Несмотря на критические взгляды, он
успешно договаривается с ростовским предпринимателем Байковым на поставку мясных
консервов и фуража армии. Эти поставки принесли им обоим неплохие барыши...
В 1855 году Николай I в третий и
последний раз награждает Кукольника перстнем с бриллиантом с собственной руки.
Царь подчёркивает этим, что помнит о своём любимом писателе. Но мода на
Кукольника давно прошла. Романтиков сменили нигилисты — «натуралы». Большая
часть тиража так и осталась не выкупленной, а на представлениях его пьес в
театрах больше нет аншлага. Правда, его историческая драма «Денщик» (1852)
поставленная на сцене во время Крымской войны, имела огромнейший успех, но он
был кратковременен и связан с патриотическими настроениями...
18 марта 1856 года война
закончилась подписанием Парижского договора. Россия вернула Турции Карс, а
союзники покинули Крым. За участие в кампании Нестор получает от нового
императора всего-навсего медаль «В память войны 1853-1856 г.г.»...
Когда-то общительный, имеющий сотни
друзей и поклонников, Нестор Васильевич превращается в одинокого старого волка.
Остался единственный побратим — Михаил Глинка. Да и тот за границей. В июле 1856
года Михаил пишет Нестору последнее письмо. Как всегда, оно подписано «Твой
неизменный друг». А ещё через несколько недель почта приносит весть о смерти
Михаила Ивановича. Нестор Васильевич впадает в сильнейшую депрессию и подаёт
рапорт о срочном отпуске. Новый военный министр Николай Онуфриевич Сухозанет,
поставленный новым императором вместо кн. Долгорукого, замыслил реформу в армии.
Он не хочет слушать ни о каких отпусках, призывает Нестора Васильевича думать не
об отпуске, а о реформе и императоре! Но Кукольник слишком хорошо знал нового
императора. Помнил его ещё юнцом, заказывающим Брюллову порнографию. Он
боготворил Николая I. Александр II для него не Бог. Он не собирается помогать
Сухозанету. Заявляет, что напряжённая круглосуточная работа во время войны
подорвала его силы, и таки выбивает отпуск. Он выезжает в Берлин, где в скромной
могиле на лютеранском кладбище похоронен его побратим. Помогает сестре побратима
Людмиле Шестаковой добиться перезахоронения на Родине. Вместе с автором музыки
«Боже царя храни» Алексеем Фёдоровичем Львовым обращается лично к императору с
просьбой, чтобы отпевание Глинки в Петербурге было проведено по всем церковным
канонам. Ведь в это время знаменитый Стасов развязал кампанию: мол, Глинка —
«гений, недостойный самого себя», — и началось оплевывание памяти гения.
Благодаря Кукольнику и Шестаковой 24 мая 1857 года гроб с телом Глинки опустили
в русскую землю на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры.
Кукольник не спешит возвращаться в
Россию. Посещает Бельгию, Швейцарию. Где-то там он услышал легенду о том, что
Александр I не умер в Таганроге, а ушёл в странники, то есть, как настоящий
масон, перешёл из одной жизни в другую. И сделал это в самом древнем городе Руси
— Таганроге. До этого Нестор Васильевич считал Таганрог молодым городом,
возникшим вокруг крепости, построенной Петром I в 1709 году. Оказалось, что
городу больше двух тысячелетий...
С новым начальством Кукольник так и
не находит общего языка. Будучи полон сил — ведь ему ещё нет и 50-и, — в декабре
1857 года он выходит в отставку «по состоянию здоровья». Как и положено при выходе в
отставку, ему дают высший чин — действительного статского советника
(генеральский чин с соответствующей пенсией). Его малая родина — село
Кукольников под Мукачевом — теперь в чужом государстве. В подаренном Александром I родительском имении в Виленской губернии теснятся братья. Он хочет поселиться
в Одессе, где генерал-губернатором был его приятель Николай Николаевич Анненков.
