ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Кирилл ПОЛЯКОВ


СПОСОБ УБЕЖДЕНИЯ

Андрею его жизнь совсем не нравилась. Считать так он имел полные основания, поскольку сравнительно недавно стал бомжом. Тем более, что раньше он жил совсем по-другому, занимался коммерцией, купил квартиру, даже был женат. Но потом пошла сплошная непёрка, ни один его проект не удавался, просто не везло. Одну его фуру задержали таможенники, конфисковали товар, наложили штраф, даже взятки в транспортную прокуратуру на этот раз не помогли. Потом обокрали его склад. Потом его самого обокрали, потом было еще что-то и еще. Андрей был вынужден брать большие займы под большие проценты из-за срочности. Из последних сил он неотвратимо занимал и занимал, так что, в конце концов, стал должен чуть ли не половине губернии. На этой неблагоприятной почве Андрей стал пить по-черному, да так, что даже лежал несколько раз в наркологичке, сначала платно и анонимно, когда деньги еще были, а потом как все. Жена, видя такие расклады, от него ушла, при этом забрав все, что можно было еще забрать, а судиться у него уже не имелось ни средств, ни сил. У Андрея оставалась только бабушка, которая жила в деревне и несколько раз навещала его в наркологическом стационаре. Она звала Андрея к себе, но тогда он ей ничего не ответил, поскольку после последнего запоя и накачки в больнице таблетками, даже слабовато понимал, где находится. Квартиру Андрею пришлось продать, чтобы не убили за долги, но и так оставалось много кредиторов. Поэтому уже спустя месяц после продажи квартиры, ходя по скверу и собирая бутылки, Андрей опасливо осматривался по сторонам. Самогонку этот бизнес ему еще пока обеспечивал.

Стояла прекрасная летняя погода, и солнце слепило Андрею глаза, отражаясь одновременно в тонированных стеклах черного БМВ, стоявшего неподалеку. Андрей покосился на машину, завистливо вздохнул, и присел на лавку отдохнуть. Он подумал, что пока еще лето, надо все-таки поехать к бабушке в деревню, как-нибудь там устроиться, может быть его возьмут сторожем, к примеру, или еще кем. Но самое-то главное, конечно, постараться как-нибудь выйти из этого запойного кошмара, что-то сильно затянувшегося. Андрей зажмурил глаза и даже вздрогнул, когда кто-то хлопнул его по плечу. Андрей открыл глаза и увидел своего давнего знакомого, еще по делам коммерческим, Васю Кабана. Кабан, такое у него было прозвище, был вообще-то не столько коммерсантом, сколько бандитом, а скорее, как это часто у нас бывает, и тем и другим. Особых общих дел они не имели, но несколько раз пересекались и помогали друг другу. Слава Богу, Андрей Кабану должен не был. Кабан как раз и вышел из того черного БМВ, где, как Андрею показалось, еще кто-то сидел.

— Ну, ты и опустился, брат, — сказал Кабан приветливо, — совсем что ли на мели?

Андрею стало стыдно за свою грязную одежду и за пакет с пустыми бутылками, тем более, что Кабан-то был в костюме и в белой рубашке, хотя почему-то в резиновых сапогах.

— Да ладно, чего уж там, — отвечал Андрей немного смущенно, — не повезло мне, одно за другим. Авось выправлюсь. Поможешь, может, с деньжонками?

— Ты пьешь много, Андрей, — убежденно заговорил Кабан, — я и сам, как лошадь, бухаю, по жизни такой, а раньше в системе на герасиме сидел, а видишь, все же ничего, на хлеб и на водку хватает.

— Да, я смотрю тебе и на бэху последнюю хватило.

— Да это не моя, это Паши из Москвы. Он миллионер, у него парк тачанок таких. А насчет деньжат, помогу, пожалуй, но и ты мне, братишка тогда помоги.

— Чем? Я же не в бригаде состою, да и не мое это дело, бандитствовать. Ты посмотри на меня!

— Это не то, Андрюш. Пойдем в мурлычку, я тебе налью, а то тебя трясет всего, потом деньжатами ссужу и расскажу все.

Кабан махнул в сторону БМВ и крикнул, что перезвонит. Андрей вздохнул с облегчением, и они пошли в дешевое кафе. Взяв графин водки и на закуску стакан газированной воды, они выпили, и Кабан, закурив, стал рассказывать.

