ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Вадим СЕРЕДИНСКИЙ


Иприт
Окончание. Начало
здесь.

* * *

— Папа, тебя комары кусают? — приглушенным сквозь маску шепотом спросил Даник. Его пунцовые щеки выдавали сильный жар.

— Нет, не кусают, нет здесь больше комаров, — переводя дыхание тихо ответил Женя, — ничего нет...

Вязкий ил мешал идти. Вода кипела у самой груди, добираясь до последних тесемок защитных штанов. Испарина превратила маску в мокрую тряпку с налипшим болотным сором.

— Папа, а вода холодная?

— Да, наверное... Я не чувствую.

— А мне так жарко и пить хочется.

— Попроси у мамы, она взяла воду.

— Пей сыночек, — Лариса протянула бутылку с водой.

Ее ладонь озабоченно легла на лоб ребенку. Даник стал жадно пить.

— Ты как, Женя?

— Ничего, немного осталось, я уже вижу, кажется, берег. Ты видишь?

— Да... — напряженно всматриваясь сказала Лариса, — вообще трудно понять из-за камышей.

— Вот, сейчас, вот, а-ах! — внезапно он оступился и скрылся под водой.

— Женя! — закричала Лариса, холодея от ужаса.

Женя вынырнул тотчас и содрал со рта маску.

— Вот, черт, не удержался! — сокрушенно пробормотал он, отплевываясь от болотной тины. — Вот... твою мать!

— Женечка, не волнуйся, может не задел, может пронесло, — запричитала Лариса.

— А зачем папа нырнул, мам? — удивленно протянул Даник.

— Он не специально, сыночек, он оступился. В яму попал.

— Мама, а ты тоже будешь его порошком прижигать?

— Нет, сыночек, не знаю...

— Надо прижечь, а то он умрет, как Ицик, помнишь, мам?

— Что же ты, Даник, такое говоришь! Наш папа не умрет, он всегда будет с нами!

— Ничего Даник, — искусственно бодрым голосом сказал Женя, — вот сейчас выберемся на сухое место, найдем наших и все будут живы и здоровы...

* * *

Они шли, долго огибая какой-то безжизненный каменистый холм. Два раза небо раскалывалось от пролетающих низко над головами истребителей. Где-то вдали, за горизонтом, слышались глухие разрывы авиабомб. Они боялись арабов и старались не приближаться к шоссе, двигаясь параллельно, поодаль. Старались молчать, чтобы не расходовать силы. Вода кончилась к полудню и жажда, сначала легким желанием, а затем сводящим с ума требованием борющейся жизни начала мучительно изводить их.

— Лара, надо выходить на шоссе.

— А арабы?

— А хрен с ними, все равно!.. Без воды мы и так сдохнем, да и Даника не донесем. Может наши уже взяли эти места, а мы не знаем. Надо рискнуть, посмотрим по номерам машин.

— Пошли.

Они зашли за ближайший к шоссе холм и стали ждать. Через полчаса появился армейский джип с израильскими номерами. В нем сидели солдаты ЦАХАЛа. Лариса и Женя закричали, замахали руками. Джип резко остановился, солдаты выскочили из машины и жестами приказали лечь на землю.

— Вы откуда? — навел на них автомат подошедший солдат.

— Мы из поселения, из Неве, — ответил Женя.

— Не может быть, там вся территория заражена ипритом! Я еще раз спрашиваю — откуда вы?

— Он говорит правду, — вмешалась Лариса, — мы прошли сквозь болото в сторону юга.

— Вы прошли сквозь болото с ипритом?! — в ужасе воскликнул солдат. — Ари, Шмуэль, тут люди из зараженной местности! Шмуэль, сообщи химикам по рации, а ты, Ари, давай, тащи сюда ящик химдиагностики.

— Воды, дайте воды! Ребенку дайте воды! — с мольбой в голосе попросила Лариса.

— Ах да, сейчас! Ари, принеси воду!

Подбежал Ари — полный солдат с усталым выражением лица, держа в одной руке пластиковую бутылку с водой, а в другой — небольшой металлический ящик защитного цвета. Он осторожно поставил бутылку на асфальт, поближе к Ларисе, сделал пару шагов назад, затем опустился на корточки, открыл ящик и стал раскладывать реактивы химразведки. Лариса стала поить сына водой. Женя терпеливо ждал своей очереди. Тем временем Ари зарядил ампулой зонд в виде раздвижной алюминиевой трубки и приблизил его к Данику.

— У малыша чисто! — доложил он командиру, стоящему поодаль, — а что у него с рукой? — солдат пальцем указал на забинтованную ладонь Даника.

— Ожог, взялся за раскаленную железку, — хмуро ответила Лариса.

— Мама, я же на болоте... — начал было Даник.

— Тихо, сыночек, не говори ничего, — оборвала его Лариса, прижимая к себе.

— Женщина, мы вас тоже должны осмотреть.

— Хорошо, — покорно согласилась Лариса, — смотрите.

Она встала, подняла руки. Ари медленно обвел зондом ее фигуру.

— Тоже чисто, — удивленно и даже несколько разочарованно протянул он. — Теперь ты, мужчина.

Женя устало и нехотя поднялся с шершавого асфальта, развел руки в сторону.

