ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Виктория ОРТИ


БИБЛЕЙСКИЙ ЦИКЛ

 

ПЕСНЬ ХЕРУВА

 

«И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едемского Херувима

и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни.»

(БЫТИЕ 3-24)

1

Он говорил, что голос мой звенит.

Он говорил, что на Лилит похожа.

Речей его сладчайшая ваниль...

О, тишина молчания его же.

 

2

— Ты сторожи, глупыха-сторожиха,

ходи, укутавшись в тулуп,

но

прокрадётся горе-лихо,

оно — неглупо.

Твоё лицо — полуночное лико,

глаза твои — темнее Тьмы кромешной,

давай уйдём, глупыха-сторожиха,

покуда дремлет птица-пересмешник.

 

3

— Куда уйти, окутан шар земной

такою мглой, такою ночью вечной,

что ни свечи не будет, ни предтечи

для вечной, ставшей дщерью человечьей.

И что тебе — от Бытия со мной?

Я не сумею, женщиной твоей,

стоять и караулить у дверей,

не пропуская злое горе-лихо.

Мои глаза — кромешной Тьмы темней.

Лицо моё — полуночное лико.

 

Я вечности раскидывала невод,

не воду обнимала им, а — небо,

и в неводе покоился зенит.

Я за Пределы вышла вместе с Евой

и оттого-то голос мой звенит...

 

Я остаюсь... мне надо сторожить,

играя роль усталой сторожихи,

покуда — тут — играют солнца блики,

покуда вьётся и не рвётся нить.

 

 

ЕВА

 

1

Слушай меня, слушай, голос негромок мой.

Будут моря и суша, чтиво и быт земной.

Будут хлеба и клевер, памятью впитанный вмиг.

Будут павлиний веер и человечий лик.

Свалится небо снова на обомлевших нас.

Слово застынет словно солнце в закатный час.

Кущи покинув рая, в долы изгнания

выйдет с тобой другая одновременно — я.

Дрожью перенаполнив атомы немоты,

другие согреют ладони одновременно — ты.

Не устрашась, нагие, подле порога тьмы

лягут они, другие, одновременно — мы.

 

2

...в этом старом пейзаже приюта не сыщешь

для тебя и меня.

Уберёмся, погоду и время кляня.

Но

мы подобны измученным моросью нищим

(им послужит подножной желанною пищей

даже дым из резного кальяна)

и поэтому слушаем песенки птичьи

повторяя куплеты упрямо.

 

Мы не нажили в старом пейзаже урочном,

ни врагов, ни друзей, ни резона.

 

Нам успеть бы — в момент отречения ночи

обратиться в одну из светлеющих точек,

образующих плоть горизонта.

 

 

ПОТОП

 

На башенных часах застыла стрелка

и моросящий страх заполнил город.

«Нелепая и глупая проделка» —

бурчу под нос,

а пот течёт за ворот.

Нелепая и глупая... к тому же —

я не успела дописать отрывок

(а дождь, похоже, переполнил лужи,

и затопил и оперу, и рынок).

Я не успею дописать отрывок,

твои черты я не смогу припомнить...

И на черта теперь мои порывы?

(...а пахнет — то ли волглым, то ль палёным).

Привет, Архангел, главное глаголь мне

святые истины, а я — покамест — внемлю,

припоминая перезвон вороний

и думая про каинову землю...

В которой никого не похоронят.

 

 

СОДОМ С ГОМОРРОЙ

 

...День назывался воскресеньем

страны с названием простым.

И свет — незыблемо-весенний —

скользил по местным мостовым.

Дыханье улицы касалось

и плеч, и талий,

всем неудачникам казалось — иными стали.

Шуршал, шершавящий шарами, кортеж семейный,

просил безногий подаяний,

асфальт лелея.

Пиджак накинув москвошвейный

старик кемарил, каменея.

Любились, окна занавесив,

школяр с девицею прилежной,

портниха шила строчкой нежной

наряд взволнованной невесте.

Катилась жизнь непринуждённо,

склоняя голову к закату.

И, будущим новорождённым,

грядущее стучало в матку

усталой бабы на сносях,

купившей ванночку, кроватку,

курлычущей в ночи на гладких

цветастых простынях.

 

А в это время

      тихий ангел,

            на суд нескорый,

                  шуршал,

                        невидимый,

                              крылами,

                                    над городом.

На карте место обозначил —

                              «СОДОМ с ГОМОРРОЙ».

И удалился

тихий ангел

на Суд нескорый.

 

 

ЖЕНА ЛОТА

 

...и ниспроверг города сии, и всю окрестность сию,

и всех жителей городов сих, и произрастания земли.

          Жена же Лотова оглянулась позади его,

                      и стала соляным столпом.

                 Бытие, глава 19, тексты 25-26.

 

Страшна печать печали вещей,

когда и призрачные вещи

становятся ясней.

