ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Ф. СЛАВКИН


http://zhurnal.lib.ru/r/romm_f_a/

п/я 5646, Xайфа 31055

ЗДРАСЬТЕ, Я ВАША ПРА-ПРА-ПРА-ПРА...

(Фантастическая новелла: отрывки)

Cюжетная линия. Продолжение темы ТЕМПОРА, начатой в повести «Решающий эксперимент». Учёные пришли к выводу, что человечество не могло возникнуть в результате эволюции земных видов. Возможное решение этой проблемы: человечество создало само себя, направив в прошлое колонистов. ТЕМПОРА осуществляет операцию «Посев» по заселению третичного периода, около 40 млн. лет назад. Обратная связь с поселенцами отсутствует, и никто из специалистов не знает, что динозавры вовсе не вымерли 65 млн. лет назад вследствие падения астероида. Колонисты оказываются посреди чуждой природы, где им постоянно угрожают стихийные бедствия, неизвестные болезни и опасные животные, главным образом динозавры. Однако, человеческий разум не намерен сдаваться.

 

Пролог.

— Всё в порядке, эксперты подтвердили — это средний третичный период, около сорока миллионов лет назад!

Андрей с удовольствием перечитал полученное сообщение и закрыл портативный компьютер.

— Ну что, первопроходцы, завтра — в гости к мастодонтам?

— Какое — завтра! Ты что, сдурел? Сегодня, сейчас! А не хочешь, мы и без тебя пойдём!

Когда такие угрозы исходят от симпатичных девушек, не дрогнуть невозможно. Впрочем, Андрей вовсе не собирался возражать, скорее наоборот. Просто он по своему опыту знал, что, заикнись он с самого начала насчёт сегодня, немедленно раздались бы возмущённые крики о том, что все ужасно устали, работали, как волы, и что некоторые по каким-то своим соображениям готовы принести в жертву людей ради того, чтобы поскорее дорваться до сомнительного результата.

— Послушайте, у нас тут три основных входа, а нас шестеро! Давайте разделимся — по двое на вход! Только бечёвочки не забыть, всё-таки лучше сто раз привязаться, чем один — потеряться!

Катя потупилась, обнаружив, что именно ей придётся идти в паре с Андреем. Нет, она ничего не имела против, и всё же... А уж Андрей и вовсе был подозрительно — «за». Он шёл впереди, не спеша, освещая фонариком высокие своды пещеры. Надо же, как сухо, наверное, откуда-то ток воздуха. Дышется свежо и легко...

Бечёвка дёрнулась.

— Катя, что-то произошло! Сейчас же идём назад!

Какая досада, ведь только вошли в заповедную зону...

— Ребята, кто сигналил?

— Слушайте, все! Какая-то ерунда получается! Мы здесь не первые!

— Что ты несёшь? По всем справочникам, тут никого никогда до нас не было! Ты что, не помнишь, как мы эту пещеру вычислили, как сюда добирались?

— Слушай, Андрей, я не знаю как, а вот зайди-ка ты сюда! Все, все сюда, чтобы не по очереди сходить с ума!

... На гранитной стене пещеры чётко и ясно виднелся текст. Было очевидно, что написано это очень давно, текст изрядно пострадал от времени, но...

— Послушайте, это же английский язык!

— Как это может быть? Здесь совершенно точно никогда иностранцев не было! Не могло быть! Закрытая военная зона!

— А как можно было так продолбить гранит? Если бы хоть известняк! Для этого, наверное, нужны алмазы!

Андрей крякнул от досады и сел на пол. Обработать уйму литературы, убедить спонсоров, собрать людей, выклянчить по дешёвке лучшее снаряжение, переться на край света, продираться сквозь густые колючие заросли, трижды менять маршрут из-за непроходимых дебрей до небес, и после всего — вот это?! Этого не может быть никогда, но... Против фактов нет приёма.

— Ладно, уж коли мы всё-таки здесь, то давайте хотя бы прочитаем...

 

Глава 1. Десять лет спустя.
Борис

............................