— Тут, понимаешь, все дело в Паше в этом. Братва московская велела помочь, мы ж под ними теперь. Ему один дядя задолжал очень много, а отдавать не хочет, все завтраками кормит. К тому же они вроде официально и не оформляли ничего. Так, договор о намерениях. А Паша этот с закидонами какими-то. Насмотрелся фильмов про мафию, а мы вроде эта мафия и есть. Я, говорит, его напугать хочу. Да так, сука, чтобы он меня всю жизнь помнил, что я ему не лох губернский. Чтобы он мне сам эти бабки принес и на коленях приполз. Я, говорит, и так уже деловую репутацию теряю. Главное, Паша этот не желает, чтобы мы должника этого били там или убили, это, дескать, не тонко, не девяностые все же на дворе, не солидно теперь. Паша-то философский факультет заканчивал в МГУ, начитался там Кьеркегора что ли, «Страх и трепет», по-моему, называется книжка. Он нам сказал, чтобы мы этого мужика сначала, как обычно, в лес вывезли, а там не могилу себе рыть заставили, как водится, а инсценировку ему сделали. Там-то и будешь ты, Андрюш, стоять, закопанный в землю, со связанными руками, только голова одна торчать будет. Типа как в Белом солнце пустыни. Показать мужику, что, дескать, со злостными неплательщиками бывает. Мужик-то знает, что ты всем должен. И ты будешь каяться, виниться, а мы, всяких ужасов нагнав, как бы останемся непреклонными и уйдем, как бы оставив тебя на произвол злой судьбы. Мужик в штаны наложит, а мы потом тебя откопаем, или уж сам откопаешься, и дадим тебе бабок. Ну и все.

Андрей подумал, выпил еще и сказал:

— А что за дядя-то? А если я его потом встречу? Я же вроде как умер.

— Арнольд Иваныч его зовут. Помнишь, у него супермаркет «Люся» есть? Продавать не хочет. Очень плохой человек. А насчет если встретишь, ты ему скажи, что друзья твои за тебя подписались и бабки отдали, даже больше, чем надо. А мы сжалились и откопали тебя, потому что мы добрые, но справедливые, и делаем все с понятиями и всегда готовы к конструктивному диалогу. Так что, давай, Андрюш?

— Я вообще-то и так в деревню ехать хотел. А долго мне в земле сидеть? И за сколько?

— В земле? Ну, час, полтора, максимум. А заплачу я тебе сто долларов, худо ли за час? Прикинь, сколько в деревне поддельной водки или самогонки купишь! Да еще налью.

— Давай за двести и по рукам.

Кабан торговаться не стал, чем Андрея немного удивил, потому что он понимал, что, в принципе, для такой роли Кабан мог найти любого бомжа, причем за бутылку. Видимо Кабан еще помнил Андрея, как преуспевающего бизнесмена, и ему было неудобно торговаться из-за копеек, к тому же он, видно, сочувствовал Андрею, как собрату по алкоголизму.

Они обсудили детали, потом Кабан позвонил кому-то, еще выпили, но кабан больше заказывать не стал, объяснив, что в лесу еще немного нальет Андрею, чтобы он не замерз в земле. Подкатила машина, и они поехали за город, в лес. В лесу они долго шли по какому-то болоту, и Андрей понял, почему Кабан надел сапоги. С ними пошел и водитель, а еще один парень остался в машине. Придя на небольшую лужайку, водитель и Андрей стали по очереди небольшой лопатой копать яму. В лесу было прохладно, деревья мягко шелестели от ветерка, издалека доносился плач кукушки. Кабан несколько раз звонил кому-то и торопил копающих, говоря, что скоро все подъедут. Наконец, они выкопали яму, в которой Андрей мог стоять на коленях. Он втиснулся в нее, и водитель быстро забросал яму сырой землей, а потом утоптал ее вокруг шеи Андрея.

— Дай выпить, — сказал Андрей Кабану.

Кабан наклонился и прислонил к губам Андрея флягу с коньяком. Минут через двадцать они услышали, как трещат сучья под ногами приближающихся к ним людей. Вскоре на поляну вышло еще пять человек. Один впереди шел с автоматом на плече и еще каким-то длинным инструментом, завернутым в серую материю. Он показывал дорогу, а потом стал позади Андрея. Двое других, в кожаных куртках и спортивных штанах, под руки вели толстяка в костюме, который покорно им подчинялся. В нем Андрей узнал Арнольда Иваныча. Позади всех шел молодой человек, в дорогом и модном костюме, в глазу у него торчал монокль, а в руке была небольшая кожаная папка. Андрей догадался, что это сам Паша. Все, за исключением парня с автоматом, столпились перед Андреем. Он устало посмотрел на них, ему уже надоело сидеть в земле на коленях. Хорошо хоть Кабан уже засунул ему в карман две сотки.