Но пока утряс все вопросы, того перевели из Одессы. Друг отца Семен Иванович
Орлай, направленный сюда директором Ришельевской гимназии, умер ещё в 1829 году.
Никто уже не ждёт его в Одессе...
Думал поселиться в древней
Феодосии, где живёт знаменитый Айвазовский. Они ведь дружили во времена юности.
«Собирались у Карла Брюллова, только что вернувшегося из Италии. Глинка чаровал
игрой на фортепиано и пением, художник Яненко смешил своим балагурством, Платон
Кукольник играл на скрипке, Нестор импровизировал стихи, пел своим могучим басом
великий певец Петров, актер Каратыгин веселил неисчерпаемым запасом каламбуров.
На одном из таких вечеров Айвазовский исполнил на скрипке несколько крымских
мелодий. Напевы так понравились Глинке, что он использовал их в опере «Руслан и
Людмила», над которой в то время работал».
В 1837 году Айвазовский уехал в
Италию, и спустя некоторое время его место в компании занял Шевченко. Теперь
Кукольник вспомнил о старой дружбе и написал Айвазовскому о своём желании
переехать в Феодосию. Но у Айвазовского как раз начались неприятности с женой,
она перехватывала все письма. Затем вообще забрала дочерей и удрала от него,
вначале в Одессу, а затем в Петербург. В Петербурге встретилась с Кукольником и
наврала о презрительных отзывах мужа о его творчестве. Расхотелось ему
переезжать к другу юности. Он вспомнил легенды о последнем дворянском
царе-масоне, которые слышал за границей, и решил поселиться в старинном городе,
где умер царь, чтобы самому всё проверить и написать об этом...
Таганрог в те времена был главным
конкурентом Одессы. Когда-то при Николае I даже планировали создать Таганрогскую
губернию, охватывающую приазовский край. Император внес её в список первого
десятка, но сказал, чтобы создание производилось постепенно. Первой была создана
Саратовская губерния, а до Таганрогской очередь так и не дошла. Вначале не было
денег, а затем помешала Крымская война. Новороссийские губернаторы справедливо
видели в усилении Таганрога угрозу лидерства «Южной Пальмиры» и противились
этому. В Одессе губернаторами всегда были близкие к царской семье чиновники.
Таганрогу нужен был человек, который не дал бы Одессе задушить город. Таким и
стал Нестор Кукольник. Они так нужны были друг другу — город, задыхающийся от
произвола чиновников, превращающих его в глухую провинцию, и Кукольник, с его
публицистическим талантом и блестящими идеями развития города.
Выйдя в отставку, он забирает из
Петербурга свою огромную библиотеку и поселяется в Таганроге. Во всех
практических начинаниях Нестору Васильевичу сопутствовала удача (а может, дело и
не в удаче, а в научном подходе). Так что приехал он в город не нищим поэтом, а
богатющим статским советником. Сегодня любой крупный чиновник, выйдя на покой и
приехав в чужой город, начинает свою жизнь там с покупки и обустройства имения.
Кукольник устройством своего быта занялся только в 1859 году. До этого он просто
купил дом, оформив его на жену. Ведь он выходил в отставку, а не на покой. Не до
именья ему. Он с головою окунается в городские и краевые дела.
Приазовье — край войска Донского и
запорожских казаков. Здесь необычайно плодородные земли, дающие прекрасные
урожаи зерновых. Отсюда, через порты, хлеба можно отправлять за границу. Но и
для выращивания могучих урожаев, и для хранения и продажи зерна нужны
специалисты. Необходимо учебное заведение для их подготовки. Рядом Сиваш и Маныч,
где добывают соль. И для этого тоже нужны специалисты. Совсем рядом, в Донбассе,
добывают каменный уголь. И для добычи нужны специалисты. Край славится своим
скотоводством. Нужны ветеринары. Азовское море всегда славилось рыбой, а
технология рыбоводства, как пишет Кукольник, осталась такой, какой была во
времена Запорожской сечи. Мало того, в крае находятся казачьи войска, они тоже
должны иметь командиров с высшим, в крайнем случае гимназическим образованием.
