ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Владимир СИРОТЕНКО (ВЕРБИЦКИЙ)


Такая молодость

 1    2    3    4

Прикатила авторитетнейшая комиссия. Всё написанное Васей подтвердилось. Начальство получило страшнейшие нахлобучки и перемещения. Васе же лично Щаденко поставил задание — за год превратить взвод в лучший по дивизии. Дали ему в помощь двух грамотных азиатов и они таки научили земляков шагистике и русскому языку.

Вася же опять стал заниматься преподаванием. Дело в том, что в распоряжении Министерства просвещения так и не нашлось свободного специалиста по истории. Ректор института, узнав, что Вася служит в Чернигове, через обком партии обратился к командованию за разрешением Васе читать помимо службы лекции в пединституте. На расширенном бюро обкома, в присутствии армейского руководства и руководства областного ГПУ (НКВД) приняли решение разрешить лейтенанту Сиротенко читать лекции по истории в пединституте, однако при этом обязать его читать лекции и сотрудникам Яновского концлагеря, построенного с привлечением германских специалистов, в котором и сейчас стажировались офицеры СС (кстати, лагерь рассчитан был на 80000 человек, а всё население Чернигова тогда было 57000). Так Вася вновь стал читать лекции в пединституте. Его часть перевели в лесной лагерь в 26 км от Чернигова, поэтому Васе, единственному лейтенанту, выделили персональную легковушку, которая возила его на лекции. Тогда же он женился. В начале 1941 его назначили комендантом штаба дивизии, дали в подчинение комендантскую роту. Все говорили о возможной войне с Германией. Вася проштудировал аж 30 учебников немецкого языка и уже разговаривал с немцами Яновского концлагеря, как немец…

20 июня 41-го он получил приказ собрать возле штаба всех офицеров дивизии. Перед строем выступил комиссар дивизии и зачитал письмо Берии Сталину о том, что война с Германией невозможна и слухи о ней распространяются провокаторами. Затем, вперёд вывели связанного адъютанта комдива и заявили, что тот сбежал из курорта в Крыму, явился домой и заявил жене что 22 июня начнётся война с Германией. Та побежала по знакомым и вечером 20 июня город охватила такая паника, что комдив лично вынужден был гасить бунт. За паникёрство и провокационные разговоры адъютанту был вынесен смертный приговор, и Сиротенко было приказано тут же, перед строем, привести его в исполнение. Вася откозырял и заявил, что он может только взять паникёра под стражу — комендантский взвод и он сам не имеют оружия. Тут к воспрянувшему духом адъютанту подскочил особист и привычно выстрелил в затылок. Комиссар приказал Васе отвезти труп провокатора на мусорную свалку и бросить там. Вася откозырял и приказал своим солдатам поместить пока труп в холодный сарай, откуда и забрала его жена адъютанта утром 23-го. Тем же утром 23-го комиссар вместе с особистом нагрузили три машины добра и с семьями рванули на Восток. Их поймали под Чугуевым и привезли в Чернигов, чтобы расстрелять, как дезертиров…

23 июня Васе приказали получить оружие и вести роту на Гомель. По дороге, в 25 км от Чернигова, встретили весёлую 10-тысячную толпу ЗЕКов, отпущенных из Гомельской тюрьмы. Свободные зеки ушли на Восток, солдаты на Запад, чтобы уже в районе Пропойска, на 3-й день войны, вступить в бой с немцами. Было это так.

Вася получил приказ окопаться у моста и не пропускать никого по нём. Дивизия неизвестно где. Связистов нет. Прикатил с Запада на мотоцикле какой-то замшелый, старенький майор-связист, но он оказался не только из другого полка, но даже из другой армии. Вася заявил, что пропустить его не может и если он не повернёт обратно, то задержит. Майор спорить не стал и укатил обратно. (Через три года Вася, выполняя задание в глубоком тылу врага, опять встретит этого старенького майора, правда в мундире полковника вермахта, но тогда тот полковник «не узнает» его). А ещё через час на шоссе с Востока ворвался броневик. Из него выскочил маленький командир со шпалами в петлицах и заорал: «Я член Военного Совета 21 армии комбриг Тупиков. Приказываю задерживать всех, проходящих здесь, а ночью бросить их в наступление на деревню в 10 км отсюда, захватить её и занять оборону. Явлюсь завтра. Выполните — получите Героя. Не выполните — расстреляю на месте! Через полчаса прикатил вестовой от комдива с приказанием отступать. Вася рассказал о приказе комбрига. К сожалению, по шоссе никто не двигался, и набирать было некого. Решил атаковать деревню своими силами. В 2 часа ночи напали на немцев. Те спросонок не сопротивлялись. 20 солдат взяли в плен и заняли оборону. Сутки напрасно прождали того Тупикова, затем Василий погрузил свою роту и пленных немцев в отбитые машины и прибыл в штаб дивизии. С теми трофейными грузовиками пришлось отступать до самого Ново-Быкова, где и заняли оборону на левом берегу Днепра, получив приказ задерживать всех, кто приплывёт с той стороны. Задержали какого-то плотного пожилого мужчину, приплывшего с того берега лодкой. Связанного, с кляпом во рту, притащили к Васе. Показали документы, найденные в карманах. Это оказалось удостоверение Депутата Верховного Совета СССР и удостоверение маршала артиллерии. К сожалению, Сиротенко запомнил только как его звали — Григорий Иванович. Фамилия вылетела из головы. Маршал похвалил за бдительность, сказал что добирается из самого Бреста, что крепость ещё держится, приказал доставить его в штаб, откуда его переправили в Москву. Там, кажется, его и расстреляли...

