ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Владимир СИРОТЕНКО (ВЕРБИЦКИЙ)


Об авторе. Содержание раздела

ЗАБЫТЫЕ ИМЕНА
Сборник повестей и рассказов

СКАЗ О ВЕЛИКОМ РУСИНЕ

 

«Величайшие счастливцы скрываются в неизвестности: их не заметит взор милостивца, минует почесть, забывает или, лучше, не помнит потомство. Ничтожество спасло их от благодарности, славы и истории и схоронило без монументов и похвальных слов. Поступки их не были подчинены самовольной контроли крикунов, составляющих, от нечего делать, общественное мнение, как журналисты составляют моды картинками повременных изданий».

Нестор Кукольник 1840

 

Когда я ещё работал во Львовской коммерческой академии, больше всего любил командировки в райцентр Николаев. Рядом с ним есть сельцо Стольское. Вокруг него на десятки километров раскинулись руины старинной столицы праславянского царства Белых Хорватов. О ней рассказывалось в «Повести временных лет». В те времена ещё можно было увидеть остатки мощных стен, окружавших её... Когда-то здесь пронеслись орды венгерских племен Арпада Великого. Он сжёг города Белых Хорватов, а людей увёл с собой. Часть пошла с ним в Паноннию, где он положил начало нынешней Венгрии. Часть пошла дальше в Адриатику и основала там Хорватию. Но всё же часть Белых Хорватов успела спрятаться в огромных лесах и осталась в своём царстве. Через несколько столетий их присоединил к Киевской Руси Владимир Красное Солнышко, и Белые Хорваты стали настоящими русичами (русинами). А затем, вначале Андрей Боголюбский, а затем татаро-монголы навсегда уничтожили Киевскую Русь. На её месте, воюя друг с другом и сменяя друг друга, воцарились Червленая Русь, Литва-Русь и Речь Посполита, а затем Россия и Украина. Менялся язык, менялся облик населения. И только русины, укрывшиеся между горами, оставались теми же русинами из Киевской Руси. На начало XIX столетия численность их доходила до миллиона. Закарпатье и Галиция, населенные ими, до 1804 года входили в состав Священной Римской Империи.

Вот именно гражданином Священной Римской империи и родился в 1765 году, в родовом княжеском сельце при замке Кукольников под Мукачевом, Василий (Войтех) Григорьевич Кукольник. Увы, родовой замок незадолго до его рождения захватили иезуиты, и рос он уже в деревеньке при нём. Кстати, название замка и родовой герб связаны с растением кукольник. В народе настоем из его корней лечат от пьянства. А вот цветы его очень ядовиты. Согласно древней легенде, когда-то турки обложили замок. Долго длилась осада. Изнемогали русины. Но вот предрассветным июльским утром десять отважных юношей вышли из замка, нарвали в горах тысячу цветов кукольника, пробрались выше по течению реки и бросили всю тысячу свежесорванных цветков в воду. Утром турецкие повара набрали из реки воду для приготовления пищи. Накормили ею воинов. Вымерло всё турецкое войско, окружившее замок. Вот с тех пор и замок и его владельцев стали звать Кукольниками...

 

После нескольких лет домашнего обучения родители решили Васю отослать в столицу — Вену. Поступив в университет, он, благодаря своим способностям, заинтересовал масонов, и в 1890 году его посвятили в Розенкрейцеры. Сразу после окончания учёбы масоны направили его профессором физики в Академию польского местечка Замосць. Местечко это было построено в 1578-1580 гг. богатейшими шляхтичами Польши — Замойскими — по планам венецианского архитектора Бернардо Морадо, придавшего городу древнеримский стиль. За этот стиль Замосць прозвали «восточной Падуей». В 1648 году Тимош Хмельницкий (сын Богдана) с казаками и татарами безуспешно штурмовал Замосць, а в 1654 году город выдержал осаду войск самого шведского короля Карла X.

Коронной гетман Ян Замойский укрепил город и повысил в нём уровень жизни, создав здесь в 1774 году Академию и основав банк (в виде ломбарда) под названием «Mons pietatis», вся прибыль которого предназначалась для поддержки студентов и академии.

