ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Евгения СЕРЕНКО


ЛАУРЕАТ НАЦИОНАЛЬНОЙ ЛИТЕРАТУРНОЙ ПРЕМИИ «НАРОДНЫЙ ПИСАТЕЛЬ» 2013 г.

Об авторе. Содержание раздела

КРУГЛАЯ ДАТА

 

1. Ольга

 

Нет, нет... не так... слишком быстро. Вдруг не подействуют? Но и не слишком медленно — вдруг передумает? Не передумает. Ей не хочется больше жить. Зачем?.. Никому она не нужна. Да и была ли кому-то нужна?.. Разве что в детстве — маме, папе и бабушке. А потом — никому не нужна. Всё исчезло, лучше не вспоминать... Ещё таблетку... уже седьмая... Голова кружится... Как люди пьют эту гадость? Но она слышала, что элениум действует только с водкой. Один яд убьет тело, другой — мозг... Главное, чтобы не было боли. И крови.

Она всегда боялась крови — еще с тех пор, как увидела на дороге сбитого велосипедиста. Она возвращалась тогда из школы, а впереди стояла толпа. Зачем она подошла? Потом ей долго снился несчастный парень в луже собственной крови и преследовал тот особенный запах... Вспомнилось же... Что ей тот парень? Отвезли его в морг — и всё. Вот и ее отвезут. Положат на холодный каменный стол. Позвонят Мише: «Ваша мать умерла». «Как умерла?» — спросит он. «Отравилась», — ответят ему. Он позвонит отцу, и они приедут. Увидят ее — спокойную, равнодушную... Может, даже заплачут. Глеб-то точно заплачет. А может, и сын... Это какая по счёту? Восьмая? Кажется, да... Только восьмая. Еще много... Дверь она не заперла. Утром соседка принесет молоко — и найдет ее. Неживую.

Сегодня ей сорок лет. Круглая дата. Никто не поздравил — ни Глеб, ни Мишка. Уже девять вечера. Она ждала весь день. Напрасно ждала... Коллеги звонили, подруги... даже тетя Вера из Винницы... А те, кто ей дорог, забыли.

Неужели и у нее были когда-то счастливые дни? Наверное, были. Когда Мишка был маленьким. Она забирала его из садика, и они шли домой пешком — чтобы как можно позже вернуться туда, где ждет Глеб. Ему всё было не так. И Мишка избалован, и она — плохая хозяйка, и носки не умеет заштопать, и пыль по углам... Ну вот, теперь — девятую... Мишка приходил из школы, в глазах — вопрос: «Папа дома?» «Нет!» — отвечала она, и они садились обедать. Он рассказывал ей о школьных делах, а она подкладывала ему еды и радовалась, какой славный у нее сын. А потом приходил отец, и начиналось: «Ты руки мыл? Какие сегодня отметки? Почему снова тройка? Ну-ка, марш в свою комнату! И не выходи, пока не сделаешь все уроки!»

Голова кружится... Говорят, нужно выпить не меньше двадцати, а еще только десятая... Ничего, она выдержит... Только бы не тошнило...

Теперь она понимает, что трудно было не только ей: сыну было труднее. Он старался быть таким, каким хотел его видеть отец — и не мог. Не умел. А потом не хотел. Она помнит, как Глеб договорился со знакомым тренером, чтобы тот взял Мишку к себе. Раза три сын сходил — и каждый раз потом плакал у себя в комнате. Она гладила его по голове, утешала; говорила, что он привыкнет, что волейбол — хорошая игра... а он неожиданно вытер слёзы и сказал: «Как я вас всех ненавижу!» Она замерла: «Миша! А меня-то за что?» А он ответил: «За то, что ты с ним живёшь».

Одиннадцатая...

И всё покатилось кувырком... А потом сын вообще перестал с ними разговаривать. Приходил из института — и запирался в своей комнате. Только ужинать выходил — и то не всегда. «Это ты виноват! — сказала она мужу. — Ты довёл его своими придирками. И меня довёл... Не могу больше».

Она думала, после развода все будет, как раньше, ведь папы не было дома, но стало хуже. Миша закончил второй курс и ушел в общежитие. Она пыталась поговорить с ним, но услышала: «Не приходи сюда больше. Я только здесь понял, что что-то собой представляю». И деньги не брал... даже подарок ко дню рождения не взял.

