Последний аятолла
Недавно прочел о результатах исследований археологов и историков. Следы пребывания всего нашего Человечества на планете не переживут его более чем на несколько десятков тысяч лет. А следы культуры — и того меньше...
И две тысячи лет война.
Война без особых причин...
В.Цой
Когда-нибудь седой аятолла,
высокий, сухощавый, молчаливый,
придет к Стене и скажет:
«О, Аллах!
Полны тысячелетние могилы,
в которых перемешан братьев прах.
Ты вел меня, и мне достало силы
всех пережить, смиренных и спесивых,
и знамя донести, врагам на страх.
Зачем?
Боролись насмерть, не на жизнь, и крови
при этом не жалели ни на что.
Плодились, исчезали, но зато
Ты нас дарил своей святой любовью
превыше всех. Мы первыми порог
Твоих чертогов преступали в Славе,
а тех, кто усомниться в Вере мог,
мы предавали смерти. Тот не вправе
дышать и осквернять собой сей мир,
кто недостаточен в Любви к Тебе, о Боже.
Так жили мы. Так жили и враги. Кумир
века их вел вперед дорогой той же.
Другие были, кто презрел борьбу,
бряцая не мечом в бою, но Книгой
весь мир желая покорить, в Судьбу
наивно верили глупцы! Религий
истории, как и людей, просты.
Не выживает Мудрый, но бессильный,
и меч равняет всех, и пустоты
достанет всем. Там. Под плитой могильной.
Все там теперь. И правый и виновный.
Я победил. Я здесь. Стою один.
Скрижали, Книги, Храм, Венец Терновый
в ногах моих. Я — Царь. Я — Господин.
Один стою. Стена и Я. И новый
готов родиться за горой рассвет.
...Тысячелетья славы и побед,
тысячелетья боли и позора.
Все так же океан смывает след,
все так же неприступны эти горы...
Зачем?»
И он опустится на землю на колени,
не выбирая нужной стороны.
И череда бессчетных поколений
за ним восстанет. Встанет у Стены
Один... Один! Последний могиканин,
в чьих жилах кровь, что старец Авраам
своим потомкам передал, как знамя,
чьи предки, следуя своим стадам,
пришли на землю, заложили камень.
Кому из них Бог первородство дал?
Кто ближе был к Нему? Ответ утерян
в тысячелетних спорах и вражде.
Его не отыскать ни в древней вере,
ни в каменных святынях. Нет нигде
тех слов что произнес, предвидя сердцем
вражду детей, и внуков, и колен,
Отец слабеющий на ложе смерти.
Жизнь коротка. И дальше только тлен.
Лишь прах и тлен для всех в земной юдоли.
И патриарх отличен только тем,
что пережить успел немного боле.
Ни в камнях стоптанных, ни в книгах не найти
ответов на проклятые вопросы.
Тысячелетья боли на пути,
и выкосили гостьи черной косы
обочины. И сабли на скаку
срубили головы и правых и виновных,
и дев невинных вновь и вновь влекут
насильники, и жгут соседа снова
за Слово. За Молчанье. За Ответ
не тот, что каждый ожидал услышать.
И окончанья не было, и нет,
и звон клинков все так же Песню пишет
Песнь Песней.
Веру и Любовь,
хрипя и радуясь, все так же дети славят,
к Отцам взывая искренне. Но вновь
на тризне Смерть все так же бал свой правит.
...
Уйдет в песок Стена, и вновь оливы
покроют место, где был прежде Храм.
Народы новые все той же древней силой
прокатятся как пена по волнам.
И где-нибудь в Памире или Куско
родится мальчик с неземным лицом...
Народы умирают, это — грустно,
но снова Жизнь рождает праотцов.
Жива земля. Пока жива. Какое
ей дело до народов и веков?
Какое дело ей до нашего покоя,
Поэтов, Гениев
и просто —
Дураков.
<10/29-31/06>
8 7 6 5 4 3 2
2007
— 2008