Здесь, в Замосьце, в 1792 году Василий и женился на местной шляхтянке С. Н. Пилянкевич. В 1793 году у них родился сын Николай, а в 1795-м второй сын Павел. В том же 1795 г. Замосць отошел к Австрии. Академия была преобразована в лицей. Василий Кукольник стал в нём кроме физики преподавать историю и агрономию. В 1798 году родился сын Платон. В 1803 году видный масон Николай Николаевич Новосильцев, личный друг российского императора Александра I, по совету масона — русина Ивана Орлая, придворного хирурга царской семьи, пригласил Василия Кукольника в Петербург. Ещё Екатерина I разработала программу перестройки российского просвещения. Основой этой программы было создание в России широкой сети народных училищ разного уровня. Для преподавания в этих училищах нужны были кадры. Для их подготовки и была в 1783 году создана Учительская семинария. В 1803 году Александр I, свято исполняющий бабушкины заветы, преобразовал семинарию в учительскую гимназию. Новосильцев, который в 1803 г. стал Президентом Российской Академии, подготовил проект указа: «Учительская гимназия... по предмету своему, состоящему в образовании юношества к учительской должности, составляет отделение имеющего учредиться в Санкт-Петербурге университета, почему и принять должна название Педагогического института».

Дело в том, что в 1803 году было принято новое положение об обустройстве учебных заведений в Российской империи. В стране учреждались учебные округа, в каждом из которых создавались учебные заведения четырех уровней — церковно-приходские школы, уездные училища, губернские гимназии и региональные университеты. Все они составляли единую преемственную систему образования, центром которой в каждом округе стал университет. В соответствии с этой программой, кроме уже существующих университетов в Москве (основан в 1755 г.) и Дерпте (возрождён в 1802 г.), предусматривалось учреждение новых университетов в Вильно, Казани, Харькове и Петербурге. Указом Александра I «Об учреждении учебных округов» указывалось, что до создания университета в Санкт-Петербургском учебном округе «высшия познания будут преподаваемы при Академии наук». Именно поэтому Новосильцев и пригласил в Петербург Кукольника читать там римское право.

Сперва Василий Григорьевич отказался менять такой уютный Замосць на дождливый и холодный Санкт-Петербург. Но в 1804 году Наполеон объявил себя императором Франции. В связи с этим почила в бозе Священная Римская Империя, а её император Франц II стал австрийским императором Францем I. Начались гонения на масонов. Пришлось Кукольнику перебраться в Санкт-Петербург. Он читал в Санкт-Петербургском пединституте не только римское право, но и физику, химию, технологию и агрономию. Мало того, что его назначают директором этого института, так ещё он учит языкам престолонаследника Константина Павловича. Его педагогическая деятельность так понравилась императору, что тот стал крёстным отцом его четвёртого сына Нестора, родившегося 9(22) сентября 1809 года. За обучение великих князей Николая и Михаила правоведению и языкам царь в 1814 году (на день рождения у Кукольников пятого сына Василия) подарил им имение в Виленской губернии.

 

В 1819 г. был основан Петербургский университет. Василий Григорьевич возглавил в нём кафедру криминального и гражданского права. Его кандидатуру выдвинули на должность ректора, но он отказался баллотироваться. Василий Григорьевич решил оставить Петербург, который вдруг стал неуютным для него и тех его коллег, которые придерживались демократических взглядов. Офицеры-масоны (будущие декабристы) готовили заговор против монархии. Это стало известно императору (тоже масону). Он впал в депрессию и был готов отречься от престола. Увы, это оказалось невозможно, ибо 20 марта престолонаследник Константин Павлович развёлся с великой княгиней Анной Федоровной, а 12(25) мая, несмотря на запрещение синода и царской семьи, вступил в брак с польской княжной, лютеранкой Иоанной Грудзинской, отказавшейся сменить веру. 23-летнего Николая Павловича гвардия ненавидела, да и сам он даже не думал о престоле. В такой обстановке отречься значило бросить на произвол судьбы престол и империю. Александру I пришлось забыть о демократических взглядах юности и своём масонстве. Над Санкт-Петербургом сгустились сумерки реакции. Первым советником царя стал консерватор и масонофоб Аракчеев.

