ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Евгения СЕРЕНКО


МИНИАТЮРЫ

И ТУТ ЗАЗВОНИЛ ТЕЛЕФОН...

Вы знаете, что обещал накануне свадьбы Джордж Буш своей невесте Лоре? Или что кричала Биллу разъяренная Хиллари, оставшись с ним наедине в спальне Белого Дома? Или о чем думал в ночь перед казнью Саддам Хуссейн? Не знаете? А я знаю. И рассказывал мне об этом — и многом другом — один мой клиент, перенесший две операции на сердце и практически несколько лет не выходящий из дома. Рассказывать о тайнах сильных мира сего он начал не сразу; сначала приглядывался, решал — можно ли делиться со мной такой важной и секретной информацией. А потом рассказал, как покупал свою первую машину Арнольд Шварценеггер — о чем он думал, как выбирал модель и цвет, что казалось ему важным, а что — не особенно... Он рассказывал мне о том, что собирался сказать Чарльз своей матери, когда та упрекала его за развод с Дианой — но пожалел ее и промолчал; как называет Мишель своего Барака, когда их никто не слышит; где прячет от Джоли свою заначку Брэд Питт; даже о планах Пентагона я узнавала намного раньше, чем их разработчики...

«Да ты-то откуда все это знаешь?» — чуть не спросила я однажды, но зазвонил мой селлфон. Из библиотеки сообщали, что пришла заказанная мной книга. А потом я отвлеклась и так и не спросила моего клиента об источнике всех этих тайных сведений...

...Я уехала в отпуск, а когда вернулась, узнала, что этот всегда благодарный и покладистый клиент отказался от помощи моей коллеги — заявил, что будет ждать только меня. «В чем дело?» — спросила я его, стараясь быть строгой. — Тебе же нужна помощь! И та, кого тебе прислали, хорошо знает свое дело!» «Да... — ответил он. — Я это понял». «Так в чем же дело? Мне ведь тоже нужно иногда отдыхать!» «Да... Но, представляешь, Юджиния, я рассказал ей о новейших секретных планах НАТО, а она спросила, откуда мне это известно?» «Ну и что? — удивилась я. — Я тоже хотела тебя об этом спросить...»

«Но не спросила...» — еле слышно ответил он.

Не спросила... Но только потому, что телефон иногда звонит удивительно вовремя...

НА РАЗНЫХ ЯЗЫКАХ

Я хорошо запомнила этих подружек — они сидели за первым столом, внимательные, готовые к любому опросу, всегда «присутствующие»... Помню, как перед началом лабораторного цикла они попросили меня поставить их в одну подгруппу, хотя у одной фамилия начиналась на «А», а у другой — на «Ф». Славные девочки... Их даже звали одинаково — Тамарами...

Через несколько лет после того, как они закончили техникум, я зашла в поликлинику поставить на больничном штамп. «Ой, Евгения Александровна! — воскликнула девушка в регистратуре. — Как я вас давно не видела!» «Да, Тамара, давно. Ну, как ты? И как твоя подружка?» «Тома? — она удивленно на меня посмотрела. — А она умерла. Уже два года. У нее же были больные почки. Вы не знали?» «Нет... Бедная девочка...» «Это у нее от мамы. Та умерла, когда Томка была еще маленькой. Они вдвоем с отцом жили». «Да... Что тут скажешь? Очень жаль — и Тому, и ее отца»... «А его-то чего жалеть?— неожиданно удивилась Тамара. — Один в трехкомнатной квартире... Его — то чего жалеть?» «Тамара! — ахнула я. — Что ты говоришь? Сначала потерять жену, потом — дочь... При чем здесь квартира?» «Ну, как же! Вы, наверное, не поняли, что я сказала... Он остался один — это так, но ведь в трехкомнатной квартире! Мы, вон, тремя семьями в такой же живем, а он — один... Где справедливость?»