Вон в 1812 году казаки, взяв в плен курьера Наполеона с очень ценными бумагами,
не смогли разобраться в них. Из-за незнания языка не сумели допросить пленного,
а ведь, не случись этого, могли бы захватить самого Наполеона! Значит, нужно
готовить грамотные кадры из местного населения! Оно тогда по подсчётам
Кукольника составляло около полутора миллионов человек, причём в городах и
станицах жило менее 20%. Самым крупным городом края был Таганрог, насчитывающий
22 500 человек населения, в то время как в Ростове-на-Дону было всего 10,9 тыс.
К примеру, население станицы Вешенской (родина Шолохова) составляло 10,4 тыс. То
есть в те времена Ростов мало чем отличался от крупной станицы. Кукольник
приходит к выводу, что в Приазовском крае, в Таганроге, самом крупном его
городе, находящемся в центре края, необходимо создать высшее учебное заведение.
Уже в декабре 1857 года Кукольник
обращается к министру народного образования Норову с докладною запиской «О
народном просвещении в землях, лежащих между Азовским и Каспийскими морями с
проектом устройства университета в Таганроге». Описав состояние дел в крае, он
пишет, что нужно сделать для открытия университета, как организовать учебный
процесс.
Помня, как отец открывал Нежинскую
гимназию, Кукольник пишет «Я осмеливался бы ходатайствовать в разрешении мне
средствами частными устроить высшее воспитательное заведение с платою за
воспитанников на общем основании пансионов, с тремя высшими против гимназии
классами, в коих бы преподавались науки и искусства, необходимые для образования
офицера, хозяина и негоцианта и вообще благовоспитанного члена общества.»
Норов благосклонно отнёсся к
докладной, где предлагалось за собственный счёт соорудить университет на основе
существующей с 1806 года гимназии. Тогда всё Причерноморье и Приазовье подчинялись
Новороссийскому губернатору в Одессе. Вот он и переслал докладную туда на отзыв.
При князе Михаиле Семеновиче Воронцове (1823-1854 гг.) Одесса стала третьей
столицей России. Воронцов состоял в родстве с высшей аристократией России и
Англии. Владея огромным состоянием и живя на широкую ногу, он приглашал в Одессу
аристократов и богачей со всей России. Княгиня Воронцова, урожденная графиня Браницкая (близкая родственница Тарасовых панов), привлекла в Одессу богатейших
польских шляхтичей (кстати, это она пригласила Адама Мицкевича). Присутствие в
городе людей, способных много тратить, вело к процветанию торговли в магазинах,
ресторанах, росту театральных сборов и т. д. Князь Воронцов, осмеянный Пушкиным,
превратил Одессу в главный торговый город юга России. Не нужны были Одессе
конкуренты. Сменивший Воронцова губернатор передал докладную записку
назначенному в 1856 году попечителем учебного округа Пирогову с указанием
«обуздать наглеца».
Великий русский хирург Пирогов всю
Крымскую войну провёл в госпиталях, непосредственно на передовой. Мы все знаем о
том, как фронтовики относились, да и сейчас относятся к тыловикам-снабженцам. Он
с удовольствием выполнил поручение шефа. Цитирую Александра Николаенко:
«Пирогов
высказывает следующее мнение о докладной Кукольника:
1. Азовский край, так подробно
описанный Н.Кукольником и за который он высказывает такую тревогу, это
«полудикая страна» со всеми вытекающими последствиями. Естественно, Одесса — это
«многолюдный торговый и образцовый город».
