ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Тим СКОРЕНКО


Об авторе. Контактная информация. Новые стихи

 

 

Ответы на незаданные вопросы

 

Кому-то работа — из помоек таскать отбросы,

Кому-то работа — целовать богам сапоги,

А я отвечаю на незаданные вопросы —

Такое вот дело, не глупее любых других.

 

Вопросы повсюду, я их чувствую, вижу, слышу,

И я отвечаю, не жалея ни сил, ни лет;

Иной существует, потому что, к примеру, дышит,

А я существую, если только знаю ответ.

 

По взгляду и вздоху я умею прочесть задачу,

По ритму движений я проблему легко пойму,

По нервному тику, по походке, по тембру плача —

Я знаю ответы, и вопросы мне ни к чему.

 

И я отвечаю — до ломоты в костях, до сипа,

До боли в груди, в исступлении, на износ.

Они понимают, принимают, твердят «спасибо».

И хоть бы один, хоть один бы задал вопрос.

 

 

Памяти Леха Качиньского

 

Итак, самолёт взлетает вверх. Кто находится в нём?

Один президент по имени Лех, один его мажордом,

Одна супруга, министров — два и трое военных лиц...

Но «Ту», прорезав туман едва, камнем падает вниз.

 

Итак, самолёт ныряет вниз. Что нам это даёт?

Отличный повод из-за кулис открыть свой зубастый рот,

Сказать, что заговор, что война, спецслужбы полить дерьмом,

Сказать, что это, мол, так и на — всем, кто летел на нём.

 

Конечно, это самарский завод в аварии виноват,

Вперёд, инженеров его на дзот, и может быть, сразу в ад.

Не можешь думать — иди мети, тут дворников недочёт,

А ты закончил своё МАТИ — и строить, блин, самолёт.

 

А может, страшный какой бандит министров решил скосить

И бомбу он примотал к груди, и спрятался под шасси.

Возможно, это глава ФСБ. А может быть, ЦРУ:

Тут А и Б на одной трубе в глубинах рублёвых руд.

 

Ну ладно. Собственно, кто о чём — опасно летать, друзья,

Тревожно в небе и горячо и, молниями грозя,

Оно не смотрит, кто на верхах, а кто — дрожащая тварь,

Мы все для неба — одна труха, один разменный товар.

 

Доброе утро. Взлетает вверх какой-либо самолёт.

В нём — президент по имени Лех, супруга, солдат, пилот.

Мне кажется, стоит забыть чины, заслуги и прочий класс,

 

А просто помнить, что все равны.

И небо отпустит нас.

 

 

Немного о свободе слова

 

Никаких катаклизмов. Спокойны под нами плиты,

Не рождают двуглавых чудовищ глубины вод.

Я люблю свой народ. Только он — против Ларри Флинта,

И на данный момент мне не нужен такой народ.

 

Ужасает меня не опасность военных действий,

Не подземный террор, не шахиды на всех углах,

Не железные псы, пожирающие младенцев,

Не по тёмным проулкам плодящаяся урла —

 

А отсутствие права на слово, которым можно

Сокрушать государства и праведный суд вершить,

Расставлять по местам, по церквям и по цвету кожи,

По оттенку волос и по выкройке паранджи.

 

Поменялись слова — только слава осталась та же,

Манекены по-прежнему ходят голосовать,

И над ними сурово стоит с батогом на страже

Человек, под контролем которого все слова.

 

У меня есть права выбирать по себе учебник,

По себе выбирать отношение к меньшинству,

Индустрию разврата из области развлечений,

Кишинёв и Канберру, Монровию и Москву,

 

И свободу, в границах которой не будет сплина,

И дорогу назад, если я не хочу вперёд…

Я люблю свой народ. Только он — против Ларри Флинта,

И на данный момент мне не нужен такой народ.

 

 

Одним пером

 

Пиши, пиши, никто не ведает

Того, что ты,

Провалы делая победами,

Поставишь встык

Материки и поколения,

И города,

Мы все — твои военнопленные,

Мы — навсегда.

 

Мы опустели, мерно съехавши

С нагретых мест,

Подобные ошмёткам ветоши,

Забыли текст,

Я знаю, знаю: это мелочи,

Но с этих пор

Ты не диагноз, моя девочка,

Ты — приговор.

 

Глотать свинец — не в наших правилах,

Мы — пустота,

За что ты нас таких оставила,

Моя звезда?

Проглотим мы тебя — и выплюнем,

Ты станешь мной,

И ей, и им — пустой и зыблемой,

Слепой, смешной.

 

И мы падём — чумные, ветхие —

К твоим ногам

Поняв, что стала ты безветрием,

Мой ураган.

И ты смолчишь — свободно, искренно.

И грянет гром,

Поскольку мы с тобой написаны

Одним пером.

 1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11    12    13    14 

Бардовская песня. Избранное. Ссылки для скачивания и тексты

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com