— Так, дорогой, а теперь выкладывай, что у тебя стряслось на работе!

Сегодня суббота, мы только что сполоснулись после утреннего бассейна, и я бы очень непрочь возобновить вчерашнюю программу, но жена непреклонна:

— Знаешь, мне нравится большинство американских обычаев, но я не согласна, что все проблемы надо оставлять перед порогом дома. Твои проблемы — это и мои проблемы. Чем раньше расскажешь о моих проблемах, тем быстрее мы вернёмся к нашим основным делам. Давай-давай!

— Уверяю тебя, всё в порядке! С чего ты взяла?!

— Милый, ну ты же не умеешь обманывать! У тебя всё на лице написано! К тому же не забывай, что я всё-таки ведьма. Помнишь, как я в прошлый раз тебя допрашивала? Мне даже неудобно было потом. Давай уж сам! Я понимаю, что финансовые дела ТЕМПОРА окей, правда, по Интернету вчера не проверяла, но из-за них ты точно огорчаться не стал бы. Наверняка опять неприятности из-за «Эксодус»?

Про какие неприятности она уже знает? Насчёт неизлечимости ностальгической ломки и, в результате этого, самоубийств пожилых людей из числа спасённых — это было пять лет назад. Нам тогда Конгресс запретил переносить людей старше пятидесяти лет, у них это практически безнадёжно. Молодёжь выдерживает ностальгическую ломку гораздо легче, достаточно обычных защитных мер. Первой из победивших ностальгическую ломку стала моя жена десять лет назад. Собственно, от неё мы впервые и узнали об этой болезни, она же сама справилась с наваждениями, а затем научила нас, как их выявлять и преодолевать. Психологи даже пришли к выводу, что для молодых преодоление этой злосчастной ломки является хорошим жизненным стимулом. Недаром спасённых с радостью принимают на работу, очень редко увольняют, у них самые прочные семьи... вспоминая вчерашнее, я этому совершенно не удивляюсь, было бы странно наоборот. А вот для пожилых людей — это кошмар, который преодолевается только смертью, и защитные меры только продлевают агонию.

— Ладно... кое-что я тебе, пожалуй, расскажу...

Моя маленькая жёнушка сразу успокаивается, улыбается, садится на стул, складывает руки на коленях — прямо как прилежная ученица:

— Вот и хорошо. Мне необязательно знать всё, и я не буду к тебе придираться, если ты о чём-то умолчишь. Слушаю тебя внимательно!

— Понимаешь, пока идёт «Эксодус», возникают разные дополнительные идеи. Уж очень хочется, чтобы безвинный человек жил столько, сколько ему природа дозволила. Например, ты, возможно, уже знаешь, что мы недавно запустили программу по возвращению жертв, погибших в авиа— и автокатастрофах, от рук убийц, сексуальных маньяков и прочей нечисти. Проблем практически не возникло. Нам так понравилось, что мы захотели возвращать солдат, погибших на войне, а также полицейских, убитых при исполнении долга, — и вот тут загвоздка!

— Почему это? Какая разница?

— А вот какая. Почти каждый солдат погибает в бою или при попытке предотвратить теракт. До последнего мгновения жизни он может выбирать между несколькими вариантами решений, среди которых есть и спасительные для него. До последней секунды, пока солдат жив, мы не можем заменить его матрицей, неспособной не только принимать, но даже имитировать принятие решений. А других матриц не бывает. Ведь это всего лишь имитаторы. Хорошие или так себе, дорогие или копеечные, но имитаторы.

— Да уж! Так имитируют, что потом вся мировая история сотрясается!

— И — тем не менее, это так. Поэтому возникла другая мысль: отправлять погибших солдат и полицейских не в будущее, а в прошлое, вот для этого фактор выбора не помеха. Разумеется, не на несколько дней или лет назад, когда этот солдат ещё был жив и без нашего участия, а далеко-далеко... прости, любимая, но вот куда именно их отправляют — этого я тебе сказать не имею права. Добавлю только, что есть ещё одна категория людей, переправлять которых в будущее не только невозможно, но бессмысленно. Это самоубийцы.

