ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Ия СНИГЕЛЬ


КОЕ-ЧТО О ХОДИЦАХ

Старуха Кут варила ячку, ссутулясь над тощей кастрюлькой с синим пионом на боку. Тукали ходики. Мальчишки мучили чибиса на дворе.

Из распахнутых окон тянуло мясом и розами. Двор гудел птицами и людьми. Старуха Кут отряхнула розовый грязный фартук, деловито прислушалась и, услышав долгожданный скребок в дверь, затрясла бородавками к выходу. Пришли Гости. Кут была рада.

Как всегда. Гости боязливо высматривали углы от ходиц, но Кут заверила их в том, что ходиц здесь нет. В углу сидел Качающийся паук прямо на перьях старухиной шляпки. Обои цвета новогоднего шоколада, плетеная напольная ваза, чучело страуса — ничто не указывало на наличие в доме ходиц.

Гости сели. Поминутно тянулись за сухарями, цукатами, выспрашивали про здоровье Кут, рынок, шерсть в мотках, поговаривали о холодном мае, пластинках, которые будто потерял один знатный господин, больше не увидевший движения ходиц — так они и простояли у него за шкафом, сверкая зубом, остаток дней.

Надо сказать, ходицы были редкостью. Старуха Кут привезла их из столицы, заботливо поставив в воду, ожидая того момента, когда их морды пустят усы — вот тогда-то они будут готовы к движению.

Теперь их усы были почти до пола, а пластинки прожили долгую жизнь, наблюдая, как ходицы трясясь и раскачиваясь переставляли синхронно свое две ноги... по ковру... к столу... так... замечательно.

Заварился сироп.

В комнату влетела большая серая бабочка, приковав внимание Гостей, застряла в ночнике, загудела и очумело вылетела обратно в окно.

Вытащив серый ключ из-за пазухи, Кут потянулась к пластинкам (ходиц нельзя застаивать).

Гости напряглись. Заметив это Кут молча бухнула перед ними кубики пастилы в ореховых осколках. Излишества.

Зашаркав к комнате, Кут задела головой люстру — та зазвенела. Проснулись ли ходицы?

Дверь открылась — ходицы стояли, прислоненные вчера к стене около старого рояля, не мигая высматривая Кут. Старуха сгребла их в охапку и вынесла к свету. Закатные лучи угнездились в их короткой шерсти.

Кут трясущимися пальцами поддела иглу, и пластинка зарычала, завжикала и мерно застучала привычными ходицам звуками. И они ожили, задвигали зрачками. Полукошачьи головы, два хвостовых огрызка, сросшиеся в одну передние лапы (впрочем, как и задние) с шестью когтями — нет ну точно мощная рогатая нога — и задняя такая же. Всего две. Больше не надо. Темный нос с густыми, до пола, усами, излишняя плоскость тела (зато удобно ставить к стенке), белое пятнышко на затылке.

Ходицы шли к центру ковра, как игрушечные японские собаки-роботы, разминая скрипучие кости и жилы. Гости смотрели.

Кут принялась кормить ходиц из большой пипетки, усаживая серое тельце на колени, закрываясь фартуком от тупых желтых когтей, которые, казалось, жили какой-то своей жизнью. Пластинку заело, игла со скрипом отказалась работать — Кут молча наблюдала, как деревенеют ходицы, как опускаются их усы без рычащих, чавкающих, ритмичных звуков пластинки. Она унесла их в комнату и заперла на ключ. Гости выбирали орешки из вазы. Парило. К грозе. Этажом ниже кто-то назвал кого-то комодом. Кут спала на ногах. Гости, заметив это, ругали нехватку времени и солнца. Темнело. Несколько часов позже — Кут спала, ей снились странные оранжевые и красные ходицы с рогами и крыльями, родившиеся к востоку от Индокитая.

С АККОРДЕОНОМ

Я всегда боялась умереть на людях. Самое страшное.

Мне совсем нельзя умирать — я шью потому что. Шью...

 

Но все-таки это случилось. Я зашла в обувной, мне подарили там коробку (для Чебурашкиных игрушек), и я умерла. Покрылась испариной. Не знаю, заметил ли кто.

 

А ведь у меня сломались очки, отлетела дужка.

 

Я понесла их в мастерскую — мне отказали в ремонте. Я все утро искала резинку от кефира, чтобы как-то прикрепить очки к голове. Не нашла. Чебурашка прыгал вокруг меня и просил молока. Собачка это.

Новые очки я купить не могу. Мне надо писать письмо к З., я знаю, он должен помочь. У него же жена-воровка, она присвоила себе виллы в П., ее судить надо...

 

Так я ему и напишу — вышлите мне тысячу, у меня много заслуг и грамот. Та же самодеятельность — я играю на аккордеоне и пою. Ему я петь не буду — он не заслужил.

Я и на конкурс ездила.

 

Аккордеон тяжелый, я прикрепляю его к спине и тащу. В последнее время он стал казаться мне особенно тяжелым... Я могу Вам спеть, хотите?

 

Утром я ничего не ела, только выпила мягкий пакет молока. Может, потому мне опять страшно хочется пить. Купила «Дюшес», и Вам отолью — только дайте стаканчик... А остальное понесу Чебурашке — налью, он будет прыгать и пить. Чудо, а не собака. Черная, разноцветная... Добрый он у меня.

 

Только бы снова не умереть на людях. Ведь я еще не пела Вам. Я пою только тем, кто этого действительно достоин — вот Вам я спою. Вы только сядьте... сядьте... И я сейчас приду, с аккордеоном, и будет Вам концерт.

Стихи

«Избранная лирика». Е-сборник в формате PDF. Объем 970 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Альманах «ИнтерЛит 01.04». Е-книга в формате PDF, 910 Кб.

 Загрузить!

Всего загрузок:

Дизайн студия ИЗЮМ - разработаем логотип и фирменный стиль компании.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com