ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Дмитрий СИРОТИН


Об авторе

ПРОЗА

ВЕСЬ МИР — ТЕАТР

Отрывки из повести. Вся повесть — см. здесь.

..............

Однажды в День медика мне предложили поучаствовать в концерте для работников психиатрической больницы. Я согласился: куда деваться? Публика необходима поэту как воздух. Тем более когда не печатают… В психушку — так в психушку!

Почитал там свои вирши. Потом было застолье. Всех выступающих усадили за большой стол в маленькой, но уютной столовой. Мне досталось почетное место рядом с главным врачом.

Выпили, закусили. Тут главврач мне доверительно так сообщает:

— Есть тут у нас один больной… Тоже пишет, вроде вас… Шизофреник.

— А-а-а, понятно, — говорю я, немного обидевшись за сравнение с шизофреником.

— Не желаете его прозу почитать?

Я тщетно пытаюсь поймать вилкой горошину и в то же время думаю: соглашаться или нет? Вот так всегда: куда ни придешь — везде пишущие найдутся! И сразу начинают меня своими литературными опытами терроризировать, будто я им чем-то помочь могу… Вот теперь и псих-литератор нашелся! Но — отказываться неудобно. Поют, кормят, стихи мои опять же выдержали…

— А он сам-то не против будет? — спрашиваю.

— Да что вы! — смеется врач. — Он мне, наоборот, все уши прожужжал: «Отдайте, мол, какому-нибудь литератору, ну хоть какому-нибудь — пусть посмотрит, мнение выскажет…»

Я опять обиделся на «хоть какого-нибудь литератора» и залпом выпил.

В итоге уговорил меня главврач, забрал я рукопись того больного. Конечно, сразу честно предупредил, что с публикацией помочь не смогу. Да и советами тоже: если б еще стихи были, а то — проза… Почитать — конечно, с удовольствием почитаю…

От врача я узнал, что шизофреник этот в перерывах между обострениями работает актером в нашем городском театре кукол. Потому и повесть так названа, и содержание в целом соответствующее… Я, к стыду своему, в театры давно уж не хожу: честно говоря, денег жалко… Но дело не в этом.

Лежала у меня эта рукопись месяц, два, три… А потом, годика через два, так чего-то неловко стало. Вот, думаю, больной человек писал. Врач его мне доверился. А я — свинья-свиньей, пятьдесят страничек не могу осилить! Тем более — интересно же, как шизофреники пишут.

В общем, мягким февральским вечером уселся я на кухне с чашечкой кофе и стал читать. К полуночи дочитал — и грустно так отчего-то сделалось… Утром не поленился, позвонил тому главврачу, говорю:

— Здравствуйте. Я — такой-то-такой-то. Помните?

Врач:

— Как же не помнить, голубчик…

— А не подскажете, как там наш литератор поживает?

— Какой литератор?

— Ну, вы мне его рукопись давали… Шизофреник.

— А-а-а, Пружанский! Да-да-да, помню-помню! Я-то — помню! — отвечает с укоризной.

Я смущенно говорю:

— Вы уж извините, только сегодня ночью прочел его повесть… Потому и интересуюсь. Так как он?

— Да никак, — говорит врач. — Полгода уже как помер…

— Вот это номер! — неожиданно в рифму вырвалось у меня (проклятая страсть к рифмачеству, — и где надо выстреливаешь, и где не надо!). — Как же это?!

— Извините, у меня обход начинается… Всего хорошего, — сухо-пресухо отвечает эскулап и трубку кладет…

Теперь вообще себя полным боровом чувствую! Давайте хоть так — вот здесь опубликую, пусть народ почитает… Покойничек авось не обидится. В принципе, по-моему, ничего, читать можно… Я, конечно, в прозе не специалист…

Кстати. Если пожелаете узнать, отчего наш бедный автор умер, то сами перезванивайте главврачу и сами спрашивайте! Что он, правда, психованный какой? С другой стороны — с кем поведешься, от того и наберешься...

