Он уходит по воде...
Прячут звонкие кастеты
В гуще диких орхидей
Одинаковые дети
Одинаковых идей…
Воет ветер в медный рупор,
Возит Вечная Арба
Одинаковые трупы
В одинаковых гробах.
Дремлют ядра в жерлах пушек,
Яд вливает чародей
В одинаковые души
Одинаковых людей…
И слагает злые сроки
Смерть, владычица грехов,
В одинаковые строки
Одинаковых стихов.
Словно черви лезут в уши
Близнецы Ничто-Нигде…
Он не может больше слушать
Он уходит по воде
Поэт
Удел поэта — дар канатоходца...
Отбросить прядь с усталого лица,
слить воедино прелесть и уродство,
тетрадь окинуть взглядом мудреца,
где толщи образов сгрудились бесноватых,
и, разглядев утраченную суть
сквозь смутных смыслов флёр замысловатый
словам их изначальный свет вернуть...
Так, обретая горькую невинность,
когда седьмая пропоёт труба,
слова, истлевшие до сердцевины,
вновь расцветают на твоих губах.
Свет
...Погибших звёзд холодный свет
струится в сумерках галактик —
его сотрёт вселенский ластик,
но в хрупком кружеве комет
летит во тьме гигантских лет
душа умершего светила...
Так слышат тихий голос милой,
когда её на свете нет...
* * *
Роняю мыслей тихий бисер
в аллеях опустевших парков.
Безумная слепая Парка
прядёт мою судьбу из чисел.
Мой бог осенний бессловесен,
раскос и весел, как кочевник —
я состою из лет и песен,
тревог и сигарет вечерних...
Листай меня, листай без страха —
бесхитростны мои страницы,
дыханье духа, лёгкость праха —
цветы, деревья, звуки, птицы...
Судьбы насмешливой наследство —
осколки обожжённой глины,
руины Рима — пилигримам,
клубок имён, причин и следствий,
и дней песок, и смерти чудо...
Но дни мои благословенны,
пока вино струится в венах
и на губах улыбка будды...
Девочка-осень, девочка смерть…
Кутая плечи в колючие шали,
сжала в ладошках игрушечный смерч.
Девочка-осень разбила скрижали...
Смотрит в глаза ей
девочка-смерть.
Девочка-осень,
с чёрных вселенных
лика луны никому не стереть...
Пишет, безумная, знаки на стенах,
их растолкует
девочка-смерть.
В сумерках несуществующих станций —
падает небо на мёрзлую твердь.
Кружится в сомнамбулическом танце
девочка-осень
с именем смерть...
Книга
Мне небеса явили милость —
я видела в небесной линзе,
как рассыпаются на миги
бессмертных жизней биссектрисы,
как клерки-ангелы склонились
над фолиантом исполинским —
и каждый вписывает в Книгу
волшебных слов чернильный бисер...
1 2 3 4 5 6 7 8
