ЗАМЕТКИ ПОЭТКОРРА ИЗ ПУСТЫНИ НЕГЕВ
«ЕКАТЕРИНА ХИЛЬД
— НЕСОМНЕННОЕ УКРАШЕНИЕ НООСФЕРЫ» Когда начинал писать эту заметку, то принялся было искать у Екатерины Хильд наиболее удачные фрагменты стихотворений, как я это люблю делать, и даже нашёл пару — Из завистливых шуток черпать хладнокровную силу, не теряя лица. Улыбаться пронзительно жуткой улыбкой сивиллы и идти до конца. * * * Что за пенистый мед, если яд для него не готов. Что за дикая блажь — с пары слов оказаться в постели. Хищный взгляд раздевал до таких неприличных стихов — не осталось ни строчки в сознанье, ни шмотки на теле. А когда мягкой поступью в небо прокралась луна, я уже не пыталась разыгрывать ложную гордость и напрасно надеялась утром проснуться одна... Он доверчиво спал, обнажив беззащитное горло. Но потом вдруг понял, что более цельного автора уже давно не читал, и что просто не могу, не то, что рассуждать о её поэзии, но и придётся давать стихи целиком, так крепко и профессионально они написаны. Полнолуние. Полночь. С запада Приближается время гроз. Вновь твоим пропитана запахом Моя кожа — поверх и сквозь. На ладонях моих пунктирами Отпечатались твои сны... Я который день медитирую По законам темной луны. И который день под одеждами Вдоль по клавишам позвонков Смерть-бессонница неизбежная Пробирается холодком. То ли брежу, то ли предвижу я, Но закрою глаза едва — Вдруг тебя ощущаю ближе и Ближе, и... я почти жива. * * * Я с первого вздоха с судьбой не поладила, На всех переправах теряя коней. Когда-то ребёнок, похожий на ангела, В полночном бреду прикоснулся ко мне. О, как беззаветно, как слепо искала я У раненых хищников эти глаза, О каждом прохожем без зла и без жалости И с первого взгляда могла рассказать. Мой вечный спаситель, мой ангел неведомый — Он знает, каких это требует сил. Я с ближними часто делилась победами, Моих поражений никто не делил. Душа временами как девочка плакала: За что ей поведано столько одной? И только ребёнок, похожий на ангела, В безумные ночи стоял за спиной. От прихотей неба земное зависимо, Жаль, сны не спасают от бед наяву. Порывами гнева, порочными мыслями Пусть мучатся слабые — я проживу. Когда же опустится ночь безымянная, Чтоб вечным забвеньем меня опоить, Пусть маленький мальчик, похожий на ангела, Погладит тяжелые косы мои. * * * Тщетно. Лето зови — не зови. Здесь и в марте бушуют метели. Помнишь, как беззаветной любви Мы в слепом упоенье хотели, Как звенела гитары струна — Неприкаянный ветреный трагик, И тревожил извне, но до дна Самый трепетный голос в общаге. То пусты, то хмельны вечера — Если песни не все перепеты. Вновь курить торопливо с утра До последней искры сигарету, Вновь гитара у стенки молчит, От движенья рыдая басами... Пусть никто нас прощать не учил — Мы научимся этому сами. Мы когда-нибудь бросим курить И оденемся в скучное миди, Нам откроют Египет и Крит Тайны храмов, дворцы, пирамиды... А пока только ветер и свет В волосах неповязанных спрятан. Если окна глядят на рассвет, Что спешить с наступленьем заката? У земли бесконечной зимы Нет, как вечного сна от эфира. Говорят, что потеряны мы. Для кого? Для себя или мира? Снова солнцу по хрупким плечам Растекаться оттенками меди... А душе бунтовать по ночам И заснеженным Питером бредить. А вот это стихотворение я прочитал и пошел, посмотрел на фото, потому что не смог понять, кто Екатерина по самоощущениям, петербуржанка, которая живёт в Ленинградской области или ленинградка, которая называет свой город Питером. Я — не ты. Я ничуть не боюсь этой боли, и всё же — поразительно странно — она не боится меня: забирается в дом и таится в расстеленном ложе. Я — не ты. Я совсем не умею её причинять. Я, конечно, не ты. Я люблю говорить без уловок и примешивать к шлейфу парфюма дымок сигарет. Я сейчас поняла, как непередаваемо ново видеть солнце, когда умирает твой внутренний свет. Я — не ты. Видит Бог, я совсем не умею лукавить и наивно скрываться за чьей-то надёжной спиной. На согретой земле по весне просыпаются травы... Я — не ты. Мной изведана мука родиться весной. Я себе не прощаю внезапные приступы злобы. Я способна на многое, лишь одного не смогу — я — не ты: так возьми мою боль, как дитя из утробы, и своею рукой положи умирать на снегу. * * * Стоит ли безумствовать без меры, Вдоль по краю пропасти скользя? Ласковая хищница пантера Подарила мне свои глаза. Чёрная клыкастая шалунья, Сладостная бархатная смерть... Оттого и ночи полнолунья Странную тоску приносят мне. Вижу, как под звёздным небом стынут — Так недостижимо далеки — И Тибета горные вершины, И Сахары знойные пески. Там от пота скользка и упруга Чёрной шерсти сгущенная тьма, Здесь в пустые окна плачет вьюга — Безраздельно властвует зима. Но ни у людей, ни у природы Мне не быть безропотной рабой. Только безграничная свобода Постепенно переходит в боль. В пытку превращается из славы Танец на холодном острие. Только сильный получает право Выбирать тропу в небытие. Пусть среди грехов пребудет гордость — Я молюсь рассудку вопреки, Чтоб сомкнулись сладостно на горле Гибкой чёрной хищницы клыки. Ну, и что мне делать теперь? Придётся заканчивать, а заканчиваю я совершенно неожиданным всплеском, когда об эротике написано без малейшего привкуса пошлости. Я такого ещё никогда не читал! Эротическое со вкусом А мне, поверь, совсем не много надо: на берегу разнеженный покой, чтоб загореть до цвета шоколада и сладко таять под твоей рукой... Несдержанным объятием измятой, почуять — грань дыхания тонка... И персиковым соком с каплей мяты бесстыдно-откровенно истекать... Желания замкнуть порочным кругом, исполнить все немыслимые сны, свою имбирно-жгучую упругость дарить тебе — до самой глубины... В одни прикосновения одетой, Стирать заботы в очертанье лба, И плавиться душистой сигаретой в твоих шальных настойчивых губах... И главное, ничего в конце концов и добавлять не нужно. Стихи сказали всё...
Вести с поэтических огородов России. Илья Глазунов и Ксения Некрасова —
Анна Минакова. Иван Зеленцов —
Ирина Евса. Виктория Добрынина — Таша Томина. Лариса Миллер —
Евгения Ланцберг —
Артем Прояев (Кысь) — Екатерина Хильд — Шнитке... поэзия... взрыв... Павел Гулеватый —
«И я заплакал огромными и вполне крокодильими слезами»
— Михаил Дынкин —
Светлана Борщенко Стихи И.Скородинского Авторский раздел на форуме | 
