ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Светлана МАКАРЕНКО


ЛЕДИ ДИАНА-ФРЕНСИС, ГРАФИНЯ СПЕНСЕР, ПРИНЦЕССА УЭЛЬСКАЯ.

«НАСТОЯЩИЕ СЕКРЕТЫ АНГЛИЙСКОЙ РОЗЫ».

Окончание. Начало здесь.

.............................................

А с первой было вот что: ее булимия ухудшалась, воинственная и вездесущая пресса жестко подсчитывала все ее промахи и неверные шаги, смаковала подробности ее пяти попыток самоубийства. Да, они были, эти попытки, и отмахиваться от них, не воспринимать всерьез, не стоит... Но что было их истинной причиною? Сказать сложно, но, пожалуй, возможно, Может быть, об этом будет заявлено впервые в столь небольшом эссе и кто-то непременно захочет оспорить такую точку зрения. Что же, пусть оспаривает. Тем не менее, сама Диана много позже в разговорах с близкими друзьями, анализируя ошибки своего брака, скажет о том, что именно низкая самооценка, внушенная ей в детстве, связанная, прежде всего, с уходом матери из семьи, сильно повлияла на ее мироощущение, внутреннее состояние, на ее поведение в обществе. Повлияла разрушающе. Ей все время казалось, что она никому не нужна, что она делает что-то не так, что она не способна привлечь чье-то внимание. Что она одинока и над нею смеются... Она бессознательно и сознательно преувеличивала свои страхи. Резала вены ножиком для лимона, бросалась на дверцы стеклянного шкафа. Мужа ее, человека внешне бесстрастного, привыкшего прятать свои эмоции на публике, все это повергало в шок и недоумение, он вспыхивал негодованием, обвинял Диану, себя, охочую до скандальных сенсаций прессу, и между ними все чаще и чаще вспыхивали ссоры. Но в те годы они еще быстро мирились. Принц Чарльз, любя Диану и искренне восхищаясь ее энергией и сердечностью, которую очень ценил, старался, как мог, помочь супруге. Она писала о нем: «Чарльз такой чудесный. Он понимает меня, когда я порой чувствую себя подавленной и печальной. Я и подумать не могла, что он будет оказывать мне такую поддержку. Я тоже пытаюсь его поддержать и быть хорошей матерью». Уж что-что, а быть хорошей матерью у нее получалось блестяще. 15 сентября 1984 года у «Уэльской четы» появился второй сын — Генри-Чарльз-Альберт-Дэвид. Диана записывала в ежедневнике в те дни: «Должна признаться, я просто на седьмом небе от счастья».

Принц тоже был счастлив. Они оба хотели иметь еще одного ребенка — дочь, и вскоре после того, как Гарри исполнилось несколько месяцев, принцесса вновь ощутила себя ожидающей ребенка. Некоторое время спустя, когда уже готовились пресс-релизы в газетах и официальные сообщения Букингемского дворца, счастливое ожидание окончилось несчастьем — у Дианы случился выкидыш. Больше нее самой был всем этим огорчен принц Чарльз. С тех пор у Дианы начались проблемы со здоровьем, и врачи сказали ей о том, что, вероятно, она не сможет больше иметь детей... Она тяжело перенесла этот удар, и вскоре в садах Хейгроува, которые она столь прилежно фотографировала, составляя альбом для мужа, вновь замаячила прежде призрачная тень Камиллы Паркер-Боулз, супруги гвардейского полковника Эндрю, давнего приятеля Чарльза, и его сестры, принцессы Анны.

Миссис Боулз жила всего за десять миль от сельского поместья наследника трона...

Похоже, что Его Высочеству немного надоело все время ободрять хрупкую и неуверенную в себе красавицу, которую народ, трогательно обожая, часто называл лишь по имени — Леди Ди. Миссис же Боулз, урожденная Шенд, правнучка королевской любовницы, никогда и ни в каком одобрении не нуждалась, уверенно держала себя в любом обществе, спорила и дерзила кому угодно, твердо, по-мужски сидела в седле, хорошо переносила любую непогоду, обо всем имела собственное мнение и презирала мнение других о своей особе. Вовсе не принц Чарльз при встречах говорил ей комплименты. Напротив, она охотно брала на себя эту обязанность и осыпала любезностями его. И потом, Камилла все время была в хорошем настроении. Ее не приходилось встряхивать, как Диану — задумчивую, часто плачущую без причины, хрупкую, всю какую-то слишком утонченную. Принц Чарльз стал отдаляться от супруги все более и более, хвалил ее все меньше, его стали раздражать восторженные крики толпы при ее появлении, ее наряды, шляпки, весь интерьер их общего дома в Хейгроуве и Кенсингтонском дворце.