Нагрянул ветер, и трепещет

мой старый дом — обитель трещин

да скопища теней.

 

Я выйду...

                    оглянусь...

                                    застыну...

О, Лот, тебе нестрашен путь.

А я зубрила наизусть

рассветы,

                 скалы

                            и низину.

 

Я этот мир несла в себе,

и я любила эти лица.

 

Мне остаётся — превратиться

в слезу на соляном столбе.

 

 

ИСХОД ИЗ ЕГИПТА

 

1

ночь исхода

Подари мне щемящую тяжесть,

           мороку,

                      подари мне прохладу ладоней,

и — вослед — задыхание в этих тисках.

Подари окоём, столь похожий на око,

в котором

                 пространство

                                   утонет,

унося за собою ребристые абрисы скал.

 

Если я упаду,

то — на веки — песками — кручина.

Если я упаду

то на тело — песками — века мне.

Если я упаду,

потекут, осторожны, ручьи на

все четыре,

в пути не споткнувшись о камни.

 

2

в пустыне

Пески нежны. Какое сумасбродство

любить пустыню сонно и протяжно.

Мне не нужны деревья и колодцы,

да и родство давно уже не важно.

В пустыне существует бесконечность,

а, значит, время притаилось тут же,

проговоришь «ну и кому я нужен»

и холодок почувствуешь заплечный...

 

3

прощание с Моисеем

...Но вот он, вот он — жар ли, бред ли —

звенящим словом в глотке бренной,

поющей, словно чаша времени

над полем, облаком, вселенной.

Слагаешь, слогом журчишь гортанным,

и стынешь, будто оставлен станом,

как будто ты — умирать оставлен...

И хочешь этим последним зовом

сказать

«Я буду.

Я буду снова».

 

4

земля обетованная

Шуршала улица, вверяла

ознобное «остались живы».

Смеялся — мальчиком — меняла,

а я плыла, и примеряла

тоску галутного пошива...

ВРЕМЕНА ГОДА

 

                                                                                 И.

 

Весна

 

О, этот чудный день кануна Рождества моей-твоей любви, о, этот день нетленный, в нём падший ангел встал, он отряхнул колена и вновь отверз уста. Промёрзшая до б-рр, прогретая до о-хх, прижатая к другим всемирным тяготеньем, я отлепить смогла притянутые тени, лежащие у ног. Подлунная качель, под-солнечное спле... и тени за окном ложатся на побеги. Ты песню ночи спел для тысячи очей. Ты песню для меня не допоёшь вовеки.

 

Лето

 

Моя ненужная весна ушла к другой, вздохнув натруженно.

Она была такой ненужной мне, была болтлива, весела.

А я натешилась сполна, насытилась чужими вёснами и захотела, чтоб унёс её залётный ветер со двора. Она боялась улетать, всё прижималась, всё мурлыкала, лилась слезами и улыбками, Офелией и Эвридикою в мои гляделась зеркала.

Но я сказала ей «пора» и улыбнулась ветру ласково. Он от меня весну оттаскивал... он от меня весну оттаскивал... ведь я сказала ей «пора».

Ушла ненужная весна, ушла поникшая, никчемная.

Пришла взамен пора вечерняя и прошептала мне «пора»...

 

Осень

 

Куда летишь никчемница моя окно открыто дверь скрипит прихода обратного дождутся ли края цветущие в любое время года но огляди неспешный окоём а в нём и тень и голос невозможный побудь с иным наедине вдвоём откинув цепи чехарды острожной лети сверкай никчемница моя тебе идут стрекозьи переплёты но только вот дождутся ли края тебя обратно из ночных полётов.

 

Зима

 

В этом сумрачном мареве будет душе хорошо —

У предплечья пригрелась и песни смурные курлычет.

Очень хочется плакать. Пусть это чуть-чуть неприлично,

Всё же хочется плакать и лезть на ненужный рожон.

 

Отчего это я, утомлённая сонмами снов,

Обжигать разучилась, но искрой мерцать разумею?

Непривычно немею к полуночи, будто ночную камею

Прямо в сердце впечатал Создатель Основ.

 

Отчего это я не рождаюсь из чаши земной,

Из воды и огня, из потоков воздушных?

Видно тело моё перестало быть телом послушным,

Видно нынче душа говорить научилась со мной.

 

...Отзвучу, отзвенев, а гортанное имя мое

Превратится в порхающий прах междометий.

Хорошо, что слова остаются, нетленны... а дети —

Всяко сделают нужными быт и само Бытие.

СтихиПроза

Альманах 2-07. «Смотрите кто пришел». Е-книга  в формате PDF в виде zip-архива. Объем 1,9 Мб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Альманах «ИнтерЛит 01.05».. Е-книга  в формате PDF в виде zip-архива. Объем 680 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

http://radio23.ru/scaners/-rtl-sdr-100khz-1-7-ghz

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com