Коллега Кукольника по университету Александр Петрович Куницын как раз в это время за издание книги «Право естественное» (СПб., 1818 — 1820) был отстранён от преподавания в университете по постановлению Главного управления училищ, признавшего книгу эту «противоречащей явно истинам христианства и клонящейся к ниспровержению всех связей семейственных и государственных». Труд Куницына был составлен под сильным влиянием Руссо и Канта; в нём проводилась мысль о необходимости ограничения всякой власти, как общественной, так и родительской; иначе власть превращается в тиранию и несправедливость. Власть учреждается не в пользу властителей, а в пользу подданных и подчиненных; посему только власть, проявляемая в целях охраны прав и интересов населения, общества и детей, может быть признана властью законною и справедливою. Книга Куницына, напечатанная в количестве 1000 экземпляров, была отобрана у автора и изъята из всех библиотек министерства народного просвещения, и даже само естественное право, как наука, сделалось предметом усиленных преследований» (см. «Биография в портретах»).

Именно из-за этого Василий Кукольник и снял свою кандидатуру на выборах ректора Петербургского университета. К тому же появились признаки туберкулёза у жены. Нужно было переезжать куда-то на юг...

4 сентября 1819 года в Петербург приехал граф Александр Григорьевич Кушелев-Безбородько, внучатый племянник канцлера Екатерины II и Павла I, князя Безбородько. Александр Григорьевич вернулся из годичной поездки по Европе, где знакомился с университетами, выполняя заветы дедов о создании в Нежине высшего учебного заведения. Канцлер Безбородько для этой цели оставил своему брату Илье 210 000 золотых рублей. Илья добавил почти столько же из собственного кармана. Ещё в 1805 году по его ходатайству был принят указ о создании в Нежине гимназии высших наук. Тогда же началось строительство величественного трёхэтажного здания для гимназии по проекту архитектора Алоиза Руска.

В 1815 году Илья Безбородько, последний потомок рода Безбородько, умер. Род мог оборваться. Но императорским указом было постановлено его зятя, О. Г. Кушелева, «в уважение к отличному служению покойного князя Безбородко, на пользу и славу отечества всю жизнь посвятившему, именовать впредь графом Кушелевым-Безбородко, дабы знаменитая заслугами фамилия сия с кончиной последнего в роду не угасла, но паки обновясь, пребыла навсегда в незабвенной памяти российского дворянства»...

Тем самым на графа возлагались и обязанности по выполнению завещания о гимназии. Строительство гимназии завершил он в 1817 году. После поездки по западноевропейским университетам он узнал, что делать и как делать. С помощью дяди, графа Василия Кочубея, пробил императорский рескрипт от 19 сентября 1820 года об открытии в Нежине «гимназии высших наук им. князя Безбородько». Руководить гимназией он и пригласил Василия Кукольника, которому в 1816 году сдавал экзамен по гражданскому праву.

Старшие сыновья Николай и Павел остаются служить в Петербурге, а Василий Григорьевич переезжает с семьей в Нежин и с головой окунается в работу. Уже 4 сентября 1820 года в гимназии начались занятия. По уставу она, как и Царскосельский лицей, приравнивалась к университетам. Вместе с принятыми гимназистами учился в ней и 11-летний Нестор.

Увы, приглашенные Кукольником петербургские профессора не спешат в заштатный уездный городишко, где из культурной сферы есть только еврейский бордель. Василий Кукольник вынужден преподавать чуть ли не все предметы сам. Ему помогают брат жены Пилянкевич и сын Платон, которого он забрал с последнего курса Петербургского пединститута. Нежин — небольшое местечко, населенное преимущественно греками и евреями. Не нашлось среди них у Василия Кукольника друзей. Разве только архимандрит Виктор. Но священник — друг всем, а ему нужны были личные друзья. Такие, каких он имел в Замосьце и Петербурге. Здесь таких не было.

Когда благотворитель Александр Кушелев-Безбородько переехал в Петербург, стало совсем плохо. Работы уйма, а платить за неё некому. В долг ему уже ничего не дают. Жена чувствует себя хуже и хуже. Ей нужны лекарства, медвежий и барсучий жиры, куриные бульоны. За что их покупать? К тому же начали приезжать из Петербурга профессора, набранные там лично Кушелевым-Безбородько по принципу благонадёжности и личной преданности. Из них только с профессором Миллером Василий Григорьевич смог найти общий язык. Остальные настроены к нему крайне враждебно. Начинается травля директора.

В таких обстоятельствах ледяным утром 6 (18) февраля 1821 года под стенами гимназии нашли труп Василия Кукольника. Окно его кабинета на 3 этаже было открыто... Полиция в те времена мало чем отличалась от нынешней. Всё списали на самоубийство. Знали ведь, что он масон, а для этой среды характерны загадочные смерти. Что и как расследовали, так и остается неизвестным. «Дело о гибели Василия Кукольника» в архивах уничтожено. Погребли его около гимназии...