2. Народонаселение этого
«полудикого края» по численности не укладывается в норму, «вообще определяющую
народное образование». Он утверждает, что из 1.6 млн. населения края едва ли
наберется 44 человека, которые будут обучаться в университете. Мол, казаки
вообще в университетском образовании не нуждаются, а все остальные — калмыки,
татары, армяне и прочие, составляющие другое население, вряд ли найдут в своей
среде хотя бы одного человека, пожелавшего учиться в Университете.
3. Вновь создаваемый университет не
на что будет содержать, так как предлагаемые Н.Кукольником налоги «едва ли можно
будет собрать».
Правда, я думаю, Пирогов так высек
Кукольника и по другой причине. Как вы помните, каждому учебному округу положен
был только один вуз. Нужно было выбирать между Одессой и Таганрогом. Что бы
выбрали Вы?
Эта неудача сильно подействовала на
Нестора Васильевича. Депрессию он лечит обустройством собственного имения. В
1859 покупает земельный участок в 20 десятин (десятина =1,о5 га) возле
Таганрога. Строит здесь хутор из пяти домов — для семьи и обслуги. Строит
кузницу, амбар, конюшню. Разбивает сад более чем на тысячу деревьев. Дальше
работы прекращаются, ибо он так и не смог вступить во владение землями своего
имения. Дело в том, что он с самого переезда в Таганрог активно занимался
публицистикой. Через Андрея Киреевского в столичной прессе опубликовал более
десятка статей о жизни в Таганроге. Этот цикл статей представлял подлинную
энциклопедия края. Рассматривались как текущие проблемы, так и проблемы,
связанные с будущим, а также историей. Но в некоторых из этих статей резко
критиковались административные способности градоначальника Лаврова. Когда в 1860
году Нестор Васильевич представил Таганрогскому градоначальству все документы о
покупке, в выдаче документов на землевладение ему было отказано: «на основании
неполных сведений, к ней доставленных, (полиция) затруднилась отводом всех
двадцати десятин им (Кукольником) купленных, а ограничилась вводом во владение
только девятью десятинами девяносто саженями». Так что не пришлось Кукольнику
стать садоводом-селекционером. Все его просьбы во все инстанции вернуть ему
купленную землю возвращались с отказом. Не захотел градоначальник Лавров
простить ему критических замечаний…
Любой другой на месте Кукольника
при таком отношении магистрата наплевал бы на городские интересы и занимался
только своими делами. Но не таков Нестор Васильевич. В том же 1860 году он
составляет для правительства «Записку о построении железных дорог в России». В
это время как раз строились Петербургско-Варшавская и Петербургско-Нижегородская
железные дороги. Строились за государственные деньги частными подрядчиками. Были
злоупотребления и в расходе средств, и в самом процессе создания дорог. Вот о
том, как бороться с этими злоупотреблениями, и писал Кукольник. Его записка
долго блуждала по чиновничьим кабинетам, пока, наконец,15 июня 1865 года
император Александр II не издал Указ об учреждении Министерства путей сообщения
России. Первым министром путей сообщения был назначен Павел Петрович Мельников —
выдающийся ученый, талантливый инженер и организатор.
Развитие промышленности невозможно
без надёжной транспортной системы. Самым надёжным видом транспорта и в те
времена была железная дорога. Поэтому с начала 60-х годов начинается сражение
различных регионов России за первенство в прокладке железнодорожной сети именно
через их регион. Одни обосновывали необходимость прокладки дороги от Одессы на
Балту, Бердичев, Житомир, Киев и Москву, другие от Одессы на Балту, Кременчуг,
Харьков и Москву. Стал актуальным вопрос о прокладке железной дороги и к
Азовскому морю. И тут столкнулись интересы двух городов: 20-тысячного Таганрога
и 10-тысячного Ростова. Хоть Таганрог и был вдвое больше Ростова, однако здесь
градоначальником был бездарный самодур Лавров, в то время как в Ростове
градоначальником избрали ловкого предпринимателя А.Байкова. Кстати, это именно
тот Байков, у которого Кукольник закупал для армии во время Крымской войны
мясные консервы и фураж.