Постепенно, но неизбежно назревал трагический финал. Умело используемый теми, кто всячески хотел непонятно чего: республиканского ли строя, распада ли общества или просто — веселой, хмельной вседозволенности, а, может быть, и — власти на деревянных скамьях в Палате лордов. Наступала неумолимо развязка красивого и искреннего некогда романа. Романа века. Развод грянул в 1996 году для многих, как истинный гром среди ясного неба. Многие ощущали его, как конец монархии, и обвиняли Принцессу Уэльскую (Ее Величество Королева даровала ей этот титул после расставания с принцем специальным указом) Диану, в том, что она этому способствовала! Если бы они знали, что писала их Королева сердец в своих тетрадях: «Сегодня 28 июля 1996 года — пятнадцатая годовщина нашей свадьбы... Я никогда не думала о разводе, наоборот, — мечтала о счастливом браке и любви Чарльза... И пусть этому не суждено было сбыться, зато у нас есть два чудесных мальчика, которых мы оба очень сильно любим. Во мне всегда будет жить любовь к Чарльзу, а теперь я хочу, чтобы он, глядя на меня, гордился... Мне бы так хотелось стать самым близким другом Чарльза, ведь я лучше других понимаю, в чем именно он нуждается».

Она продолжала его любить. Она продолжала думать о нем. Звонила ему несколько раз в день, волновалась о здоровье, привычках, времени, когда он один... И свой последний отрезок жизненного пути, свое восхождение к истинно страждущим она совершила не только по потребности сердца, но еще и для того, чтоб ею мог гордиться тот человек, которого она любила без меры... Осознание того, что это именно ее путь, именно ее Королевский долг, ее истинная стезя, пришло к ней еще во время многочисленных зарубежных визитов и приездов в хосписы и детские больницы, когда она держала под руку Чарльза. Диана уже тогда ясно осознавала, что именно неиссякаемый поток мощной человеческой энергии, любви, тепла, исходящий от людей, говорящих с нею, тянущих к ней руки, желающих ее коснуться, дарящих цветы и сувениры, дает ей силы жить и чувствовать себя действительно нужной.

Как глоток воздуха, как последняя надежда, как неподдельная, теплая, стремящаяся ввысь искра любви, совершенства, человечной, истинной красоты, красоты Духа. Она была для многих воплощением всего этого, не могла не понимать и не ценить это, она старалась не разрушить веру в нее людей... Просто — не могла.

 

Еще в 1992 году, во время своего первого самостоятельного визита в Пакистан, Принцесса была искренне поражена тем, как ее встречали жители горного села Читрал. Они оставили все свои дела, чтобы приветствовать ее, коснуться ладонью  следа ее ноги. Принцесса пережила настоящее потрясение от всего пережитого. В то время она расширила свои духовные поиски, очень серьезно увлекалась психологией, медициной, восточной литературой. Ее любимым писателем стал восточный философ и поэт Халил Джебран, и тут был незримый след влияния принца Чарльза. Именно в Пакистане Диане подарили книгу поэта Мохамедда Икбала, откуда она выписала такие слова: «Многие любят Бога, плутая в джунглях, они его ищут, но я буду любить того, кто любит людей».

 

Она любила людей. Очень искренне. Не стыдилась этого. Не считала это недостатком. Именно любовь к людям подвигла ее на то, чтобы она занялась вплотную и всерьез проблемами СПИДа, противопехотных мин, проблемами детей больных пороком сердца, лейкемией, людей, получивших неизлечимую травму позвоночника. Она любила людей и люди ее любили. Многие, особенно дети, воспринимали ее, как ангела, приносящего надежду, любовь, свет. Так было с девочкой из Анголы, чей развороченный миной живот увидела принцесса, пришедшая в деревенский лазарет с посылками и оборудованием от миссии Красного Креста. Девочка держала ее за руку, и так и умерла с ее именем на устах, не поверив, что светловолосая женщина всего лишь какая-то непонятная «принцесса из Англии»... «Она — ангел!» — твердила бедняжка. В тот же вечер девочка умерла...

 

Леди Диана сняла в Анголе большой документальный фильм о последствиях взрывов противопехотных мин. Сотни искалеченных людей — особенно юношей и детей, — попали в кадры этого повествования на кинопленке. Они рассказывали о своей беде так просто, обыденно, что мурашки шли по коже: «Играли около дома — наступили на мину, пошли за водой к озерцу — наступили на мину... Я видел, как в воздухе летела моя рука. Пальцы еще некоторое время шевелились, приминая землю и траву, как живые». Без слез и спазмов в горле рассказы эти невозможно было слушать... Но находились и такие, кто слушал, а потом, безапелляционно обвинял принцессу в популизме, называл ее «пустышкой», «бездарной политиканшей». Она фыркала, убирала ладонью волосы со лба и отвечала с улыбкой: «Я не политик. Всего лишь гуманитарный деятель. Всегда им была и всегда им буду». Нападки ее не трогали. Она выдерживала любые удары с истинно королевским достоинством. Может быть только — внешне? Она писала в те последние месяцы: «Смерть меня не пугает. Я ведь гордый Дух, похожий немного на эльфа, и всегда предпочитаю идти своей тропой, пусть многим это не нравится, но я никогда не сверну!»

