Приступая к расследованию убийства владельца крупного фармацевтического предприятия — мог ли Дункан предположить, что придется вникать в историю христианства и совершить экскурс в область Непознанного?..
Одна загадка следует за другой — вплоть до обидного предположения, что автор
просто смеется над тобой — или запутался, не знает, чем закончить роман... и
вдруг оказывается: он знал... и ты бы тоже нашла ответ, просто читать нужно было
внимательнее...»
Ромми
Ванлейн, опоздав на пятнадцать минут, явилась в неожиданном наряде — джинсах и
свитере.
Ей
шло.
Ей,
наверное, шло вообще что угодно.
Извиняясь, сказала — вырвалась между двумя производственными совещаниями, а
поймав на своей одежде взгляд капитана, пояснила:
—
Терпеть не могу униформу, — и в ответ на улыбку Дункана спохватилась: — за
исключением полицейской, конечно.
И с
трудом удержала собственный смех.
Капитан показал ей на кресло.
— Не
предлагаю вам кофе — он у нас посредственный. Чтобы не обидеть отказом, вы
станете пить и от плохих ощущений на меня злиться, поэтому не предлагаю.
— О,
длинная цепочка. Это у вас профессиональное, капитан?
—
Профессиональное.
— У
нас в химии тоже длинные цепочки, я их люблю.
Она
вынула пачку сигарет с затейливой восточной рисовкой.
—
Тогда давайте покурим — японские. Содержат тонизирующие добавки. Говорят, их
курит сам император тайком от народа.
—
Прячась в туалет от прислуги?
— А та
подглядывает.
В ее
облике сейчас было что-то от молодого университетского преподавателя.
Впрочем, она ведь этим и занималась до приезда сюда.
«И до
знакомства с Джино», — холодно напомнил внутренний голос.
Дункан
взял сигарету, хлопнул себя по карманам... и заметил с другой стороны смеющийся
взгляд.
—
По-прежнему ограничиваете курение отсутствием зажигалки? — ему протянули
красивую черную с золотым поверху ободком. — Ка-пи-тан, нельзя резать хвост по
кусочкам.
Ирония
была справедливой.
Дункан
поднес огонь гостье, прикурил сам и протянул назад явно очень недешевый предмет.
— Нет,
сэр, вот когда бросите курить, тогда и вернете.
Благожелательный тон, однако, почти соединился с приказом.
—
О’кей, и приглашу вас по такому случаю в японский ресторан.
Он тут
же понял свою маленькую бестактность — у нее время траура.
И она
поняла.
— С
удовольствием, через некоторый разумный срок, — глаза ушли вверх за струей дыма.
— Вы заметили, что у меня не горькое настроение?
Он не
успел ответить.
—
Бывает развод юридический, а бывает и внутренний... но иногда мне кажется, что
внешнего вообще ничего не бывает.
Ее
лицо выглядело сейчас немножко другим — красивая отчужденность уступила чему-то
простому и теплому. Дункан заметил вдруг — она слегка изменила прическу, и
волосы больше не закрывают виски и щеки.
—
Вспомнила сегодня одно мелкое обстоятельство, хотя не знаю, стоит ли о нем
говорить...
—
Конечно, расскажите.
Она
захотела изменить позу в кресле, но раздумала и, показалось Дункану, испытала
легкое замешательство:
— Тут
задолго еще до вас был один мафиози, Джино, вы не слышали?
—
Слышал даже, что он за вами ухаживал.
Она качнулась вперед и, как пойманный врасплох ребенок, выпустила изо рта
краешек языка, щеки слегка зарумянились.
—
Ухаживал, но без успеха.
—
Потому что вы знали, кто он?
—
Узнала не сразу. Нет, не только. Я ведь жила в университетской среде, там,
независимо от профиля, определенный уровень культуры. Понимаете?
— Да,
замечал по своей бывшей жене.
—
Сожалею, что...
Дункан
не дал закончить:
— Вы
правильно заметили, развод может быть внутренним задолго до юридического.
Ей
понадобилась пара секунд, чтобы вспомнить начало.
— Да,
так вот. Недели три назад муж вдруг заговорил про Джино, но дети возились,
внимание уходило в разные стороны, я недопоняла и только спросила, с чего он
вспомнил о человеке, который давно умер. И муж произнес странную фразу: «Если
умер именно он».
— И не
пояснил?
— Дети
отвлекали, а у мужа была манера иногда разговаривать как бы с самим собой. В
таких случаях вместо ответа часто следовало пожатие плеч.
— Он
был знаком с Джино?
— Не
думаю. Но история с его смертью прозвучала на весь город, муж ее, разумеется,
знал.
Ему
улыбнулись.
—
Извините, дела, мне надо скакать. Где подписать протокол? Только уговор — я не
стану его читать.
Неожиданно поступившая информация не понравилась Дункану, потому что никуда не
встраивалась. Слова — «если умер именно он» — могли свидетельствовать лишь, что
бродившие в уголовной среде слухи о возвращении Джино дошли каким-то образом до
Ванлейна.
И он
заговорил об этом с женой ради «шпильки»?.. Мелковато.
Капитан некоторое время рассматривал подпись под протоколом.
Если
убрать небольшие округлости — подпись как у мужчины с сильным характером.