— Освободите меня, люди добрые, — взмолился Андрей, — все как на духу отдам, через неделю только. Мне только перекинуться надо. Пожалуйста, смилуйтесь надо мною, пацаны!

— Ишь, чего захотел, — сурово отвечал Кабан, — поздно, брат. Уже поздно. Сейчас вот соседа к тебе посадим, будет о чем перед смертью потолковать злостным неплательщикам. Он еще на голову твою мертвую налюбуется, перед тем, как сам сдохнет. Обсудите еще, как порядочных людей кидать!

Все остальные молчали, только Арнольд Иваныч, внезапно побледнев, спросил:

— Что это? Это Саид какой-то! Можно ж и договориться как-то, но магазин-то денег стоит!

— Молчи! — одернул его один из парней.

А Паша, закурив сигарету, отрывисто бросил Кабану:

— Ну, чего телишься? Давай и ему яму копай, а то у меня дела еще.

По лицу Арнольда Иваныча, как слезы, потекли струйки пота, он рванулся, но получил сильный удар кулаком в живот, его скрючило, и он прохрипел:

— Братцы! Бог же существует еще! Ради Бога, братцы!

Кабан уже начал копать яму. Паша подошел К Арнольду Иванычу и сказал:

— Насчет Бога философии пока не известно, а вот, что договорчик существует, а ты договариваться не хочешь, это научно установленный факт. Копай, Кабан!

Арнольд Иваныч помолчал минуту и тихо молвил:

— Нет, только не так, не так. Но что мне делать? Я же и с другими связан…

Все молчали, Кабан копал яму, Андрей разглядывал в траве рыжих муравьев. Вдруг он почувствовал какое-то неуловимое изменение обстановки вокруг. Он заметил, что Паша смотрит поверх него, на человека с автоматом. Потом Паша поднял правую руку и большим пальцем резко указал вниз. Андрей скосил глаза и увидел, как человек с автоматом стал медленно распаковывать и доставать из серой материи принесенный инструмент. Это оказалась обыкновенная крестьянская коса, с зазубринами и немного ржавая. Андрей заметил, что кукушка, наконец, замолчала и тишина вокруг него словно звенит. Он поднял глаза на людей и увидел, что все смотрят на него. Кабан перестал копать и полез в карман за фляжкой.

Андрей почти успел произнести свою последнюю в жизни фразу: «Я только хочу уехать к бабушке в де…», как голова его моментально была скошена одним точным ударом и покатилась по поляне. Кабана вырвало, а на штанах Арнольда Иваныча показалось большое темное пятно.

— Прибери здесь, как обычно, да голову зарой, а над телом костер, — сказал Паша Кабану.

Тот кивнул.

— А теперь, — продолжал Паша, — обращаясь к Арнольду Иванычу, мы поедем за гендоверенностями. Тебе все понятно, или ты тут еще хочешь побыть?

— Поедем прямо ко мне в офис, — отвечал Арнольд Иваныч.

Все ушли, остались только Кабан с водителем. Они закопали сначала голову, вернее просто притопили ее в болоте, и пошли собирать сучья для костра. По дороге они разговаривали, и Кабан взволнованно восклицал:

— Не по душе мне это дело. Душа не лежит. Косы какие-то, ритуалы, нет, чтобы по-человечески, как обычно придавить. Да! — Кабан хлопнул себя по колену, — у него ж в кармане моих две сотни лежат. Ну да земля теперь рыхлая, достанем.

Солнце почти уже село, когда поляна, наконец, опустела. Костер почти догорел, образовав на ковре леса еще одно черное пятно, которых, как отмечалось местным лесником, становилось в последнее время что-то многовато. «Вероятно, — думал лесник, — из-за растущей популярности дикого туризма в наших краях».

Об авторе. СаламандрПесочные часыТеория ДоказательствЗабойщикДевятое отделение Психофармакология — Способ убеждения

офисные блоки на выгодных условиях снять офис у метро нагорная с фотками и планировками

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com