ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Борис ПОПОВ
(05.10.1946 — 20.01.1996)


Об авторе, Содержание раздела

ИЗ НЕОПУБЛИКОВАННОГО
К публикации «Светлана Гладкова. Из будущей книги», глава 7

 

 

* * *

...Если б отец не вернулся с войны,

я не видал бы военные сны,

не загорал бы с тобой

                                        у волны

выгнутой, солоноватой.

Я бы со зла бы тогда

                                        не унёс

ноги из школы, где вырос и рос

и не закончил девятый

из-за каких-то закрученных кос,

из-за улыбки проклятой!

Если б отец не вернулся тогда —

не подгоняли б меня поезда.

Да, никогда, никогда, никогда —

если б отец не вернулся.

...вот он во сне улыбнулся.

Если б с войны не вернулся отец —

мама с ума бы сошла, наконец!

Сёстры бы больше не пели.

Кончилась сеча... Вернулся живой

вовремя он со второй мировой —

да в офицерской шинели!

Боже,

            вот встреча, наверно, была...

Плакала мама, смеялась, плыла

посуху, как по водице!

...только потом я родился.

 

 

Дед

 

Позабыт и страшен дед —

дух угасший в нищей раме.

Ничего у деда нет —

только память, только память.

Только детства сладкий сок,

сок берёзовый, студящий.

Только речка да песок

от былых лет к настоящим.

И чужее он, чужей

смотрит на людские лица.

Всё ему бы на стрижей

с тихой радостью дивиться.

Всё глядеть бы на рассвет —

в золотое одеяло.

Ничего у деда нет,

будто бы и не бывало.

Ан случился перекос

и любви, и сущей правды?

...Как составы под откос,

сосны валятся на травы.

Смотрит дед в окно. Окно

с дедом в салочки играет.

Всё заране решено.

И родню не выбирают.

Брошен взрослыми детьми

дед,

        но придет Божья кара.

От шести и до семи

свищут чьи-то самовары.

Я смотрю на бобыля.

На таких — седых и русых —

и стояла вся земля

от рожденья Иисуса.

Сморщен, сгорблен, невысок

он, но кто его осудит —

пролетело сквозь висок

столько разных пуль и судеб!

Как домашнего чайку

старцу хочется напиться!

Ничего я не могу.

Только лишь посторониться.

Пропустить его туда —

и чему названья нету,

где закатная звезда

вдруг и встретится с рассветной.

 

 

Дед

 

Ночь наступит, глухая и длинная.

Выйдет дед по свою махру —

и его борода былинная

заполощется

                        на ветру!

Козью ножку во тьме закручивая,

невзначай,

мой ночной дедок —

вспомнит всё

                       то, что раньше мучило

и что вспомнить вчера не мог:

Жизнь прошла!

А была хорошая...

Всё случалось — добро и зло.

Ведь недаром седой порошею

время голову обнесло.

Одинокий огонь цигарочки.

Боль под сердцем и в сердце —

боль.

У Тамарочки-санитарочки

были косы круты, как смоль.

...Отступления и ранения,

вдовий дым городов и сёл,

и ранения, и пленения —

помнит дед...

Да не скажет всё.

А — затопчет огонь подошвою

да поёжится от ветерка.

Жизнь хорошая.

Жизнь хорошая!

Только больно уж коротка...

 

 

Рябина

 

День по-зимнему не длинный,

снег и наледь у двора.

А у нас сороковины,

и хлопочут все с утра.

Тяжела и неподдельна,

беспредельна тишина.

Детский стол накрыт отдельно

и подальше от вина.

И старинные соседки

смотрят, смотрят в белый сад,

где на выстуженных ветках

слёзы красные висят.

Жизнь и смерть проходят мимо -

да ведь не об этом спор.

Знаю, мамина рябина

помнит маму до сих пор.

В полный штиль или предгрозье,

где-нибудь в чужом саду -

я припомню эти гроздья,

задохнусь и упаду...

 

 

* * *

В небо глядит молодая, красивая,

мама моя, Александра Васильевна,

волос в платок убирая рукой.

Гуси летят над высокой Россиею...

Мама, накинь свою кофточку синюю -

вечер сегодня прохладный такой.

Пусть не добились чинов мы и почестей —

матери видят нас так, как им хочется:

Сами отцы — мы им всем сыновья!

Снег упадает на листья осенние...

Мама, примерь свое платье весеннее —

чтоб молодой тебя помнил и я.

Лбом прислонившись к стеклу запотевшему,

вижу сквозь полночь, уже загустевшую —

свет, что врезается в тьму напролом!

Непобедимо добро несказанное.

И вспоминается самое-самое —

дым над трубою, семья за столом.

Снег ненадежный все сыплет и кружится...

Тонкою пленкой подернуты лужицы.

Осень, весна ль, не сдавайся, держись!

...С фото глядит молодая, красивая,

мама моя, Александра Васильевна —

братьям и мне подарившая жизнь.

 1    2    3

Из неопубликованного

Попытка прощания. Стихи Б.Попова. Рассказ И.Попова об отце

Другие стихи Бориса ПоповаВремя скворцовБратская баллада«Я назвал себя поэтом...»В этом грустном краю

Из неопубликованного

Публицистика

Стихи Б.Попова в переводе Ксандра на украинский

Елена Лещинская. «Поэзия высокого напряжения». О поэзии Бориса Попова

Светлана Гладкова. Главы из будущей книги

  Об авторе. Содержание раздела Бориса Попова

Стихи Ивана Попова

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com