Дальше было новое отступление. При боях под Щорсом тяжело ранили в плечо. Отправили в Харьковский госпиталь «Гигант», где и прооперировали. На 3-й день после операции к городу подступили немцы. Вася не стал ждать эвакуации госпиталя, а взяв у начмеда регистрационный лист и медицинскую карту, с трудом натянув форму, добрался до вокзала и сел в вагон для раненых поезда, отправляющегося на Восток. Забравшись в вагон, сразу же потерял сознание и очнулся только в Саранске. Раненых переправили в сибирский Ачинск. После выздоровления получил направление в формирующуюся там 2-ю ударную армию адъютантом командующего 374 дивизии генерала Летошкина. Вскоре их переправили на Ленинградский фронт. В конце января пошли в наступление через Волхов на Тихвин. Немцы заняли глухую оборону, а командование ежедневно приказывало атаковать противника. Однажды атака оказалась успешной, и. прорвав оборону немцев в тихвинские болота ворвалась 2 ударная армия во главе с командармом Клыковым. Увы, немцы большими силами стали их окружать и Летошкин приказал своей дивизии немедленно вернуться на исходные позиции. Клыков побоялся нарушить приказ и остался в котле. Попытки Летошкина прорвать котёл захлёбывались в крови. При одной из таких безнадёжных атак Вася был вновь ранен. Лечился в Боровичском госпитале в Подмосковье. Выздоравливал долго, так что успел прочесть не один десяток книг по истории древнего Рима, которые приносила по его просьбе знакомая медсестричка из эвакуированной сюда Ленинградской библиотеки им. Салтыкова. Здесь его настигло письмо о том, что жена расстреляна вместе с заложниками в Яновском концлагере…

После выздоровления ему присвоили капитана и назначили адъютантом нового командующего 2 ударной армии генерала Власова.

Вася явился к Летошкину и доложил о назначении. Летошкин пояснил, что для того, чтобы приступить к обязанностям адъютанта Власова, нужно вначале вызволить того из котла. Он подарил Васе свой личный пистолет, связался с оперативным отделом 59-ой армии, которому было поручено организовать выход Власова из окружения, и сказал, что направляет к ним капитана Сиротенко для участия в операции. Васе поручили организовать точечный прорыв обороны немцев, придав ему для этого батальон, сформированный из таких же солдат и офицеров, вернувшихся из госпиталей, то есть ветеранов-фронтовиков.

15 июля 1943-го Вася, вместе с танковым подразделением из 13 танков подполковника Шнайдера атаковали противника и ранним утром 16 июля пробили брешь в обороне немцев шириной в 800 метров. Через этот узкий коридор за сутки спаслось из плена более 16000 бойцов. К сожалению, героя обороны Киева, заместителя Мерецкова, генерала Власова среди них не было. Опасаясь Сталинского гнева, он сдался немцам…

Увы, тот прорыв сыграл с Васей ехидную шутку. Их со Шнайдером считали героями-освободителями. Присвоили очередные звания, дали по ордену «Красной звезды», приняли в партию без испытательного срока. Батальон направили на отдых и переформирование, а Васю направили на задание в район Берлина. Остановился он у старого бауэра, бывшего члена ЦК германской компартии, теперь пенсионера. Документы у Васи были, отобранные у пленного офицера-интенданта, занимающегося снабжением частей вермахта на ленинградском фронте. Не знаю, что делал отец под Берлином, с кем связывался. До сих пор это такая тайна, за которую можно лишиться жизни. Но вот что он рассказывал. Тот бауэр был уже давно на пенсии. В гестапо его вызывали только пару раз, выяснили, что от коммунистического движения отошёл, в связи с возрастом. Так что дал подписку о лояльности Дойчланду и его больше не тревожили. А пенсия у него, бывшего врага Рейха, была такая, что и одет и отлично накормлен был. За то, что сын служил в вермахте, дали в помощь двух украинок-служанок. Вот тех украинок больше всего и опасался Вася. Чтобы выслужиться, запросто могли наябедничать в гестапо. Бауэр же сотрудничать с советами отказался, но обещал не выдавать…

Пробыл Вася там всего 3 недели. Бывшие коммунисты отказались идти на контакт. Зато купил несколько фашистов из интендантской службы. Вернувшись, получил благодарность командования. Коллеги-офицеры подшучивали над его округлившеюся за такое короткое время фигурой, а командование это вдохновило на стратегическую шутку.

Васе объявили, что за отличное выполнение правительственного задания он назначается командиром полка новоформирующейся дивизии, ему присвоено внеочередное звание полковника. В тот же день в его распоряжение поступило три новосформированных батальона с командирами. Было объявлено, что именно с места, где находятся сейчас эти батальоны, и начнётся генеральное наступление. Устроили пропускные пункты и доставили 16 передвижных радиостанций. Затем пришло распоряжение о повышении всех в звании на один ранг и назначении Сиротенко командиром новосформированной дивизии. От Летошкина привезли ему генеральскую шинель и приказ о присвоении генерал-майора. Ещё через неделю пришла радиограмма о переформировании дивизии в корпус и присвоении Сиротенко звания генерал-лейтенанта. Васины радистки забили весь эфир трескотнёй о том, как растёт их красавчик Вася. Сам Вася уже себя видел в радужных мечтах маршалом, хоть кроме тех 3-х батальонов никого так и не поступало…

................................

 1    2    3    4

Очерки из цикла «Присяга роду»:
«Нас когда-то называли корифеями» — «Такая молодость. О моем отце» — Поэт расстрелянного Возрождения (Марко Вороной)

«Забытые имена».
Сборник повестей и рассказов о Тарасе Шевченко и его окружении

Публицистика

Об авторе. Содержание раздела

Описание видеокамеры цифровые hdd

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com