Но почему же блестящая светская красавица, тридцатипятилетняя женщина, наконец и до конца теперь уверенная в себе, многое прошедшая, многое познавшая и многое повидавшая, вырастившая двоих прекрасных детей, наследников высоких традиций и короны, вдруг заговорила о смерти? Почему? Что она знала, что чувствовала, что предвидела? Она мешала многим, ее боялись, ей завидовали, ее использовали, но постоянные скандалы и холодный светский цинизм высшего света ее не очень пугали. К ним она привыкла за годы своей блестящей публичной жизни. Здесь было нечто другое. Вероятно, за женщиной, носящей имя Богини охоты, тогда началась настоящая охота. Не прессы, нет. А тех, кто грел руки на оружии, кто цинично обращал в бешеные деньги кровь и жизни миллионов, сотни миллионов людей и детей, особенно детей, на минных полях, в зонах локальных военных конфликтов, в лагерях беженцев. В Анголе, Югославии, Боснии. Там тоже бывала принцесса Ди. Без тени страха и смущения. Она не прятала лицо под маской, как те, что были вокруг нее, как незримые тени: прослушивали разговоры, вскрывали письма...

 

О, нет, она не собирала стотысячные митинги, но за ней ходили толпами дети, люди, журналисты и репортеры. Ее узнавали всюду, бежали к ней, рассказывали в слезах, о горе, смертях, проблемах, о том, как выживают, как не сдаются, еще надеются, еще любят и верят... Ее звали в гости, держали за руки, дарили бесхитростные сувениры, цветы. Ей писали письма. Сотни писем, на которые она отвечала каждый день, ложась спать в три часа ночи. Увидев ее фильм о минных полях Анголы, дипломаты и министры иностранных дел большинства стран Европы и мира готовили доклады своим правительствам о запрещении приобретения и использования такого страшного и крошечного, подчас, — оно умещалось в ладони! — вида оружия. Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан пригласил британскую принцессу выступить с докладом обо всем этом на осенней ассамблее, апеллируя к цифрам и фактам. Она готовилась к важному докладу, а сама Великобритания готовилась назначить свою «народную принцессу» Послом доброй воли. Может быть — в ООН, может быть — в ЮНИСЕФ. Она уже мысленно собиралась с силами, штудируя подводные рифы политических закулисных секретов, которые могли ждать ее в этой новой должности, встречалась с дипломатами и послами, членами правительства и кабинета министров... Дала задание своему адвокату и агенту по недвижимости присмотреть дом в Америке. Это был бы самый красивый в мире Посол. Самый добрый. Самый светлый. Самый энергичный. Самый беспокойный и неутомимый в достижении своих целей. «Если бы на ее пути встретилась лавина, — говорили о ней близкие и друзья, — она, не рассуждая, бросилась бы ее останавливать». Она не смогла остановить только Смерть. Свою собственную. Ее убили на взлете, как высоко парящую птицу, внушив всем нам мысль о мифическом «романе» несостоявшейся британской королевы, «почти Золушки», и миллиардера Доди Файеда!

 

Трудно спорить с тем, что десять лет внушалось нам всем с телеэкранов и со страниц светских таблоидов, на поверку оказавшихся лишь «желтою прессой», в какие бы «гламурные», светски холодные обложки они не рядились! Ими, таблоидами, было искажено все, даже и маршрут ее последнего путешествия. На самом деле, с яхты Файедов «Джоникал», где она провела несколько дней: с 31 июля по 4 августа 1997 года — без детей (они гостили на яхте несколько раньше и улетели в Шотландию, в Бэлморал), Диана собиралась лететь в Италию, чтобы побыть некоторое время со своей подругой Ланой Маркс, затем возвратиться в Лондон, чтобы подготовить детей к школе, а себя — к сентябрьской поездке в Корею. Но у Ланы Маркс неожиданно умер отец, поездка подруг сорвалась, забронированные билеты были сданы, и принцесса 30 августа уже планировала вернуться домой в Лондон, где ее ждали дети и дела. За день-два до этого она была одна в Монако, на могиле принцессы Грейс. Принцесса загадала желание, возложив на могилу Княгини Монакской цветы и помолившись. Какое это было желание — никто никогда не узнает. Принцесса торопилась всерьез и в отеле уже укладывались чемоданы с подарками для детей и прислуги: сувениры и банные халаты персикового цвета с эмблемой на кармашке. Но тут Доди Файеду, отчаянному плейбою, не знавшему ни в чем отказа и не привыкшему к нему, зачем-то понадобилось срочно, «по делам», поехать на один день в Париж. Он уговорил Принцессу сопровождать его. Они прилетели в Париж поздно вечером и поехали в отель «Риц», чтобы поужинать... Последний маршрут принцессы по туннелю Альма знают все. В подробностях и деталях. Придуманных ли, правдивых ли — не время и не место обсуждать это в маленьком эссе. Не всем известно только то, что последний звонок с мобильного телефона ею был отправлен кому-то из близких... Принцу Чарльзу? Сыновьям? И эту свою тайну Леди Диана навсегда унесла с собою... За ее телом во Францию приехал человек, которого пресса упорно продолжала называть «чужим, холодным, эгоистичным и недоступным, непроницаемым, никогда не знающим к ней любви». Ее бывший муж.