Одним словом, приятного чтения.

 

 

ПРОЛОГ. ТРИСТА ЛЕТ СПУСТЯ

 

Когда идущие… О Боже, когда идущие...

Нет, я даже не помышлял, что это будет так сложно. Не помышлял, как сложно жить и идти. Просто жить и идти, не думая о том, что ты оставишь после себя — или не оставишь… На этой земле, как известно, после тебя остается только одно: могила. Нет, даже не могила, могилы может и не быть, а вот память, память — остается. Особенно если есть кому и за что о тебе вспомнить.

Но это потом, потом...

Врач не поверил, когда я открыл ему свое инопланетное происхождение. А я так подробно все описал, и звездную систему мою, и Седьмую планету, он даже ее название в историю болезни внес. А все равно не поверил. Он прописал мне таблетки и уколы, я честно пил и честно кололся, но ужас окружающей меня обстановки и страх перед людьми не проходили. К тому же, осознавая, что я закрыт и меня не выпустят, душа моя мучилась еще больше; бывали минуты, когда орал я не своим голосом: «Откройте дверь! Просто откройте дверь, чтобы знать, что — открыта! Я никуда не уйду, я только вдохну воздух Вселенной!» На Земле очень грязный воздух, и все-таки он лучше, чем душный, кислый, пропахший лекарствами, грязными телами и земной пищей воздух больницы...

Врач не поверил мне. А ведь и он был инопланетянином: это заметил я и по форме ушей, и по морщинам, и по жилистым белым рукам.

Он даже кричал на меня, когда я не мог открыть дверь, чтобы выйти из его кабинета. Крик всегда выбивал меня из колеи — окончательно.

Вы никогда не задумывались, почему на вас кричат, как правило, самые важные для вас существа? Мужья, жены, родители, учителя… Почему кричат учителя? Дети выводят их из себя. Это так понятно.

— С детьми, — говорят они, — иначе нельзя.

А все-таки как гнусно, когда кричат учителя! Кричать вообще-то можно по-разному, но я говорю о злом крике, о крике оскорбляющем, о крике, лишающем маленького человека последнего достоинства.

Когда идущие… О Боже, когда идущие...

 

 

Глава 1. ПОПЫТКИ — НЕ ПЫТКИ… ИЛИ ПЫТКИ?

 

Где работать больному на всю голову человеку? Нет, конечно, можно и не работать. Можно тупо болеть. Но с работой болеть интересней. И немножко выгодней. К тому же этот театр, можно сказать, сам меня нашел. Он меня с детства находил.

Вот, помню, был я еще совсем маленький. И был в нашем Кочкинске Дворец культуры. Был, да сплыл. Потому что на культуру денег нет. Вот его и закрыли. Но тогда еще — был. А в нем — народный театр. А в нем — режиссер Улыбкин. Он с самодеятельными артистами спектакли ставил. Играли в его спектаклях разные шахтеры, монтеры, врачи, учителя, — в общем, все те, кто хотели, но почему-то не стали артистами. И реализовывали себя на самодеятельной сцене. Благодаря Улыбкину. Ну и, конечно, собственному таланту.

...........................................................................

 

 

Глава 12. РОЖДЕСТВЕНСКАЯ ИСТОРИЯ

 

Актер Савка Рубинчик. Очень мрачный, вечно в депрессии по поводу «судьбы-злодейки», не наградившей его ни талантом, ни любовью, ни деньгами.

Подрабатывает как-то под Новый год Дедом Морозом «по вызову». Идет вечером 31 декабря прямо в дедморозовском костюме по городу. Хмурый, пьяный, одинокий… Дошел до моста и вдруг от тоски решил… утопиться. Да! Утопиться! И — лети все к чертовой бабушке!!! Уже примерился с моста, куда вернее прыгнуть, чтоб сразу и наверняка — и вдруг детский голос его окликает:

— Дедушка Мороз!

Тот:

— Кто? Чего?