«Н-да, Тома... — проговорила я. — Не тому я тебя учила...» «Конечно, не тому, — она явно обрадовалась перемене темы. — На что мне теперь все эти генераторы и триггеры? Пошла бы в медицинский, не сидела б сейчас в этой регистратуре... Стала бы доктором, как они, — она кивнула куда-то в сторону. — Чем я хуже?»

В регистратуру кто-то вошел, и я попрощалась. На разных языках мы говорили с тобой, Тамара. И как хорошо, что ты не пошла в медицинский...

РАДИ ЧЕГО?

— Мама! 3300 — это как? Много или мало? В самый раз? А 54 см? Высокая? Ну, еще бы! В кого же ей быть невысокой? Нет, не видел ещё... Я под окном стою, тут ещё трое: у них мальчики, только у меня дочка! Сестричка сказала: ждите, принесут кормить — жена и покажет... А часто их приносят? Каждые три часа? Значит, скоро уже...

Дочка. Никто не верит — а он и мечтал о дочке. Не потому, что «сначала нянька — потом лялька...» Дочка нежнее. Работать Маринке он лет пять не даст. Ничего, пусть ребенка воспитывает! Он столько умных книг начитался: что в первые пять лет в ребёнка заложишь — то и вырастет. В Японии, вон, до пяти лет даже шлёпнуть нельзя — а японцы умные люди, знают, что делают... Не убежит Маринкина работа; а семью он обеспечит. Надо будет — подработку найдёт. Можно извозом заняться — как Димка из третьего цеха. Дочка... Пальчики у нее такие крохотные — дотронуться страшно... Имя он давно придумал: Лена. Леночка. Алёнка. Елена Константиновна. А что — красиво... Подрастёт — он её в гимнастику отдаст. Для себя — не для наград. Всякие соревнования — это стресс, этого им не нужно; а для осанки, походки, гибкости — в самый раз. А может, на фигурное катание? Нет, там коньки острые, лёд... упадёт ещё... Гимнастика — в самый раз. Художественная. Ничего он не пожалеет для своей крохотули... Для Леночки. А будет ей лет этак десять — возьмёт её в горы. На спину — маленький рюкзачок, на ножки — кроссовки... и — в горы. В красоту, которой сам, сколько ни ходит, налюбоваться не может. Маринка не понимает — а Лена поймёт. «Ой, — скажет, — папа! До чего ж хорошо! Облака-то какие! Папа, а как это дерево из камня растёт? Разве такое бывает?» Бывает, ответит он, и объяснит, что сам знает. Он всегда будет всё объяснять. Всегда будет рядом. Она будет уезжать или возвращаться — а он стоит на перроне...

 

Грустно улыбался Ангел с небес.

 

Будет гимнастика, будет осанка; будет каток; интересные книги; будет восторг, когда папа возьмёт её в горы; будет белое платье и крики «Горько»...

И одинокие вечера: где он? С кем он? Когда — и каким — придёт? Позвонят ли ей из милиции? Из вытрезвителя? Из больницы?

Уложила ребёнка — а сама, как на вахту, к окну... И так почти каждый вечер.

А что делать? Не бросить же мужа! Совсем пропадёт...

Она не предаст. Она будет бороться. Не знает, как. Не знает, сумеет ли победить. «Все так живут, — говорит свекровь. — Терпи».

Нет, не все. Она помнит, каким был папа.

Помнит горы, прохладный ветер, багровые облака на закате...

Она знала, что такое быть в детстве счастливой. Сынишка не знает. «Мама, а папа опять вчера пьяный пришел? Я спал и не слышал...» Пришел. И вчера, и сегодня, и завтра. То он устал, то встретил приятеля, то аванс, то получка...

А ей — стоять у окна...

Где-то — горы, музыка, смех... Где-то жизнь.

Так ради чего?!

Из записок социального работникаРассказыРепортажи, заметки, очерки — Миниатюры

Об авторе. Содержание раздела. Контакты

Купить часы breitling часы www.replica-watches.ru/breitling.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com