 

Всю дорогу длиною в сотни тысяч миль от Франции до самого Олторп-хауса, все скорбные десять дней прощания с нею, гроб принцессы Дианы Уэльской, урожденной леди Дианы-Френсис, графини Спенсер, был покрыт королевским штандартом по личному распоряжению принца Чарльза. Штандарт исчез лишь в холле Олторпского замка, куда принцесса вернулась навсегда седьмого сентября 1997 года. Так и не став королевой. Или она всегда была ею — «Великая женщина Британии двадцатого столетия», как сказали недавно? И всегда знала это? Это был один из ее самых любимых секретов, которые она всегда хотела хранить, застенчивая и светловолосая «английская роза».

Впрочем, ее секрет знал еще один человек. И, наверное, мог гордиться этим... И ею — тоже. Ибо знал твердо, что он потерял... И что, может быть, горько обрел — навсегда. Ведь то, что жило внутри него — образ, черты, ароматы, жесты, улыбка — внезапно и навечно вдруг и окончательно стало частью Мировой истории. Загадкой леди Дианы.

 

P.S. Текст этой новеллы многие читали с усмешкой, находя слог ее патетическим и восторженным. Не стану спорить. Писать с холодным цинизмом о жизни «бомонда», романах принцесс и знаменитых актрис считается теперь высшим признаком журналистского мастерства, читать об этом — высшим признаком безупречного читательского вкуса. Международная миссия Принцессы Уэльской, принявшая в последние годы ее жизни огромный масштаб, не рассматривается обществом, погрязшим в океане своих забав и страстей, всерьез. Всем удобнее иметь под рукою Миф о принцессе-Золушке, а не правдивую историю о великолепной Женщине, преодолевшей в жизни почти все: собственные страхи, переживания, недостатки, сомнения. Преодолевшую недоверие к ней власти, людей, Мира. Все, кроме веры в Любовь.

И несущую в своих ладонях свет тепла и доброты: истинный и человеческий. Просто — настоящий. Лишенный всяческой патетики. Она ее не выносила, как и всякий искренний человек. И никаких слов не хватит, на самом-то деле, чтобы описать то, что являлось всегда самою сутью этой Личности. Достоинство. Долг. Искренность. Честь. Красота. Милосердие. Это так мало. Для беспринципных. Для них все это — «грошовая выспренность и патетика». Что же. Не стану спорить. Значит, моя короткая новелла — не для их глаз и ушей.

 

© Макаренко Светлана — Princess. — член Международного Союза Писателей «Новый Современник».

28 января 2007 года.

 

* Текст статьи является полностью авторским, любые изменения и дополнения, а также печать любыми СМИ, без разрешения, преследуются законом РК об авторском праве.

 

Елизавета и Екатерина УшаковыЭлеонора ТютчеваМария Михайловна ЛермонтоваДарья Евгеньевна Лейхтенберг-БогарнэНаталия Сергеевна Шереметьевская-ВульфертАлександр Оболенский: Явление русалокПисьма о Рафаэле СантиАриадна Сергеевна Эфрон-ЦветаеваАлександр Блок и Ксения СадовскаяРушева Надежда Николаевна — Леди Диана, Принцесса Уэльская — Джо ДассенНиколай Михайлович РомановО.Глебова-СудейкинаЕлена Александровна Пушкина фон дер Розенмайер

Содержание всего раздела С.Макаренко. Контактные данные

Историко-биографические очерки — Художественная прозаСтихи

Другие очерки — см. «Светлана Макаренко. Жизнеописания». Е-сборник биогр. очерков. Формат PDF, 1000 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Учебник корейского языка подборка из 15 сайтов для изучения азиатских языков.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com