1 2 3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 Цикл стихов «ПО ТУ СТОРОНУ ДОБРА И ЗЛА», продолжение * * * Они толпились, шли куда-то В полупредчувствии заката, Но все остановились вмиг... Земли на западе светило Коснулось — всех оно простило — Над ними светокрест возник, — Ещё обманываться рады, Они уже боятся правды, Не верят ей, но верят ей — Парнишка выведет красиво — (Пусть помнит маму Хиросима) Её зовут Enola Gay... Рождённый открывает ротик — Он — за, все остальные — против, Повсюду боль, повсюду зло; Ему предвиденное — ближе, А тем, чьи кости время лижет, Наверно, больше повезло. * * * Вкушали вы тело убитого вами И кровью его запивали, Сердца человечьи наполнив, взорвала Слепая мечта каннибала, Вы видите кровь, что на землю пролита — Её не искупит молитва... Над миром плывут облака красно-серы — Сверх меры! * * * Купив страданьями моими Непознанную благодать, Я начертал на камне имя, Что вам вовек не разгадать... Остановитесь, я не верю; Остановись же и поверь — Остановиться перед Дверью Страшней, чем провалиться в Дверь; И смерть над всеми вскоре грянет И в пепле адского огня Из камня Существо воспрянет, Всегда любившее меня. * * * Душите струнами рояля, Разорванными струнами, Чтобы над миром воссияли Рождённые под Лунами, Иначе ночью, словно змеи, Они на волю вырвутся, И передавленные шеи В предсмертной боли выгнутся, И струны переполнят чашу Отчаяньем и муками, И перепилят Землю нашу Бессмысленными звуками. О Летящем Он не божился небожителям, Он не был стар и не был нов, Он в танце головокружительном Из повторяющихся снов, Он не был магом или гением, Но вдруг услышал: «Переплавь Свои мечты и сновидения В реальную земную явь!» И он — летел, летел над полночью, Врывался в тучи, в солнца свет — Он выше всех — свободен полностью — Нет двигателей, крыльев нет, Под ним — старинные обители, А выше — неба бирюза, Летят пилоты-истребители И смотрят, выпучив глаза; Не объяснится, не исчислится — Почувствуется, как стихи, Прекраснейшая сверхбессмыслица Полёта в лучшей из стихий! * * * Те, кто устал, не боятся небытия; Дети бояться бесплотного — темноты, Ты не узнаешь меня, если это — я, Я не узнаю тебя, если это — ты, Мёртвые смертью не заразят живых, Злобы и гнева не знает спокойный прах — Люди боятся бесплотного — дьявол — их Выдумка, чтоб воплотить и ослабить страх Он не доступен чувствам ушей и глаз, Раненый страхом разум, безумно убог... Новым рассветом он проклинает нас, Новым закатом благословляет Бог. * * * Когда в полночную грозу Узнать сумеешь ты внизу Знакомое до боли тело. Тебя окутает покой, Но овладеет мысль тобой: «Как быстро время пролетело!» В виденьях запредельной тьмы Самих себя забудем мы, Но разве стоит помнить это; Не ненавидя, не любя Смотри на мир и на себя Глазами мёртвого поэта, Но «Апокалипсис» пока Не дописала, нет рука Святобезумца Иоанна — Странно... * * * Рассветный свет, в пространство брошенный, Собрал все звёзды с неба в горсть... Сегодня ты выходишь, прошенный Бессмертный зазеркальный гость. Ты открываешь мне грядущее, Ты мне нашептываешь сны, Не любящее и не ждущее — С какой же сердце стороны? «Когда не затуманишь выдохом Меня, и гладкого стекла Тебе поверхность будет выходом В тот мир, где нет добра и зла, Под яркой вспышкой света млечного Падут преграды пустоты... Биенье сердца бессердечного В своей груди услышишь ты!» Песня флейты За стенами рвался мир на части, Нет глупей вопроса: «Что такое?» Флейта пела — для живых — о счастье, Стало быть, для мёртвых — о покое... Флейта пела — звук не знает меры, Ухитряясь проходить сквозь щели — Нет Царя, Отечества и Веры, Всё равно погибнем, пусть без цели... Пела флейта — флейтой крысолова, Мы за нею уходили в воду, Песня недосказанного слова Обещала вечную свободу, Про несчастный и счастливый случай Флейта пела, заходясь от свиста, Но ещё не спела песни лучшей, И молчала о судьбе флейтиста... Видишь, звуки обретают крылья, Ветер их уносит в вечер летний, Пела флейта нашего бессилья В этот раз... Ты знаешь, он — последний. * * * Усни, усни, — ведь ночь ещё продлится; Ты помнишь эти имена и лица — Забудь — сейчас опасно видеть сны... Они тебе уже устали сниться, И скоро ты забудешь, где граница — Мир сна, мир яви — все обречены! Боящиеся снов глаза открыли — Они живут в дрожащей хрупкой были И прячут сны свои на самом дне Сознанья. Ночью и при свете солнца Они со страхом ждут, когда проснётся Тот, кто увидел их в кошмарном сне. * * * Привет, зачем пришёл, зачем приснился, — Затем, что на Земле твоей родился, Как было сказано в святом писаньи, Что ты восстал на Божие созданье И проиграл, и все твои драконы Низвергнуты на Землю, и законны Твои права на данную планету — Как говорят, альтернативы нету... Ты многолик и многорук, как Шива, А голова по-ленински плешива, Зачем тебе на ней рога коровы, Их те придумали, чьи души нездоровы, И по земле идёт твоя колонна Многоимённа. Бог создал нас по иудейской вере, Могу я усомниться в полной мере, Нисколько мы на Бога не похожи — Взгляни на рожи, А если создал Бог, то дан нам разум Твоим приказом. Кто это — люди — маленькие черти, Все суетятся и боятся смерти, А ты, как не пытайся лицемерить, Жив, если кто-то продолжает верить, Не зря напоминаешь мне, едва я Вдруг забываю... К неверующим ты, как Он, неистов, Ты в ад не принимаешь атеистов, Но принимаешь тех, кто верит в Бога — Таких там много. Прости, что не даю и слова вставить, Ты всё простишь, пришедший нами править, Простишь и то, что прав твоих на Землю Я не приемлю. Желают люди вырваться из ада, Так пусть же вынут голову из зада, И если у кого-то это выйдет, Он всё увидит... Ты не красивый, и не слишком страшный, — Ты — день вчерашний, А завтра Бог, уже готовый к бою, И Он тебя убьёт, и нас с тобою, И по тебе, ты знаешь, плачет где-то Твоя Ракета. Она встаёт в тайге, как фаллос Бога — Шесть миллиардов — мало или много, Наверно хватит, взглянет Он на лица И убоится...
Окончание
1 2 3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 Лирика — Поэмы — Переводы — Худ. проза —
Эссе — Критика Н. Зиновьев, Рецензия на книгу «Лед» | 