 

Глава 2. Добро пожаловать в ад!
Мэри

..................................................

— Суициды, подъём!

Я вначале не cреагировала, и на меня обрушился водопад холодной воды. Я машинально вскочила, кашляя и отплёвываясь.

— Быстро — раздеваться! Стройся в шеренгу по росту!

Вокруг меня бегали, шлёпая босыми пятками по лужам, десятки нагих молодых женщин. Я быстро скинула с себя мокрую ночную сорочку и стала искать глазами, куда бежать строиться. Всё внятно объяснил несильный, но унизительный удар по ягодицам:

— Чего головой вертишь? Сюда, быстро!

Спустя две секунды я уже стояла в шеренге, зябко стряхивала с себя остатки холодного душа и опасливо смотрела на молодую женщину в пятнистой форме, поигрывавшую резиновой дубинкой.

— Так! Все вы были на перевалочных пунктах, никому ничего объяснять не надо! Все знаете, что ваши права остались в далёком будущем! Здесь — жёсткая дисциплина! Наказания — только телесные, не опасные для здоровья, но очень болезненные, не нарывайтесь! Ваше счастье, что вы все здесь в состоянии рожать детей! Это и будет ваше основное занятие! Мужчин здесь полно, сможете выбирать! Никого не захотите — мы выберем за вас! Заартачитесь — будете наказаны! Физические упражнения — обязательны! Медосмотр — обязателен! Хозяйственные работы — четыре часа в день, освобождает только врач! Забеременеете — перейдёте в другую секцию, там специальный режим! Отбой в двадцать один ноль-ноль, подъём в пять тридцать! Если в течение ночи тревога, подъём утром производится позже! После отбоя — пять минут — всем лечь! В течение ночи выходить — только по одной, в туалет! С завтрашнего дня — подъём без душа, по команде, в течение пяти минут всем стоять в строю! За задержку — наказание! Сейчас получите одежду и подойдёте к учётчице, ответите на все вопросы! За враньё при ответах — наказание! За отказ отвечать — наказание! Разойдись!

Да, здорово я вляпалась. А на кого обижаться? Между прочим, ещё немного — и жарилась бы на сковородке. Положа руку на сердце, не могу не признать, что с нашей суицидной сестрой только так и обращаться. Избаловала меня демократия, вот я и полоснула бритвой по вене. А при здешнем режиме не остаётся времени на такие развлечения, да и присмотр, видно, суровый. Не умеешь разумно распорядиться своими правами — значит, ни к чему они тебе. Между прочим, восемь с половиной часов на сон — это шикарно. Читала я про Советский Союз, Китай, Северную Корею — там не так обращались с арестантами. И уж били резиновой дубинкой вовсе не для того, чтобы помочь проснуться. Комплект одежды — простейшее бельё, пара полотенец и бледно-синяя униформа из дешёвой джинсовой ткани, да ещё тапочки на низком каблуке, не так уж плохо. В сущности, меня просто заставляют детей рожать, невелика трагедия. Холодный душ вместо будильника — это, конечно, ужасно, но вроде больше так не будет... А кстати, здесь совсем не холодно.

— Ваше имя, фамилия, возраст, откуда прибыли?

— Мэри Уотсон, восемнадцать лет, Бостон, Массачусеттс.

— Образование имеете?

— Окончила школу, начала изучать программирование в колледже.

— Вот и изучала бы дальше, что же ты так... Причина самоубийства?

— У меня жених погиб... во время антитеррористической операции в районе Персидского Залива.

Девушка-учётчица пристально смотрит на меня, её взгляд смягчается.

— Вот, значит, что... Как его имя, фамилия, воинское звание, род войск?

— Артур Паркер, сержант, морская пехота.

— Ладно, Мэри Уотсон, пока свободна, далеко не уходи.