Сейчас они оказались в
противоположных лагерях. Цитирую А.Николаенко: «А.Байков ратовал только за
Ростов, как единственный перспективный порт на Азовском море. Предлагалось от
Харькова дорогу направить через Лисичанск, Луганск и Грушевку на Ростов. Далее
торговая связь Ростова с Азовским морем должна была идти через гирла Дона,
которые надо было сделать судоходными. Дорога на Таганрог в этом случае
оказывалась просто лишней тратой денег и ничего не давала. «Продолжение дороги
(от Ростова до Таганрога) должно главным образом зависеть от решения вопроса о
гирлах.— утверждал А.Байков.— Если гирла могут быть очищены до моря, то в таком
случае продолжение дороги повлечет только лишнюю трату денег, ибо водяная
перевозка всегда удобнее и дешевле. Но если гирла очищены быть не могут, то
полезно бы было устроить дорогу от Ростова до Таганрога».
Кукольник предлагал от Харькова
дорогу направить на Никитовку, Иловайское, Матвеев Курган, Неклиновку и
Таганрог, а уже в конце соединить Таганрог с Ростовым. Это открывало возможность
разработки угольных месторождений Донбасса.
А.Байков подкрепил своё предложение
прокладки дороги через Лисичанск-Луганск-Грушевку на Ростов ста тысячами рублей,
которые были вручены великому князю Михаилу Николаевичу.
Не тот был в Таганроге
градоначальник, чтобы расщедриться на взятки за непонятное ему дело.
Общественность города решила учредить комиссию по рассмотрению вопроса о
строительстве железной дороги к Азовскому морю. Председателем комиссии избрали
Нестора Кукольника. Он тоже не стал искать средства на взятку. Вместо этого он,
впервые в российской практике, разработал методику технико-экономического
обоснования строительства железной дороги от Харькова до Таганрога. Он вместе с
комиссией прошёлся всей трассой. Предоставлю слово самому Кукольнику: «К чему
хвастать? Скажу только, что комитет и Таганрогское общество нашли нужным
удостовериться в справедливости и точности собранных сведений на месте,
посредством особой комиссии, которая в апреле 1863 года шаг за шагом прошла по
местности, предполагаемые удобнейшими для продвижения железного пути, и в
подробностях перемерила соображения Таганрогского комитета. Находящиеся по
дороге города: Бахмут, Славянск и Харьков |...| приговорами, с коих
засвидетельствованные копии хранятся у меня, выразили полную готовность
содействовать благодетельному предприятию. Многие помещики письменно предложили
свои земли бесплатно под дорогу. Тщательный осмотр местности дозволил составить
карту, в которой наглядно были обнаружены неистощимые минеральные богатства всей
линии, в особенности Миусского округа, составляющего новую русскую сокровищницу
и каменного угля, и железных и свинцово-серебряных руд».
С результатами исследований были
ознакомлены и министр Павел Мельников, и члены царской семьи. После доклада
Кукольника в 1863 году царь принимает решение о строительстве железной дороги,
которая должна соединить города Орел, Курск, Харьков, Таганрог и Ростов-на-Дону.
Так расчёты Кукольника победили взятку... Но это было только началом. Целых три
года Нестору Васильевичу пришлось ездить в Петербург, Харьков и по всем участкам
трассы предполагаемой железной дороги, прежде чем «в феврале 1866 года на самом
высоком уровне было решено считать Курско-Азовскую железную дорогу особо важной,
и правительство выдает промесс (обязательство) под специальный «проект условий»
компании, взявшей подряд на строительство». Об этом проекте условий написано в
статье Н.Кукольника «Железные дороги в России», опубликованной в «Северной
почте» в 1865 году (№247). Он пишет: «Все работы будут производиться не иначе,
как по начертаниям, планам, подробным проектам и сметам, которые будут
составлены по обоюдному соглашению инженером компании и инженерами, назначенными
от правительства...» (параграф 4 Таганрогского «Проекта условий»). В параграфе
37 того же «Проекта» предполагается введение в дирекцию компании трех
специалистов с правом контроля за всеми «начертаниями, планами, проектами и
сметами», причем каждый из них обладает единоличным правом вето.