 

Далее цитирую Александра Николаенко:

«После смерти Василия Григорьевича Кукольника, до назначения нового директора, было создано временное правление, состоящее из профессоров гимназии. В их состав входил и Платон Кукольник. Подписывали все решения они сообща. Но особенно среди них отличался Никольский, который всячески начал претендовать на место директора. Вначале они убрали профессора Миллера, якобы за пьянство. Потом потребовали, чтобы уехал Павел Кукольник, который приехал хоронить и задержался. Никольский через попечителя добился, чтобы Кукольник убрался, и начал действовать против вдовы Кукольника. Его поддерживали все члены Совета кроме Пилянкевича (брата матери) и Платона Кукольника. Сначала попечители добились её выселения из гимназии, и она была вынуждена выехать. Платон и её брат Пилянкевич ушли сами. Мать забрала также и Нестора. и устроила его в Житомир в уездное училище, а сама поехала в имение, которое им даровал Александр I. Два года Кукольник проучился в Житомире и тут начал писать стихи, причем по-польски. Когда Орлай прибыл в гимназию, ему пришлось опираться на старые кадры и привлекать новые. Орлай восстановил Кукольника, но он смог вернуться только через два года... Орлай также уговорил переехать Белоусова и хотел сделать его инспектором, но когда тот увидел, что и как читает Никольский, то выступил против. Никольский не стал дожидаться результата, а перешел в атаку, обвиняя Белоусова в том, что он читает не по программе, а по своим конспектам, где преподносит Канта и других философов, не оговоренных программой. Как Орлай ни тушил пожар розни, огонь не унимался. Никольский послал донос в Петербург. Дело попало к Бенкедорфу. Возникло известное «Дело о вольнодумстве». Орлай к этому времени перевелся в Одессу. Пострадал по делу Н.Кукольник, хотя советское литературоведение героем сделало Гоголя...»

 

Павел Васильевич, под впечатлением смерти отца, по слухам связанной с масонами, принял православие. Он, организовав похороны, вернулся в Петербург к брату Николаю и почти три года мыкался там по различным ведомствам. Платон, подарив библиотеку отца Нежинской гимназии, тоже поехал в Петербург. В ноябре 1824 года в Петербург приехал добрый знакомый и покровитель Кукольников, руководитель комитета просвещения Царства Польского, личный порученец и друг великого князя Константина Павловича, сенатор Николай Николаевич Новосильцев. Он предложил Павлу Васильевичу должность профессора кафедры общей истории и статистики Виленского университета, а Платону там же должность в администрации. Одновременно, по его настоятельной рекомендации, Нестора, который скучал в Житомирском училище, перевели в Нежинскую гимназию высших наук. Парню исполнилось 15 лет, он уже был в этой гимназии, отлично учился в Житомирском училище. Так что его зачислили сразу в 4 класс. В классе его встретили сорванцы — Петя Мартос, Костик Базили, Платон Закревский, Коля Прокопович, Платон Лукашевич. По тогдашним правилам все гимназисты должны были жить в пансионе при гимназии. Дирекция назначала надзирателей, следивших за дисциплиной и за тем, чтобы в должное время гасили свечи и засыпали. Жили надзиратели при этом же пансионе. Вот их-то и стали «укрощать» Нестор и Ко. Доводили бедолаг до нервного истощения. Туалет в пансионе — общий. Пошел ночью надзиратель в туалет. Запер дверцы в кабинке. И засел там... до утра, потому что Лукашевич подпер те дверцы шваброй. Откроет надзиратель двери в спальню, чтобы проверить, спят ли воспитанники, а ему на голову падает ведро ледяной воды. Когда надзиратели научились заходить, не подвергаясь обливанию, их ожидал новый сюрприз. Наклоняется надзиратель над постелью, чтобы проверить, спит ли гимназист, а на него сзади наваливаются белые привидения, накрывают простынёй и выбрасывают из окна в сугроб. Р-р-революционный террор завели в лицее Нестор Кукольник и Ко.

Но не этим, а необыкновенными успехами в науке прославился в лицее Нестор. Свободно чирикал по-немецки, французски, польски, итальянски и ещё бог знает на каких языках. Прекрасно играл на фортепиано и гитаре, увлекался историей, живописью, театром и стихами...

