ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Татьяна ГОЦАК


Об авторе. Содержание раздела

Дневник наблюдений. Очерки о Египте

В ХУРГАДЕ ЛУНА УЛЫБАЕТСЯ

«Как ты ЗДЕСЬ живешь?» Этот вопрос я слышу с завидной регулярностью на протяжении последних семи лет моей жизни. И если раньше он часто вводил меня в состояние ступора, то сейчас я, не задумываясь, отвечаю: «Хорошо».

Тем не менее, многие знакомые мне до сих пор не верят. «Как можно, — помню, удивлялась моя подруга, — поменять столицу на забитую деревню и при этом чувствовать себя счастливой?»

Поменять, безусловно, нельзя. Киев — древний, мудрый, зеленый, до безумия красивый, — одним словом родной — город, и ни поменять, ни предать, ни забыть его нельзя.

Но однажды я приехала в Хургаду. Почему мое сердце решило остаться именно здесь, даже для меня самая непостижимая загадка и по сей день. Тем не менее, вернувшись в Киев, я почувствовала, что больше не смогу жить без него  даже в самом лучшем городе планеты. И разрываясь на части от боли и сомнений, я полетела за сердцем...

Мой переезд  никого не оставил равнодушным. Практически все мои родственники, друзья и знакомые считали своим долгом донести до меня свои сомнения относительно правильности моего поступка. В общих чертах разговор наш, или, если быть точной, монолог моего собеседника, чаще собеседницы, выглядел примерно так:  «Нет, ну приехать в Египет на недельку-другую, это понятно, тепло, солнце круглый год,  море опять же потрясающее, все эти рыбки-бабочки, рыбки-ангелы, цветущие коралловые рифы... правда, я никогда даже не подозревала, что подводный мир может быть настолько нереально  ярким! Просто райские кущи! Но выходишь из воды... и что? Вокруг одна пустыня. Супермаркет с кассой и ценниками найти сложнее, чем новый древнеегипетский папирус; в каждом магазине только и думают как тебя надуть и всучить тебе какую-то фигню. О культурной жизни я ваще молчу! Нет, я бы поняла, если бы ты переехала в Египет, скажем три или четыре тысячи лет назад: тогда это была самая продвинутая цивилизация, центр вселенной... Фараоны, жрецы, дворцы... и все такое. Но сейчас... все же с точностью до наоборот! Тутанхамон бы в гробу перевернулся, если бы увидел долину Нила с хижинами феллахов на подъезде к Луксору... Не перевернулся? Ну я не знаю... не, правда, уму непостижимо. Как ты здесь живешь? Нормально? Шутишь, да? Или может на тебя какое заклятие подействовало? Ты спускалась в Пирамиды?»

Отвечать на подобный поток сознания я успевала лишь урывками. Постепенно я вообще пришла к выводу, что отбиваться от непрошеного «участия в моей судьбе» себе дороже. Поэтому на последующие -надцать повторений разными лицами, голосами и интонациями «Как ты там живешь в этой пустыне?», я коротко отвечала:  «Хорошо!» и улыбалась в ответ. Рядом был любимый человек. Все остальное не имело значения.

Но периодически все же наступала ломка, и я начинала  бредить Киевом. Даже по людям я скучала меньше, чем по его зеленым скверам, пешеходным мостам, тенистым аллеям и пьянящему аромату цветущих ландышей. Во сне я гуляла по Андреевскому спуску, каталась на прогулочном теплоходе по Днепру,  засиживалась с друзьями допоздна, гипнотизируя звездное небо, под огромной стальной радугой на Крещатике. И мне не хотелось просыпаться — в пустыне. Порой я была готова вырвать сердце и оставить его на берегу Красного моря, как сувенир. Только бы вернуться домой, в Киев. Навсегда. Пару раз я даже пыталась провернуть эту затею, но тщетно.

Прилетая домой, я радовалась слякоти, серости, даже дождям и  осени, которую когда-то терпеть не могла. Только оторвавшись от Украины, как осенний листок, я полюбила Киев во всех его проявлениях. Помню, как-то в ноябре, когда-то самом нелюбимом мною месяце, я каталась в киевском метро и с какой-то невероятной нежностью сканировала унылые, уставшие, но такие родные лица. Как ненормальная радовалась колючему декабрьскому дождю, ненавистному всем, кроме меня, пробовала его горьковатые капли на вкус. Любовалась утонченностью обнаженных силуэтов деревьев на обочине. Восхищалась блеском влажных от дождя дорог, подсвеченных фарами машин. Никакая погода не могла выбить меня из колеи: слякоть, дождь, гром, молния, весенняя гроза, летнее солнце — все вызывало только положительные эмоции.