5 мая 1868 года строительство
началось одновременно по всей линии. Непосредственно укладка рельсов началась в
декабре 1868 года. Движение поездов от Таганрога до Горловки было открыто 23
декабря 1869 года. Увы, Нестору Васильевичу уже не пришлось увидеть это. Цитирую
Александра Николаенко: «8 декабря 1868 года они сидели с другом семьи, пили чай.
Потом Кукольник встал и пошел в другую комнату переодеваться. Перед этим, как
вспоминает его слуга, он выпил бокал шампанского. Переодевшись, он вышел из
комнаты и, подойдя к столу, протянул жене коробку шоколадных конфет и тут же,
сразу, упал мертвый. Через пять минут привели врача (он жил рядом) но Кукольник
был мертв».
Меня лично удивляет, зачем было
слать за врачом, если тот «друг семьи» с которым пили чай, был доктором медицины
Пантелеем Работиным? А то, что вдова затем вышла замуж за этого Пантелея, вообще
подозрительно, тем более, если учесть, что в её доме живёт не он, а его женатый
брат-юрист Константин Работин. Но не будем ворошить бельё 54 летней вдовы. Менее
чем через год она разведётся с Работиным и станет замаливать грехи увековечением
памяти мужа. Она завещает деньги на организацию детского приюта имени
Кукольника, завещает городу его дом, заказывает гранитное надгробие на его
могиле.
Почему-то все литературоведы пишут
о том, что, поселившись в Таганроге, Кукольник как бы канул в Лету и о нём
ничего не было слышно. Почётный Таганрожец, заслуженный изобретатель СССР,
заслуженный журналист России Александр Николаенко, уйдя на пенсию, всю свою
дальнейшую жизнь посвятил Кукольнику и Таганрогу. Вот он и доказал, что в
Таганрогский период жизни Кукольник не только не перестал писать, но и активно
публиковался в региональной и столичной прессе.
Наученный горьким опытом, Нестор
Васильевич изобретает собственный шифр и пишет им четыре повести (они хранятся в
Пушкинском доме). Две повести имели названия — «Новый век» и «1852 год». Две
другие — безымянные — дешифровщик озаглавил сам, исходя из их содержания.
Получилось «Таганрог» и «Верховный Совет». В сочинении «Таганрог» Кукольник
нарисовал Таганрог будущего: крупный промышленный, научный и культурный центр с
многонациональным населением. Нестор Васильевич не забыл упомянуть, что в городе
его мечты есть публичный дом, а работа проституток «приравнивается к
общественно-полезному труду». В сочинении «Верховный Совет» он описал
фантастическое государство, расположенное на чудесном острове в Средиземном
море. Управляет государством монарх, но не с помощью скучных седовласых
министров: в советницах у него — красивейшие гетеры разных национальностей,
«наделенные недюжинными управленческими и хозяйственными способностями». Всё
женское население острова состоит из художественно одаренных жриц любви. Ради
них приезжают на остров со всего света самые богатые люди мира, благодаря этим
женщинам и процветает остров.
В 1860 году он создаёт историческую
драму «Боярин Федор Васильевич Басенок» и выпускает второе издание книги
«Генерал-поручик Паткуль». В 1861 году Кукольник публикует драму «Давид Гарик».
В таганрогский период Н.Кукольник создал роман «Две сестры». А. Николаенко
пишет: «Значение этого романа весьма важно в том отношении, что он представляет
собою первую попытку изобразить характерные черты нашего края в беллетризованной
форме».