Именно стихами их однокашники Гоголь и Забила умудрились отвлечь товарищей от террора. Началось с того, что Забила создал рукописный альманах «Литературный Парнас», а Гоголь выпустил на него пародию «Парнасский навоз». Кукольник с удовольствием приобщился к этому литературному дебошу. Вышли рукописные журналы — «Звезда» «Северная заря», а после них эпидемия литературных альманахов охватила всю гимназию... Появились альманахи «Метеор литературы», «Литературное эхо», даже экзотичный альманах «Литературный промежуток, составленный в один день + 1/2 Николаем Прокоповичем».

Но весёлый период гимназии длился недолго. В 1825 году загадочно, как все масоны, умер император Александр I. Любимец гвардии, герой 1812 года, градоначальник Милорадович вынудил двор, гвардию и самого Николая Павловича присягнуть Константину Павловичу. Но сам Константин Павлович послал всех подальше и заявил, что ему любимая дороже всяких империй, да и престола его официально лишили его ещё в 1821 году. Николай, которого никто не готовил в императоры, молил брата взойти на престол. Однако жена Николая, великая княгиня Александра Фёдоровна уже примеряла императорскую корону. В декабре на льду у Сенатской площади выстроилось гвардейское каре, отказываясь приносить присягу нелюбимому Николаю. Какого-то чёрта Каховский стреляет в главного противника Николая — Милорадовича. Рана оказалась смертельной. Николай решил принять царство и железной рукой подавил бунт. Впервые после Петра I главные заговорщики были не прощены, а повешены. Раскрыты тайные общества, руководителями которых оказались первые люди Малороссии, в том числе и брат экс-наместника Малороссии кн. Репнина, князь Волконский. Совсем рядом восстали солдаты Черниговского полка. Восстание не удалось. Участники стройными рядами промаршировали в Сибирь...

Именно в это межвременье в Нежинскую гимназию прибывает молодой профессор Николай Белоусов. Он быстро находит путь к сердцам гимназистов, учит их «доброму, светлому, вечному». Через год его назначают инспектором гимназии. Гоголь пишет матери: «Пансион наш теперь на самой лучшей степени образования... и этому всему причина наш нынешний инспектор, ему обязаны мы своим счастием». Увы, в 1826 году Орлая переводят руководить созданной в Одессе Ришельевской гимназией. Его место занимает друг покойного Кукольника, профессор математики и природоведения Шапалинский. Он полностью разделяет взгляды и методы Белоусова. Но в гимназии работают не только профессора, приглашенные Кукольником и привезенные Орлаем. Большинство составляют люди Кушелева-Безбородько. Они сплотились вокруг профессора политэкономии М.В.Билевича. Лекции и методы Белоусова они считают поощрением вольнодумства.

А тут ещё Петя Мартос принес в гимназию запрещенные стихотворения Рылеева и пушкинскую оду «Вольность». Нестор притащил драмы о Марии Стюарт и эпохе позднего средневековья. Разозлённый профессор Билевич шлет донос в III отделение. Начинается следствие по так называемому «Нежинскому делу о вольнодумстве». У гимназистов проводят обыск. Находят тетради с выписками свободолюбивых высказываний древних философов и аналогичными цитатами из современных произведений западных писателей, записанными на лекциях Белоусова. У Гребинки находят запрещённую оду «Вольность». Нестор подговаривает всех утверждать, что эти записи они делали самостоятельно из книжек, взятых в библиотеке. Но какой-то бедняк не выдержал и сознался в том, что это лекции Белоусова. Кукольник держался до окончания экзаменов. После этого тоже сознался. Поэтому, сдав все экзамены на отлично, он не получил аттестат, дающий право на чин Х1У разряда и чиновничью службу. Одновременно исключены из гимназии Петя Мартос, Саша Данилевский и Николай Прокопович. (Нестор всё же так и не отрекся ни от своих взглядов, ни от обожания Николая Белоусова. Он даже стал его первым биографом)…

Вообще-то Нестору плевать на отсутствие аттестата. Он едет в Вильно, где в университете преподаёт брат Павел, а брат Платон заведует административной частью. Не без помощи Новосильцева они получают из Нежина справку об окончании полного курса высших наук. С нею Нестор устраивается преподавателем гимназии при университете. Те виленские 2 года запомнились Нестору разве что знакомством с красавицей Софи Энгельгардт, в которую все три брата Кукольники влюбились по уши, вплоть до того, что пошли на служебное преступление — сделали по её просьбе студенческий билет Тарасу Шевченко. Пусть она и говорила, что он бастард самого Константина Павловича, но он был её крепостным, а крепостным учиться в университете было строго запрещено. Что же, личный друг Константина Павловича, председатель учебного комитета Царства Польского и покровитель Кукольников, Николай Новосильцев этого не заметил...