Так было первые две недели. Потом начинало действовать «проклятие фараона». Сначала сердце робко напоминало о себе острым покалыванием в грудь, потом начинало болеть и щемить все чаще и беспощаднее, и в конце концов настойчиво посылало сигнал в мозг: «Пора!»

Спорить с ним было невозможно.  Я брала билет, садилась в самолет и летела домой. Из «дома один» в «дом два».

Хургада исправно встречала меня солнцем, когда бы я ни прилетела. «Я не люблю тебя, — мысленно заявляла я ей, — ты знаешь почему я здесь, и в этом нет ни малейшей твоей заслуги. «Правда?» — удивлялась Хургада и улыбалась мне тонкой молодой луной. В Египте луна, правда, умеет улыбаться. Я не выдумываю. В первый раз я увидела эту потрясающую улыбку давно, лет пять назад. Мы ужинали с мужем в рыбном ресторане «Фельфела» на самом берегу моря. Мой взгляд упал на лунную дорожку, бегущую по волнам, я подняла голову и увидела в небе  улыбку  таинственного привидения.  Улыбка оказалась луной. Она висела так низко над морем, что мне даже показалось, что она вот-вот намочит спину в воде и от нее останутся только рожки.  Я даже засмеялась от этого внезапного открытия и в первый раз почувствовала, что в наших отношениях с Хургадой намечается потепление.

Шло время. «Как ты здесь живешь?» — снова и снова спрашивали меня друзья и случайные знакомые. «Хорошо» — неизменно отвечала я, встречая при этом скептические взгляды.  Со временем я действительно прониклась симпатией к этой пыльной рыбацкой деревушке, которая росла, превращаясь в жемчужину побережья на моих глазах. Признаюсь честно, я стала радоваться и гордиться ее успехами, как своими собственными. «Через четыре года здесь будет город-сад!» — цитировала я строки Маяковского своим знакомым и сама в это верила.

Прошло пять лет. Из угловатого подростка выросла настоящая красавица — невеста Красного моря (как ее здесь называют). Десятки тысяч пальм, привезенных из долины Нила, обрамляют превосходные дороги Хургады. Филигранные фонари подсвечивают оживленные кварталы, которые появляются и растут, как грибы после дождя: Мубарак 1.., Мубарак 2... Мубарак 7, Саккала, Каузар, Дахар, Мегавиш, — всего лишь некоторые из них. Компактные симпатичные пятиэтажки соседствуют с  фешенебельными виллами. Образ Хургады постепенно вырисовывается, приобретая цельность и даже некоторый шарм.   Пустыня отступает.

На улицах все чаще среди туристов можно встретить завернутых в хиджаб египтянок, которые переехали в Хургаду к мужьям из Каира, Александрии, Луксора и других египетских городов, разбавив наконец-то мужское население столицы провинции Red Sea.  Нашли свое счастье (или несчастье) в этом курортном городке и тысячи иностранок. Самая многочисленная диаспора Хургады — русская —  насчитывает более десяти тысяч человек. В любой части города, куда бы вы ни отправились, вы непременно услышите русскую речь. Как сказала одна моя хорошая знакомая, которая тоже замужем за египтянином,  «у нас русских, такой тайный план захвата» Африки. А что, все может быть! Практически в каждом доме есть хотя бы одна русско-египетская семья, часто больше. Черноглазые малыши с открытыми славянскими лицами легко переходят с арабского языка на русский, общаясь со взрослыми разных национальностей. Однажды, проходя мимо русского детского сада в р-не Мубарак (практически у всех малышей в нем мамы русские), я наблюдала за забавной картиной. Симпатичный бутуз лет трех, восседая на качелях, что есть сил орал: «сябака-сябака-сябака!» — вслед убегающей с выпученными от ужаса глазами кошке, и целая группа малышей довольно вопила вместе с ним: «сябака-сябака-сябака!» При этом не обращая ни малейшего внимания на заверения египетской воспитательницы, что это кошка, а не собака. Я смеялась до колик в желудке, став случайной свидетельницей этой сцены. Но решила не переубеждать ребятишек. Ничего, подрастут, сами разберутся где кошка, где собака. Выучат русский, английский, арабский... Конечно, им сложнее чем нам, но наши дети вырастут умнее нас и непременно будут счастливее. Я в это верю. «Через четыре года здесь будет город-сад!» Может, и не через четыре, но однозначно будет!

Хургада растет, меняется. На мой взгляд, в лучшую сторону.  Выезжая на очередную вечернюю прогулку по городу, я непременно замечаю что-то новое в ее облике: здесь построили новый дом, там открыли еще один детский сад, школу, построили новую больницу... Интересно жить в развивающейся стране!  «Не может быть, у нас наконец-то появились светофоры!» — подкалывают друг друга «местные иностранцы». «И новенькие такси симпатичной оранжево-синей окраски, и маршрутные автобусы, и даже правила дорожного движения!»