Драма «Гоф-юнкер» была окончена в
1864 году и намечалась к постановке в одном из Петербургских театров, однако по
личному указанию Александра II запрещена. Уж слишком изображенные в «Гоф-юнкере»
продажность и произвол придворной клики были похожи на российский двор...
Нестор Васильевич так и не успел
опубликовать два своих последних романа. Роман «Граф Морис Саксонский» был
опубликован в 1882 году. В нём Кукольник показывает, что пророчества Петра
относительно наследников, которые после его смерти перессорятся, деля власть, и
забудут о реформах, сбываются. Роман «Ольгин Яр» вышел в свет в 1884 году.
Кукольник старается показать, что если люди живут по заветам Петра 1, то даже в
условиях нынешней неразберихи им улыбается счастье. В Таганроге он завершил и
роман «Иван III, собиратель земли русской», который в 2001 году был переиздан
издательством Elibron Classics. Можете купить, прочесть и убедиться, что
Кукольник писал поинтереснее нынешних...
Последним произведением, над
которым работал Нестор Васильевич, была повесть «Крепостной художник».
Вспомнил-таки Нестор своего первого побратима Тараса Шевченко. Перекликается его
«Крепостной художник» с «Художником» Шевченко. Даже язык и стиль схожи.
Я читал повесть Кукольника в
подшивке «Нивы» за 1904 год, которая сберегалась у бабушкиной подруги Екатерины
Полторацкой. Слёзы наворачивались на глаза, когда читал об издевательствах над
юным художником.
Шевченковский «Художник» благодаря
Сталину издавался и переиздавался миллионными тиражами, а Кукольника Сталин
только редактировал (он лично корректировал его стихи к «Ивану Сусанину» для
юбилейной постановки), а переиздавать не разрешил. Так что я смог прочесть его
только в Ленинке да Ташкентской библиотеке им. Навои...
Как в романе Дюма, жили-были в
30-40-х годах ХIХ века четыре побратима-мушкетёра. Все четверо внесли огромный
вклад в историю своей Родины. Но по-разному сложилась их посмертная судьба.
Первый великий художник России Карл
Брюллов каждый день встречает многочисленных экскурсантов на самом известном
кладбище Рима. К могиле первого великого композитора России, Михаила
Глинки, «не зарастёт
народная тропа».
Первый поэт Украины Тарас Шевченко
встречает вас в каждом городе Украины. Его памятники стоят везде, где есть
украинцы. От Канады до Австралии.
А вот Кукольнику... Цитирую
Николаенко: «... июля 1939г. Члены краеведческого кружка при Таганрогском музее Воликов, Уваров, Шаповалов, Орешко, Котов и Фильшин с научным работником
Трусовым посетили могилу известного писателя середины XIX века Нестора
Кукольника, который был похоронен в Дубках в своем имении в 1868 году. Матвей
Петрович Автушенко, сторож хозяйства «Зеленстрой», показал членам кружка место
погребения Кукольника. Он же рассказал, что в 1932-35 годах могила Кукольника
была разрыта с целью разграбления. В настоящее время могила имеет вид ямы,
заросшей сорными травами и молодыми деревцами. Вокруг могилы разбросаны камень и
цемент, которыми он был сцеплен. От решетки, мраморной плиты и двух
металлических досок с надгробными надписями не осталось и следа».
Александр Иванович Николаенко
опубликовал дореволюционные фотографии могилы Кукольника и фотографии нынешних
руин какого-то завода на её месте...
Прожил не очень долгую, но богатую
событиями жизнь Великий Русин. Прославил своими творениями и делами свою землю.
Но заставили нас забыть его имя. Мало того, даже такой нации, как русины,
сегодня больше нет...
Sic transit gloria mundi. (Так
проходит земная слава).
Продолжить чтение
можно он-лайн, страницу за страницей, или офф-лайн,