Нестор даже умудрился подружиться с Шевченко, который был на 5 лет младше. Его тянула к Тарасу близость того к Софи и оригинальность мышления. Тараса же в Несторе притягивала огромная эрудиция. Нестор в это время как раз писал драматические произведения на польском и белорусском языках. Не забывал и русский. Именно в Вильно Нестор написал «Учебник русского языка», по которому тысячи литовцев и белорусов столетие овладевали основами русского языка.

 

Когда в воздухе запахло новой революцией, Тарас поехал искать счастье в Варшаву, а Нестор вместе с братом Платоном вернулись в Петербург. Здесь они устраиваются на незначительные должности в Министерстве финансов. Должности-то незначительные, но дают неплохие деньги. Во всяком случае, уже в 1833 году Нестор получает возможность опубликовать пьесу «Тортини», которую писал ещё в Вильно. А когда опубликовал драму «Торквато Тассо», то, наконец, узнал, что такое ажиотажный успех у публики. Его слава затмила самого Пушкина! «Имя автора, кажется, не было знакомо читателям печатно, — писал Н. А. Полевой. — И вдруг является он в толпе истертых литературных известностей... с творением поэтическим, прекрасным по идее, прекрасным по стихам и обещающим многое в будущем».

После этого он создает драму «Рука Всевышнего отечество спасла». Предлагает её всем Петербургским театрам, но никто не хочет ставить. Наконец, почти через год, по ходатайству актеров Каратыгиных, драму, за счёт автора, согласился поставить Александрийский театр. И вот 15 января 1834 г. на сцене Александрийского театра, в присутствии Николая I, состоялась премьера. «Аплодисментам не было конца. Много хлопал и государь. Автор выходил в директорскую ложу несколько раз, чтобы раскланиваться перед публикой, и всякий раз его встречали оглушительными криками «браво» и неистовыми аплодисментами. В райке простой народ, которому «Рука всевышнего» пришлась по душе, так орал и бесновался, что всякую минуту можно было ожидать, что оттуда кто-нибудь вывалится». {М. Ф. Каменская, Воспоминания. — «Исторический вестник», 1894, Ќ 9, с. 632.}

 

Главной в драме была сцена, когда обсуждалось избрание нового царя. Кандидатура у всех одна, у всех в голове одно и то же имя, продиктованное Богом! Благодаря этой сцене пьеса страшно понравилась Николаю 1. Ведь она полностью отвечала его концепции монархизма: «православие, народность, самодержавие». Он подарил Нестору кольцо с бриллиантом с собственного пальца. Правда, драма вызвала резкую критику со стороны Н.А. Полевого, который раньше горячо хвалил Кукольника. Он напечатал в своем «Московском телеграфе» разгромную рецензию. «Новая драма г-на Кукольника весьма печалит нас... Как можно столь мало щадить себя, столь мало думать о собственном своем достоинстве!... От великого до смешного один шаг». {«Московский телеграф»,1834, Ќ 3, с. 498-499).

......................................................................

Этот и другие рассказы целиком — в арх-файле «Владимир Сиротенко. “Забытые имена”». Формат Word, размер zip-файла 270 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

«Забытые имена». Сборник повестей и рассказов:
Сказ о Великом Русине. Нестор Кукольник — Первоцвет украинской поэзии. Виктор ЗабилаЧародей черных очей. Евгений ГребинкаЗабытый Тарас ШевченкоЗабытые авторы «Ще не вмерлы Украины...»
«Ученик гениев, учитель гениев». К 200-летию Аполлона Мокрицкого

Другие рассказы о Тарасе Шевченко и его окружении

Отрывки из Е-книги «Незнакомый Тарас Шевченко»

Рассказы из цикла «Присяга роду»

ПублицистикаСказки городского леса

Об авторе. Содержание раздела

Оригинальные капли Молот Тора http://podarki-dlya-mujchin.ru для пролонгации полового акта

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com