Пирамидам, видимо, еще надеялся получить свой гонорар. Но я сказала, что это и так самая незабываемая экскурсия в моей жизни, и дополнительных впечатлений мне не надо. О вечности, после того, как я при падении каждой клеткой кожи почувствовала ее дыхание, думать больше не хотелось, поэтому я попросила горе-проводника отвести меня к центральному выходу как можно быстрее. Тайсон было сопротивлялся, что он не может на лошадях через центральный вход. Но я возразила, что мне наплевать, что он может, а что нет. И если не хочет мне помочь, я дальше пойду одна, пешком, до первого поста охраны, а потом, к чертовой матери, разгромлю всю их конюшню. Пирамиды обиженно стояли на плато, обделенные моим вниманием. А я в расстроенных чувствах плелась к выходу на лошади, рядом с Тайсоном, напрочь забыв о цели своего визита, и даже не удостоив «Чудо Света» зачарованно-восхищенного взгляда. Неделю я ходила, не снимая носки ни днем, ни ночью, и только на каблуках, так как на пятку наступить не могла. И постоянно пела песенку: «Не ходите, дети, в Африку гулять!» Муж пытался узнать, кто придумал такую ужасную песню про Африку? Но я только печально улыбалась в ответ, думая, что мне серьезнее нужно было относиться в детстве к просмотру мультфильмов. Татьяна Аззам. 2007 г. Рассказы
«Бич-дед» — «Убей себя медленно» — «Навстречу вечности» Дневник наблюдений. Очерки о Египте Поэтические опыты — Тантуна и Ко. |