— О-о, да ты, парень, весь заражен! Илан, командир, этот весь в иприте! Что будем делать? Его же нельзя брать с собой!

— Да, нельзя, — эхом отозвался тот. — Значит так: оставим его здесь, дадим воду, сообщим химзащите, те приедут и заберут.

— Как же так, — заволновалась Лариса, — да вы что, его же нельзя так просто оставлять, это же преступление!

— А что, ты хотела, чтобы он всю машину заразил и всех нас угробил!? У него же вся одежда пропитана отравой!

— Так он одежду скинет, великое дело! — злобно отгрызнулась Лариса. — Его скорее на дегазацию надо! И детоксикацию провести! Что же вы стоите?! Надо ехать!!

— Ага, надо... Мы, женщина, патрулируем по заданию, и в наши планы вас спасать не входило. Куда надо — уже сообщили, так что пусть сидит и ждет. А вы — как хотите: едете с нами или с мужем ждете химотряд. Только сразу предупреждаю: арабы здесь шастают с периодичностью пару раз в сутки.

— Лара, я останусь, — тихо проговорил Женя, — ты езжай с солдатами, я дождусь химотряд, все будет нормально, не беспокойся.

— Женя!.. — голос Ларисы сорвался и она заплакала. — Господи, да что же это такое!.. Почему?.. За что?.. — от отчаяния она не могла найти слов. — Тебе срочно одежду надо поменять, пройти обеззараживание!.. Господи, да что же это такое!.. Ведь, еще час-два и начнуться признаки отравления!

— Поехали, женщина, хватит кричать, арабы услышат! Ну! Ребенка своего пожалейте! А ты на, брат, накройся, а свое сними побыстрее, — солдат бросил в сторону Жени брезентовую плащ-накидку. — Оставляем тебе две бутылки с водой, больше не можем. Ну, держись и извини...

* * *

Джип обдал его фиолетовым дымом выхлопа и быстро скрылся, следуя извилистому шоссе меж невысоких холмов. Женя вяло махнул рукой вслед, кряхтя поднялся с асфальта и поплелся на обочину к ближайшему холму, в спасительную тень. Выбрав место поукромнее, без острых камней, он медленно разделся, с неприязнью отбросил подальше рубашку, спортивные брюки, носки. Немного подумав, он стянул с себя трусы и забросил в ту же сторону. Обернулся в плащ, резко пахнувшей дорожной гарью, подобрал полы под себя, сел. Тут он почувствовал, как тяжелым камнем стала наваливаться усталость, глаза подернулись влагой и запекли, словно их засыпали песком. Солнце превратилось в ослепительную, хлещущую по ним, плеть. Он откинул полы плаща и, напряженно щурясь, осмотрел ноги: кожа была ярко красной, отекла и горела словно ее распарили и натерли перцем. Женя набрал в рот воды, пополоскал немного и выплюнул на ноги, чтобы хоть как-то промыть кожу и унять зуд, но ничего не помогало. Вскоре появились первые волдыри. Сначала они были мелкие и редкие, беспорядочно разбросанные на бедрах и голенях, но потом, стремительно разрастаясь, стали сливаться между собой, превращаясь в чудовищные подкожные мешки, заполненные мутной сукровицей. Все тело горело, невыносимый жар пек изнутри, напоминая мучительное, адское тление на костре инквизиции. Тошнота волнами подбиралась к горлу, нарастая по силе и заставляя вскоре выворачиваться наизнанку в рвотных позывах. Мир закружился, завертелся вокруг головы, смазывая очертания и меняя краски. Яркий ультрамарин небесной сферы разверзся над головой, упираясь краями купола в бордовый жаркий песок. Сердце переместилось в голову, стуча в висках и мешая затухающему разуму. Дышать становилось все труднее.

Жене казалось, что легкие заполнились по края такой же вязкой сукровицей, как и в пузырях и каждый вдох и выдох напоминали тяжелые взмахи намокших крыльев громадной птицы...

Душа отлетела, когда, осыпая песок, с вершины холма подошли двое.

Они остановились, с интересом рассматривая его сгорбленную фигуру и вытянутые из-под плаща ноги в чудовищных волдырях. Один из них цокнул языком, хохотнул и быстро проговорил, обращаясь к своему товарищу:

— Смотри, Джибриль, еврейская собака таки получила свое!

— Хвала Аллаху за надлежащее возмездие, — откликнулся его спутник, поправляя автомат на плече, — а Хусейну за доставку химии. Жаль, уж неживой пес, да и отравлен, а то повеселились бы вволю! Х-х-х, тьфу!

Плевок растекся по щеке мертвого Жени, смешавшись с темной слезой, застывшей в уголке полузакрытого глаза.

Они громко рассмеялись, переступили через него и продолжили свой путь.

Вадим Серединский, 2002г.

«Ахмед»«Лето и осень»«Мишка»«Глухое счастье»

Фантастика:
«Земноводное»«Иприт», начало рассказа.

Альманах «ИнтерЛит». Электронная версия в формате PDF в виде zip-архива. Объем 1440 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Альманах «ИнтерЛит 01.04». Е-книга в формате PDF, 910 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Фильтры кулеры для воды в самаре greenbaza.ru/clear-water/aquadean-pro. . Самая актуальная информация такси балашиха домодедово на нашем сайте.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com