Куда же мне уходить? Я лучше по сторонам погляжу, пока мне никто дубиной не грозит. Вокруг суетятся переодевшиеся арестантки, надсмотрщица ходит среди них, дубинкой помахивает, но вроде никого не бьёт. Вот уже кто-то убирает мокрые постели, а там вон пол драют. Надсмотрщица подходит ко мне:

— Ты чего стоишь? Вон, видишь — люди работают! Иди, собирай мокрое с постелей, относи направо, видишь, вон там куча!

— Подожди, Рэчел! Не трогай её, иди лучше сюда, глянь...

Рэчел заинтересованно подходит к учётчице, смотрит на экран компьютера, выражение её лица меняется, она снова обращается ко мне:

— Ты чего стоишь? Вон, видишь — стул, возьми, присядь, ещё успеешь настояться!

Я сажусь. И то верно, хоть отдохну от первых впечатлений...

— Мэри! Это ты? Это в самом деле ты?

Я, наверное, сошла с ума. Передо мной — Артур! Живой!

— Артур... Это и вправду ты? А мне сообщили, что ты погиб в теракте!

— Милая, что же с тобой-то случилось?

— Артур Паркер, ваша невеста пыталась покончить с собой, когда ей сообщили о вашей гибели. Будете теперь оба жить до ста лет.

Я обнимаю Артура, я не верю, что могу обнять его...

— Мэри, как же это ты, зачем... Ты не должна была...

— Артур, любовь моя, какое счастье, что мы вместе!

— Артур Паркер, вы забираете арестованную за суицид Мэри Уотсон?

— Да, разумеется! Где я должен подписать?

— Нигде. Сегодня у вас увольнительная, пойдите возьмите нормальную одежду для своей прекрасной леди, через час принимайте квартиру для пары. Всё, счастливо вам обоим!

Страшная надзирательница и учётчица улыбаются нам. Мы уходим за одеждой для меня и квартирой для нас обоих.

 

Глава 3.  За сорок миллионов лет до Мендельсона
Артур

Я проснулся от телефонного звонка и не сразу поверил, что обнимаю спящую Мэри. Значит, это мне не приснилось... бедная девочка, что же ей пришлось выдержать! Три года назад её приёмные родители погибли в автокатастрофе, а теперь...

— Артур Паркер слушает!

— Привет, Артур, прими мои поздравления! Слушай, тут такая просьба от арестантской секции... твою Мэри ещё не переоформили, они просят, чтобы вы нашли время и наведались в медпункт, а потом в спортзал, хорошо?

Я смотрю на Мэри, она уже проснулась, потягивается, с улыбкой смотрит на меня.

— Мэри, милая, ты не возражаешь, если мы сейчас сходим к врачу, а потом в бассейн?

— Да, Артур! С тобой — хоть на край света!

Да мы и так уже на краю света...

— Да, сэр, мы через четверть часа будем у врача!

— Вот и хорошо. Теперь — от меня... Слушай, я тебе даю трое суток увольнения, постарайся за это время расписаться с Мэри, тогда будет ещё неделя отпуска, договорились? О, идея! Подходи ко мне, я ведь тоже могу вас расписать, заодно и познакомимся с ней! Тут все ребята жаждут её увидеть! Я, конечно, не имею права так говорить, всё-таки суицидный арест, но какая девушка! И ведь она понятия не могла иметь, что встретится с тобой. Тут тебе все так завидуют, ты не представляешь! Шмотки-то ей взял приличные? От меня пойдёте на офицерский склад, там возьмёте всё по последней моде. Всё-таки жена командира второго ранга.

— Слушаюсь, сэр!

— Ладно тебе, «сэр», я же говорил — можешь звать меня Чарли. Всё, действуй по обстановке.

..........................................

Окончание

Иллюстрации Сергея Муратова

«Решающий эксперимент»«Принцесса»«Здрасьте, я ваша пра-пра-пра-пра...» — «Перст судьбы»

Сценарий-пародияРассказы — Отрывки из романтических повестей

Все подробности перевести лежачего больного здесь.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com