А это — девочка лет семи, смотрит на него во все глаза, и рот до ушей:

— Дедушка Мороз, подари мне сотик!

Савка ей обалдело:

— Какой еще сотик?

— Ну, сотовый телефон. А то у всех девчонок во дворе есть, а я одна как дура. А мама говорит: денег нет, попроси Деда Мороза, может, он подарит… Дедушка, подаришь?

И смотрит жалко-жалко, но с такой надеждой...

Савка привязанную бороду почесал, подумал. Пошарил в красном тулупе, достал свою треснутую, обшарпанную старушку «Моторолу» и говорит:

— На!

Девочка подарок схватила, обрадовалась:

— Ой, спасибо тебе, дедулечка! Это ничего, что сотик черно-белый! Ты мне на следующий год цветной подаришь, ведь правда?

Савка вздыхает:

— Правда...— А с камерой можно?

— Можно...

Девочка, подпрыгивая от радости, убежала, а Савка посмотрел ей вслед и раздумал топиться.

..................................................................

 

 

Глава 14. МЭРСКАЯ РЕПРИЗА

 

На юбилее той поселковой школы произошел случай. Старшеклассниц выгнали на улицу встречать мэра. А конец ноября был. Встречают его «хлебом-солью», в коротких юбках и тонких блузках — в тридцатиградусный мороз! При том, что еще поезд на час опоздал. Они его, бедные, пока ждали, чуть в замороженные полуфабрикаты не превратились. Директриса школы переборщила с верноподданническими чувствами. Мэр из автомобиля вышел, увидел это дело и разорался:

— Вы что, мать вашу, специально заболеть решили, чтобы в школу не ходить?

— Нет, нас д-д-ддиректор п-п-поставила... Погнал мэр девчонок внутрь, ворвался в школу вместе со своей свитой. А там директриса радостная с огромным букетом стоит, встречает… Он как завопит на нее:

— Морозить детей?!!! Не позволю!!!

У директрисы улыбка сразу на пол упала и цветы завяли.

А мэр все разоряется:

— Это ж надо до такого дойти!!! Я, когда в школу их погнал греться, хлопнул одну для ускорения по заднице, так задница — просто ледяная!!!

Потом концерт и поздравления начались, он на сцену выходит под бурные аплодисменты, толкает речь небольшую часа на полтора и заканчивает тем случаем. И выдает ту же фразу: «Задница — просто ледяная!!!»

Закончился концерт, журналисты у него интервью берут, он хвастается, как много школе помогал, и в конце интервью — опять про «незабываемую встречу» и опять: «Задница — просто ледяная!!!»

Потом на банкете дали ему слово, он и там про ледяную задницу не забыл.

А через месяц, подводя итоги года, проводит мэр по телевидению традиционную пресс-конференцию с участием городских и республиканских СМИ. В конце — рассказывает о поездке в поселок Северо-Западный на юбилей школы. И завершает рассказ коронным: «Задница — просто ледяная!!!»

…Местный бард Сережа Марков тоже принимал участие в знатном юбилее. Возвращаясь с тех поселковых гастролей, Марков буквально за полчаса, вдохновленный дорогим коньяком и девчонками из ансамбля «Кочкинские просторы», сочинил песню о славной поездке. Были там, в частности, такие слова:

 

«…Повторил он эту фразу

Двадцать восемь раз подряд,

Вся провинция узнала

Про девицы хладный зад.

 

Пусть теперь его не моет,

Демонстрирует, гордясь:

В нем же власти и народа

Историческая связь!»

 

Пьяный Гена Ярцев, услышав, долго аплодировал и кричал: «Спиши слова!». Но поезд уже подъезжал к городу

......................................................................

 

Вся повесть содержится в арх. файле. Формат htm, размер zip-файла 50 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Рассказы для детей и родителей

Стихи для детей и родителейЛирика и юмор

Об авторе

Посетите агентство недвижимости Инфо Дом плюс в Воронеже, чтобы купить квартиру.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com