«Вы уже видели Хургада Марина —  новый приморский бульвар? — спрашивают знакомые друг друга.  — Непременно съездите! Там открылась дюжина модных баров и изысканных ресторанов с живой музыкой! А какие там яхты! Потрясающее место! На минуту забываешь, что ты в Египте, и думаешь, что ты где-то в Монте-Карло».

Местные с большим удовольствием делятся приятными новостями друг с другом. И неприятными естественно тоже, при этом  искренне  досадуя: «на улицах все еще недостаточно чисто, водители по-прежнему часто нарушают правила движения и хамят, детских площадок  днем с огнем не сыщещь и, главное, в Хургаде нет настоящей набережной!»

Признаюсь, последнее  обстоятельство меня расстраивало больше всего, я никак не могла смириться с тем, что в морском городе нет своей набережной. Глупо, нелепо — но факт. Вся сорокакилометровая прибрежная полоса Хургады давно в частной собственности. Отели, выстроившись плечом к плечу в бесконечную шеренгу, грудью закрывают морской берег, создавая иллюзию, что в Хургаде МОРЯ НЕТ. Для туристов своя маленькая набережная — в каждом отеле. А для местных жителей — только навсегда утраченные мечты. Морской город — без моря! Абсурд.

«Хургада — невеста Красного моря», которой не суждено встретиться со своим суженым? Тысячи раз я раздумывала над вопросом, как можно это изменить, и не находила ответа. Хотела даже встретиться с мэром Хургады, взять у него интервью и заодно спросить, как так случилось, что власти продали все прибрежные земли города, оставив население Хургады без набережной? Этот вопрос по-настоящему был для меня болезненным. Особенно когда я вспоминала прекрасный «корниш» Александрии, Каира, Луксора или... Киева, да что говорить, любого морского или речного города.

Признаться честно, мечту о набережной я практически похоронила. Но буквально на прошлой неделе мы выехали с семьей на прогулку по городу, и совершенно неожиданно муж сказал: «Я тебе сейчас что-то покажу!»

Моему восторгу не было границ, когда я увидела, что место для набережной нашлось! Десятки рабочих и машин работали над ее созданием. Причем в самом центре города. В пятнадцати минутах ходьбы от нашего района. Кстати, возле ресторана «Фельфела». Крутой скалистый берег и дорога спасли эту часть прибрежной полосы от застройки. Морская бирюза, торжествуя, красовалась всеми оттенками синего цвета в золотистых лучах полуденного солнца. Великолепие пейзажа дополняли снующие и неугомонные, как чайки, белоснежные катера, плывущие к коралловым островам. Я не могла поверить, что наконец-то и у нас, местных жителей, будет свой собственный кусочек моря, которым каждый сможет любоваться в любое удобное время и совершенно бесплатно. Я мысленно благодарила мужа, Бога, строителей, предпринимателей и даже администрацию нашей провинции за то, что сбылись мои мечты и, очевидно, не только мои.

«Люди мечтайте, мечты сбываются, если их плотность в атмосфере достигает необходимой концентрации! Может быть, именно вашей мечты сейчас не хватает для того, чтобы исполнить еще одно желание десятка или сотни людей!» Не знаю, я сама придумала «про концентрацию» или где-то читала об этом? Но в том, что это — правда, я ни капли не сомневаюсь.

«Как ты здесь живешь, — по-прежнему слышу я, — на этой бесконечной незаконченной стройке! Египтяне когда-нибудь достроят все дома?»

 «Через четыре года здесь будет город-сад! Вот увидите!» — настойчиво повторяю я и добавляю: — Надеюсь, что мы с мужем уже в этом году достроим наш новый дом!»

«Но неужели ты не скучаешь по Украине?» — не сдаются мои собеседники.

 «Скучаю! — признаюсь я, — Но уже без надрыва. Мне хорошо в Хургаде. И в Киеве хорошо».

Где-то высоко в небе луна, подслушивая наш разговор, молчит и только ласково улыбается. Она даже не подозревает, как я благодарна ей за эту улыбку.

Очерки 2007 – 2010
Вот такая головоломка —  В Хургаде луна улыбается — Эссе зеленое, предновогоднее
МамаСтрасти по футболуНашествие славянок. Проблемы многожен(ства) в Египте нет
Альтернативная экскурсия по КаируКруиз по Нилу во сне и наяву, или Главное чудо Египта
«Как вы лодку назовете»... Учим русский язык по вывескам Хургады

Новые очерки

Дневник наблюдений. Очерки о Египте — Рассказы Наши мультиглотикиПьесыКирпичикиФотоальбом

Об авторе. Содержание раздела

владимирка.ру - http://www.vladimirka.ru/

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com