В голове — туман... Она плохо помнит, что было дальше... Она старалась бежать от одиночества. Как его звали? Не помнит... Мамочка, что же она с собой делает? Как болит голова... Кто это говорил: «Родителей сначала любят, потом судят, потом жалеют...» Вот и она... вот и её... Мишка её любил, она знает. Но почему же так долго он ее судит? И когда же будет жалеть?

Двенадцатая... Тринадцатая...

 

 

2. Глеб

 

Куда исчезла та трогательная девочка, которую он когда-то полюбил?

Почему на каждое самое невинное замечание она ощетинивалась, как ёж? Разве он требовал чего-то особенного? Всего лишь порядка и тишины... Поработала бы, как он... не только тишины бы просила... И сына против него настроила. Ничего парня не интересовало: ни учёба, ни шахматы, ни рыбалка, ни спорт... Как ему было тогда стыдно: договорился, что сына возьмут в волейбольную секцию, а он... Можно подумать, было так просто договориться... Но разве о нем кто-то думал? Жена собой занималась, сыну вообще ничего не было интересно... Разве это семья?

После развода он всё им оставил, ушел, в чем был. Не пропал. Мишку иногда встречает; курить стал, паршивец... Но хоть в институте учится. Даже не ожидал от него... Говорит, мать одна живет. Вот-вот, ей только одной и жить — ни варить не надо, ни убирать... красота! Сегодня у нее день рождения. Сорок лет. Круглая дата. Надо бы позвонить... Уже полдесятого, должна быть дома...

Не отвечает. Конечно, не отвечает. Разве умеет она думать о ком-то, кроме себя? Разве могло ей прийти в голову, что бывший муж позвонит? Она и с сыном-то не ужилась — ушёл в общежитие.

Не отвечает...

 

 

3. Миша

 

Сегодня матери сорок лет. Круглая дата. Нужно поздравить. Вот кончится фильм, проводит Наташку — и позвонит. Мать у него неплохая. Может, зря он из дома ушёл? Да нет, не зря. Когда-то нужно стать взрослым. Он из своего детства помнит мало хорошего. Всё время — меж двух огней. Почему они не могли жить нормально, его родители? Что они доказывали друг другу? И зачем втянули в эту игру его? Он не знал, что сказать, где сесть, что сделать — чтобы и маме понравилось, и отцу. Помнит, как до пятого класса спал с рыжим пушистым мишкой — мама когда-то давно подарила, сказала: «Мишеньке — мишку». А потом отец выбросил его в мусоропровод: стыдно, мол, взрослому парню спать с игрушкой. А мама молчала, не заступилась. Потом пришла к нему в комнату — знала, что он не спал, — и пообещала купить маленького медвежонка — но чтобы отец не знал. Купила. И он его прятал, этого медвежонка, и всё время боялся, что отец найдёт. Ерунда, конечно, но запомнилось... Нет, они с Наташкой не будут так жить. А если будут дети, он их будет любить. И не станет давить, давить, давить... даже не давить — выдавливать. Любовь выдавливать... уверенность в себе, достоинство, что ли... Не знает он, как сказать... но знает, что только в общаге почувствовал себя человеком.

Не отвечает.

Странно... Уже почти десять. А впрочем, что странного? Свободная женщина, мало ли где проводит свой день рождения... Откуда ей знать, что сын будет звонить?

Не отвечает...

Рассказы 2016-13:
Я пришла тебя убиватьБусыСалат из морской капустыПеньНепрочитанная книгаЖдать ВитькуМольбаМигвичВрагиня Санта-Барбара или Две секунды вечностиГолубушка —  Прощёное воскресенье Вишневая ветка во льдуМацутаке – гриб сосновыйГолубка — Круглая дата — Птичьи следы в небесах Тайна (на II сайте)

Рассказы 2012-10

Из записок социального работника — Рассказы — Канада: люди, обычаи, историяМиниатюры

Об авторе. Содержание раздела

Альманах 1-10. «Смотрите кто пришел». Е-книга в формате PDF в виде zip-архива. Объем 1,9 Мб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Не ищите купон iherb. На нашем сайте он всегда есть и работает!

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com