ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Ицхак СКОРОДИНСКИЙ


Об авторе. Содержание раздела

ЗАМЕТКИ ПОЭТКОРРА ИЗ ПУСТЫНИ НЕГЕВ

 

«И ОПРОМЕТЧИВО ЛЕГКА...»

(ТАША ТОМИНА)

Пересекаясь по касательной с Ташей Томиной на перекрёстках Всемирной Паутины, я всегда поражался изяществу ее стихотворных построений и тому, как ей невыносимо иногда жить в разлинованных строках. А когда решил написать о ней заметку поэткорра, то понял, что писать буду о светлом. Пусть Томина возьмёт и поудивляется, насколько, в этом моём повествовании о ней, сама на себя непохожа.

 

Нет, холода мои, я вам не Белла,

я не скажу: «Приходите за мной!»

Здесь так воздушно ногам загорелым

бродится линией береговой.

 

А вот Вам ещё и её творческая мастерская.

 

так... опять запойная певучесть

пуще смерти силится стращать,

вот и муза глупая канючит,

тычет мордой в желтую тетрадь.

 

* * *

 

На дне холщовки тонкий ключ

со мною что-то приключится...

Очнусь, бумагу уколю

пером певуньи-стихоптицы.

И опрометчиво легка,

как будто в самой теплой зыбке,

в махровой сетке гамака

притихну пойманною рыбкой...

 

И её поэтические путешествия.

 

Узнать, запомнить, щелкнуть фотовспышкой,

поймать в толпе клочок экскурс-тирады.

Познаний нет, есть жажда и одышка,

и критика на краткость променада.

Вот Рыночная площадь — что жаровня,

полна пернатых тушек голубиных,

и каменный Мицкевич хмурит брови,

и лошади стоят, сутулят спины.

 

* * *

 

вписала вечная земля

вторую ноту февраля

в чудачеств партитуру.

звук осязаем и пернат:

он — стая, он же — снегопад,

и небу абажур он.

 

* * *

 

мой февраль отправлен за стекло

день-деньской кружить снежинок сонмы.

столько зим завейных* нам везло,

сколько лет любили этот сон мы!

 

запорошит прошлое метель,

замалюет стужа стежки-стружки,

где следов, бесчисленных досель,

я была не панной, но пастушкой.

 

но, похоже, нынче февралю

не нужны моих рассказов лозы.

ты не думай, я его люблю,

этот белый воск анабиоза.

 

понимаешь, просто иногда

без особой видимой причины

даже месяц люто**, без стыда

может быть неласковым мужчиной.

 

* завея — вьюга (белорусск.)

** игра слов: февраль по-белорусски — «люты» (лютый).

 

И в окончание этого кружения по стихам, хотелось бы сказать, что от года к году талант её приобретает всё большую выпуклость и отчётливость, как будто все мы находимся под огромным увеличительным стеклом.

 

концентрация ночи тождественна слепоте.

духота, безысходность — я в брюхе огромной рыбы.

насекомая жадность, что в небе стрекочут те,

кто в неведомый час этот ад обживать могли бы...

 

остается сомкнуть полукружья горячих век,

неразбавленным жаром заполнить по плешку бронхи

и начать: переулок, витрины, гроза, забег

от сорвавшейся капли — до крыши бензоколонки.

 

за стеною воды неспокойна кривая даль.

хочешь видеть неровность мира — придумай призму.

а пока оголтело и жадно гремит февраль,

будто вскрыта хлопушка с незимним уже сюрпризом.

 

как в любви — увязают маршрутки до лобовых —

в этой музыке неба, в растерянном сне природы,

потеряв траектории хода, снуют меж них

потускневшие шашечки желтых пустых подлодок.

 

расточительный ливень прохожих берет на понт —

обещает случиться всемирным вторым потопом.

да велик и живуч будет самый дырявый зонт,

да продлится под ним пилигримов влюбленный шепот!..

 

...концентрация ночи. покой. духота. провал...

что дозволено сну — никогда не постичь рассудку.

в параллельных мирах оголтелый горячий вал

накрывает собой непопутную мне маршрутку...

ЛАРИСА МИЛЛЕР

Сегодня в моём разборе Лариса Миллер из Журнального Зала, последняя её публикация — 127-й номер Континента. В этой подборке меня поразила необыкновенная лёгкость при минимуме технических ухищрений

 

Живу, хоть, казалось бы, жить невозможно.

На свете тепло, а на сердце тревожно.

Иду по садовой дорожке тенистой,

А чудится мне, что по кромочке льдистой,

По той, что готова вот-вот проломиться,

И странно, что жизнь моя все еще длится.

 

А потом, когда присоединилось что-то неуловимое, когда творение стихий врывается в жизнь, —

 

И парной рифмы два крыла

Ту жизнь, которая была,

Так осторожно обнимают

И над землей приподнимают,

Чтоб в день грядущий отнести

И от забвения спасти.

 

А там вдали, а там вдали...

Строку короткую продли

Посредством многоточья...

Куда мы денемся с земли?

Мы здесь и днем и ночью.

 

Читай в незримом букваре

Как облака плывут горе,

Плывут небесные овечки, —

Шепчи простейшие словечки.

Читай, губами шевеля,

Но только медленно: «Земля,

Осенней паутины нитка»...

 

В общем, есть чему поучиться.

Анна Ахматова, Илья Глазунов и Ксения НекрасоваАнна Минакова. Иван ЗеленцовИрина Евса. Виктория ДобрынинаТаша Томина. Лариса Миллер Евгения ЛанцбергАртем Прояев (Кысь)Екатерина ХильдШнитке... поэзия... взрыв... Павел Гулеватый «И я заплакал огромными и вполне крокодильими слезами»Михаил ДынкинГалина ПольскиСветлана БорщенкоБилингва. Ицхак СкородинскийЮрий Олеша

СтихиЗаметки поэткорра — МиниатюркиПотешное литературовьедениеРассказы

Об авторе. Содержание раздела

Авторский раздел на форуме

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com