СТАТЬИ, ЭССЕ, ОЧЕРКИ
Иван Попов, студент МаГУ
ОБРАЗ МАГНИТОГОРСКА В ПОЭЗИИ БОРИСА ПОПОВА
Примечание: Стихи, цитируемые в этой статье, расположены
здесь. Ред.
Борис Попов занимает особое место в литературе города
Магнитогорска. Поэт, несмотря на предложения коллег по перу, так и не вступил ни
в один из двух союзов писателей, существующих в нашей стране. Причина становится
понятной, если взглянуть на его творчество: стихи Бориса Попова равно далеки как
от «весомого, грубого, зримого» воспевания провинциальной жизни, так и от
лишенных связи с текущим моментом рассуждений о вечных вопросах. Главная черта
творчества Бориса Попова — синкретизм темы. В большинстве случаев его
произведения имеют объем больший, нежели стихотворение в сегодняшнем понимании:
редко встретится произведение короче шести четверостиший. Традиционная для
стихотворений Попова форма — драматический монолог, в котором философские
раздумья, любовь, быт, общая атмосфера городской жизни переплетены так тесно,
что невозможно представить существования одного без другого; стихотворения
Попова универсальны по теме. В этом и кроются причины сложности их толкования.
В творчестве Попова немало упоминаний о Магнитогорске, обычно — о
нынешнем ходе жизни в металлургической столице Уральского края. Будучи в жизни и
творчестве обособленным, поэт любит выбирать объектом «иного зрения» места
пустынные, например, осенний пляж — «Сентябрь отшелестел./ И серые пески/ без
вмятин теплых тел/ печальны до тоски./ Как пуст осенний пляж!/ Береговой прибой/
не оживит пейзаж,/ где только мы с тобой» («Осенний пляж», из сборника
«Светает в шесть...»). Подобное опустошение переносится и на места обитаемые, но
досрочно забытые, сброшенные со счетов — «Только вскрикнет петух еле-еле,/
только вспыхнет петух,/ просипит!/ ...На исходе рабочей недели/ стариковская
улица спит./ Стариковская улица дышит/ и совсем замирает к утру./ И никто ее в
мире не слышит -/ лишь деревья гудят на ветру» («Стариковская улица», из
сборника «Светает в шесть...»). В приведенном выше описании звуки приглушены,
вместо петушиного крика — еле слышное сипение; улица словно пытается
раствориться в тишине, нарушаемой лишь гулом деревьев. Торжество неживой
природы, продолжающей автоматически функционировать в независимости от
происходящего, незыблемой и бездушной — торжество над теми, кто жил, любил,
верил и, в итоге, оказался забыт и покинут; увядания — над жизнью. Торжество это
проявляется во всем, и даже человек каменеет, становится частью бездушного
пейзажа: «Железные травы взошли у реки,/ а лед до сих пор не растаял./ И,
сгорбившись, только одни рыбаки/ в туманную прорву врастают» («Ну что же,
достукался, друг дорогой?..», из сборника «Под знаком Весов»). Молчание,
неподвижность — все это в изображении города представляется абсолютным,
нерушимым; событий не происходит как таковых — «Здесь трамваи стоят, как
дивизии под Сталинградом -/ и ни шагу назад, и ни мертвого метра вперед» («В
этом грустном краю», из сборника «Под знаком Весов»). А если что-то все же и
случается, то и оно не приносит ни капли жизни в устоявшийся круговорот событий
— «И по тугим строительным лесам/ строителей восходят привиденья»
(«Провинция», из сборника «Под знаком Весов»). Привидения, согласно наиболее
распространенной версии литературного толкования, представляют собой сгустки
энергии, прикованные к материальному миру дурными воспоминаниями; их сознание
ограничено причиной, не позволяющей им уйти, а существование иллюзорно не только
для окружающих, но и для них самих. Так вот он — портрет среднего жителя
провинции? И если так оно и есть, то почему?
Всегда ли так было — вот еще один вопрос, неизбежно приходящий на
ум при прочтении стихов Бориса Попова. Разгадка, скорее всего, кроется в
стихотворении «Последний барак». Барак в данном произведении воплощает сущность,
метафизическую сердцевину города, сливаясь в единое целое с коллективной душой
его жителей. «Оставим, прославим последний барак — / как память о яростной
были!/ Здесь жили и пели,/ кричали «Ура!»,/ росли, ревновали, любили» —
вышеприведенные строки недвусмысленно свидетельствуют о том, что Жизнь (в ее
высоком значении) в городе все-таки была, и не просто была, а буквально бурлила.
Причем Жизнь достаточно непростая — «Фундамент качало, и крыши текли», но
поэт призывает «вспомнить былое добром — и радости все, и невзгоды». Так
что же изменилось? В творчестве Попова мы не найдем прямого ответа, однако, если
читать между строк, то возникает предположение, что замах был на рубль, удар —
на копейку, как и происходит в большинстве случаев. В стихотворении «Казенные
дети» из сборника «Светает в шесть...» поэт описывает «внуков и правнучек
города», задавая при этом риторический вопрос: «Под покровом небес
ледяным/ все ль мы сделали для человека?». Возможно, градообразующее
предприятие, причина постройки и существования Магнитогорска, на каком-то этапе
перестало играть роль «Источника Жизни» для горожан и превратилось — во что? В
«адскую поварню»? «И пролетные птицы кричат,/ и последние твари бездомны,/ и
не град бьет по травам,/ а чад,/ мертвый чад коксохима и домны...» — так
подводятся итоги произошедшим изменениям в стихотворении «Быстро ль, медленно
ль время течет...» (сборник «Светает в шесть...»).
Однако нельзя игнорировать и тот факт, что при достаточно
скептическом отношении Попова к современному ему состоянию города, поэт
продолжает любить Магнитогорск вопреки чему бы то ни было — «В этот город
мгновенный,/ с железным и жестким лицом — / я вернусь непременно/ и мужем уже и
отцом» («Стансы», из сборника «Под знаком Весов»). В том же стихотворении
появляется и надежда, что замах все-таки будет оправдан. «Значит, время
дождю./ Он придет и, живительный,/ хлынет./ Помолчу, подожду — / пока рана твоя
не остынет./ Пока яростный свет/ не пробьет паутину заката -/ и твой сын и поэт/
не вздохнет пред тобой виновато...» — так Борис Попов обращается к городу,
так подводит итог поэтическим размышлениям о его судьбе — о том, что уже
произошло, и том, чему еще предстоит произойти. Дождь символизирует очищение и
перерождение, как и слезы, стекающие «по чугунной щеке и по медной».
Произойдет ли оно, хлынет ли над городом живительный дождь — покажет время.
Стихи, цитируемые в этой статье, расположены
здесь. Ред.
Стихи Ивана Попова — Проза —
Статьи — Пьесы —
Ваня Попов и Ко.
Об авторе. Содержание раздела
