1 2 3 4 5 6 7 8 9
10 11 12
* * * Ах, как меня зовут — никто не звал, А если хочешь, — назови Ошибкой, Я слишком много нитей разорвал Спокойной от усталости улыбкой. Кому Господь дарует третий глаз, Не смотрит так, по-хищнически, — в оба, Не все равно ли — для меня и вас Последней дверью хлопнет крышка гроба. Но выжить можно, только жить нельзя На голубой планете обреченных, Где пешку отделяют от ферзя Всего шесть клеток — белых или черных...
09.2000 * * * Мальчик и девочка сидели на крыше дома, Они смотрели на звезды и не слышали грома, А летнее небо было на редкость звёздно, И падало много звезд — это значит — поздно... Девочка мальчику молча дарила ласки, Он ей рассказывал нежные добрые сказки. Падали звезды, загадывались желанья, Желанья не сбудутся — нужно сказать заранее, Желанья загаданы звездам на небе черном, Им ли загадывать — мертвым и рукотворным, Где-то рожденным в Неваде или в Сибири... Добрая сказка об обреченном мире. 04.1998. * * * Кто расшифрует звездную клинопись В небе, черном как смоль? Женщина сможет под сердцем выносить Жизнь, спасение, боль. Знание тайны вряд ли простится мне, Знаю, только постой — Между земными белыми птицами Разве не Дух Святой? «Разве Господь говорит загадками?» — Вам подавай чудес. Дети пытаются сбить рогатками Даже звезду с небес. Мальчик придет и чистый и искренний В дом Своего Отца. Обезоружит наивной истиной Старого мудреца. Взгляда лучистого, чистого, юного, Хватит любви на всех... Тайная клинопись неба безлунного: «Боль. Спасение. Грех...»
07.2000. * * * Почему на рассвете всегда холодней? Почему этот ветер касается уст? Или мы не заметили лунных теней, Или мир безответен, испуган и пуст? Это утренний ветер сказал мне молчать, Потому, что он знает, что рядом не ты, А над нами — луна — фараонов печать Заклеймила полнеба пятном золотым. И Земля по наследству достанется нам. Небеса — обитателям древних гробниц, А по детским рисункам и сбывшимся снам Тот, Кто выше — раздаст журавлей и синиц... Если твердь пирамид превратится в песок, То не медли с ответом, и тайну открой... Иисус, я подставлю под выстрел висок, Только вряд ли сумею подставить второй...
05.2000. * * * Опять осенний дождь, а летний зной Лишь в памяти — кого мы завтра встретим?.. Наверно, делают прививки детям От столбняка и крыльев за спиной. Не поняты... И некого винить — Планета наша не сошла с орбиты. Мертва, погиб, повесилась... — убиты Все те, кто удержать пытались нить. И только лишь святой, взойдя на гору, Узнает Бога в аромате трав... Ты думаешь: «Смерть косит без разбору...» Когда-нибудь поймешь, что был не прав...
31.10.2001.
Памяти Ники Турбиной Как горяч вечерний ветер мая! Тишина. И сердца ровный стук. Наш жестокий мир, не понимая, Рубит под собою хрупкий сук; И толкает к пропасти, к развязке... Город погружается во тьму. Маленькая девочка из сказки Не нужна на свете никому... Было всё — победы и измены, Но они остались позади... Немощное тело — эти стены Не удержат сильный дух в груди. Липкого молчанья паутина... Ангел открывает двери в Свет... Зацвела в Елабуге рябина... Мы привыкли — нам прощенья нет. Ночь темна — в ней просто раствориться. Безразличны огоньки квартир... Крыльями раскинутыми птица Обнимает недостойный мир! * * * Я опять не заметил начала зимы, И аллеи усталые снежно-пусты, Это значит, что мы — беспощадно не мы, И немы монументов бетонные рты, Это значит, что боль переплавится в страх, Это значит, что снег перемерзнется в твердь, Я не верю, что там, в запредельных мирах, Существует земная бессмыслица — смерть... Белый свет по умершей планете разлит, Как мне хочется этот покой расколоть, Видишь, кто-то для вечности запечатлит Бездыханную, странную, мертвую плоть. * * * Этой зимой не родился Христос; Ангел великую Весть не принес. Золото ладан и смирны сосуд Маги Египта напрасно несут. Серые тучи закрыли звезду. Женское тело нашли на пруду... С колото-резаной, в легких вода. Явно беременна. Так молода. Всем нам привидятся вещие сны — Крест из осины для этой весны.
03.2000 * * * На стенах солнце бьется зайцем, Мы все равны в подлунном гетто, Как трудно в нем не стать мерзавцем, И невозможно быть поэтом. И я найду письмо в конверте, В нем будет странной только дата, Но все, от жизни и до смерти, Случилось на земле когда-то... От радости и до печали Наш путь, как паутина, тонок, Но где — в конце или в начале — Кричит ребенок? 08.2000. * * * А туман, что с моря наступает, Чьи-то тени прячет под крыло, Мутный и бесформенный, как память, Вечный и непознанный, как зло. Одинокий образ Невидимки Прячется в белесой полосе... Завтра он умрет в росе и в дымке — Завтра мы проснемся — но не все...
10.2000. * * * Как просто представить все адом и paeм А время идет, так и мы догораем, Песчинки струятся в часах... А есть только две равновесные чаши, В которых поступки и помыслы наши, Но боль тяжелее, чем страх. Часы не собьются, песок не остынет, Обрушит на нас ураганы пустыни, Свою беспросветную тьму, Но кто-то один добредет до колодца, Холодной бездонности вдоволь напьется — И что еще нужно ему?..
08.2000. * * * Раскинул ирис бархат черный, Роняя слезы на гранит, А ворон старый и ученый Покой и боль в душе хранит. Уже звезда взошла с востока, А солнце запада во мгле... Как правильно и как жестоко Земное предавать земле. Темнеет незаметно небо — Что делать, этот мир такой. На, вещий дух, кусочек хлеба, Да помолись за упокой...
05.2000. 1 2 3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 Лирика — Поэмы — Переводы — Худ. проза —
Эссе — Критика Н. Зиновьев, Рецензия на книгу «Лед» | 
