Лауреат Конкурса «Национальная Литературная Премия
«Золотое Перо Руси», 2008 г.
ОТКРЫТЫЕ ДВЕРИ ПЕЩЕРЫ МГЕРА
Ованеса ГРИГОРЯНА трудно представлять, ибо за именем его целый ряд книг, заслуг, наград. Скажем лишь, что он лауреат нескольких премий, автор более десяти сборников и нескольких книг — переводов с испанского. Кстати, его стихи в свою очередь переведены на многие языки. Известен не только как поэт, но и как автор литературоведческих и публицистических статей. Уроженец Ленинакана, он окончил отделение математической лингвистики ЕГУ. Долгие годы работал в литературной периодике, занимая ответственные должности. В настоящее время является главным редактором ежемесячной электронной газеты «Серунд» («Поколение») и армяно-персидского журнала «Мигр». Секретарь СП. Недавно вышел сборник его избранных статей и эссе «День открытых дверей в пещере Мгера».
— Образ взят из эпоса «Давид Сасунский»: Мгер закрылся в пещере и пообещал выйти только тогда, когда в мире воцарится добро. Исходя из названия моей книги, Мгер все-таки открыл дверь, но только для того, чтобы сказать, что в мире до сих пор не все ладно.
— И что же вы поместили в этой «пещере»?
— Свои литературоведческие, критические и публицистические статьи, эссе, написанные за последние тридцать лет. Но из 400 отобрал лишь 70 работ, которые актуальны и по сей день... к сожалению...
— Как это «к сожалению», так много всего изменилось...
— Я писал критические статьи касательно различных, как говорится, негативных явлений в литературе. Но, увы, эти явления не только еще живы, но и процветают. Выходит, зря боролся. Раньше я думал, что виноваты политическая система и отношение к талантам, но оказалось, проблема не в этом. Посредственным писателям было всегда легче жить. А вот самородкам... У нас есть такая поговорка: умри — и я тебя полюблю. Живут себе писатели в нужде, а умирают — им устраивают пышные похороны. Сейчас читаю книгу Ахматовой о Пушкине и думаю, что гения общество убило, а не система. И говорить, что Чаренца убил Сталин, тоже неверно, так как его тоже общество убило...
— Какие новые «негативные» явления принесло с собой молодое поколение поэтов? Они ведь тоже требуют критики.
— Чересчур свободное обращение со Словом... Стерлась грань между моральным и аморальным... У молодых много свободы, но они не умеют правильно распоряжаться этим даром — барахтаются в океане, вроде держатся на воде, а плыть не могут. Одни лишь брызги... и никакого движения. Новое поколение менее патриотично. Государственность мы потеряли еще в XIII веке, сейчас у нас есть возможность возродить ее, и кому, как не молодым, ставить это своей целью, бороться Словом за нее, но, увы... По-моему, государство — это высшая культура, это купол общественной деятельности. И если итогом деятельности не является государство, значит, в процессе есть некий заводской дефект. Развитие армянского общества также тормозит состояние, которое можно обозначить «не мир и не война», разбросанность армян по всему миру...
— Как вам кажется, какой-то период в истории армянской литературы можно назвать периодом расцвета поэзии?
— Трудно ответить, так как во все времена в Армении были хорошие поэты. У нас не было лишь хорошей прозы, кроме, может, исторических опусов. В 70-80-х годах — не хочу хвалить свое поколение — был серьезный расцвет поэзии. Весь XX век, думаю, был таковым. Но я все-таки надеюсь, что именно в XXI веке, когда есть свобода слова, независимое государство — это благодатная почва, будет подлинный расцвет. Но есть такой парадокс: иногда свобода мешает, начинается хаос, люди не знают, как управлять свободой (я уже говорил об этом!). Запреты — стимул для борьбы. Мое поколение боролось и в борьбе, противодействии закалялось. Драма же нового поколения, по-моему, еще и в том, что ему не с чем бороться, процесс самовыражения ослаблен... Но все-таки мы держимся на уровне. Многие вещи можно без стыда показать мировому читателю. Когда меня спрашивают: «Как обстоят дела в Союзе писателей?», я отвечаю: «Замечательно! А вот в Союзе читателей Армении — плохо!» Из цепочки «писатель — критик — читатель» под шумок выпало последнее звено. Получается, что писатели пишут для критиков. Это еще один крупный минус. Нонсенс! Нет, конечно, минус не только нашей страны, это происходит на всем постсоветском пространстве. Но это не оправдание, это реальность. Смешно и трагично, что газеты и журналы, которые некогда издавались огромными тиражами, сейчас еле вытягивают тысячу. Очень многое зависит от социального контекста — в душе человека должен быть покой, чтобы читать, а мы постоянно тревожимся за будущее.
— И все же ведь пишете?
— Как же, конечно. Работаю над новым сборником любовной лирики. Конечно, все эти стихи обращены к прошлому, но то, что потеряно в прошлом, откликается болью и сейчас. В то время было трудно писать, так как было больно, а сейчас пришло время поэтического анализа. А еще заканчиваю свой роман «Кладбищенск».
Беседовала Елена ШУВАЕВА-ПЕТРОСЯН
Интервью с Ованесом Григоряном — Интервью с Кириллом Ковальджи
«Нищий сказочник Юрий Аванесов»
«Чудодейственные кресты-миниатюры Эдварда Ханояна»
Интервью с художником на Втором (Библейском) сайте.
Рассказы — Стихи — Рисунки — Фотоэтюды — Интервью, заметки, эссе — Интервью Елены Шуваевой-Петросян
