ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Татьяна НЕКРАСОВА


Об авторе. Контактная информация. Новые стихи

СТИХИ 2013

 

чтобы на равных

 

если не жить вместе

не ходить сквозь стены

не воспитывать бытовой цинизм —

зачем тогда?

от стыда провались

в землю — по колено по пояс по горло —

за трусость и ложь —

земля тебя вынянчит, выходит,

и родишься заново, мил, хорош

может, будешь когда готов —

даже если не вместе

по совести честь по чести

 

 

неоконченное

 

ты спишь, тебя качает на волне

того, что не выносится вовне,

и в собственном соку тебе несладко:

нет правого и левого, а есть

твоё и не твоё — сейчас и здесь —

ну да, во сне, замечу для порядка

 

итак ты спишь не думая тонуть

и твоего всего лицом к окну

луна луна луна в конце туннеля

до прочего всего не твоего

не дотянуться да и нет его

пока волна колышет еле-еле

 

сию секунду даром поделом

всё это было или быть могло

а нравы те же и герои те же

пускай давно иные времена

но та же нас баюкает волна

и просыпаться хочется всё реже

 

 

разговорчики в строю

 

у мастера йоды кончик левого уха чуть загнут вниз

и глаза добрые-добрые как ты его ни зли

да пребудет с тобой сила — на этом заканчивается жизнь

встретимся как-нибудь на краю земли

 

там чудеса спутник всего один и солнце всего одно

гуманоиды смотрят во тьме представляешь про нас кино

и йода им ближе чем папа и мама и бабушка вообще

мне так не выжить а им ничего терпимо без отвращения

 

 

лицом к

 

тихая флейта солёные рукава

звёзды калёные вспять прямо над головой

не хочу не могу о потерянном горевать

а позабыть слабо

 

льётся оно и льётся медленный мутный свет

струится сквозь веки белый сухой песок

жизнь малиновым солнцем рассыпала по траве

ягоды ягоды ягоды

подставляй лицо

 

 

основное течение

 

и если что-то происходит —

обычно внешнее, хотя

оно скорей о несвободе,

чем о нехоженых путях

 

а нет бы внутреннее что-то

нащупать вдруг среди забот

и пить как дождевую воду

свободу от

 

 

обеденное

 

борщит слегка и воздух счебуречен

оправдывать холодный голод нечем

хотя какой там голод если жор

и тянешь что попало как попало

в прожорливую пасть десятипало

и брюхо стонет сыто хорошо

 

потом вздыхать зачем смотреть солово

не слышать и не разуметь ни слова

и в сонную дремоту уплывать

просмотрит сытый жизни сон размытый

и толкований тьма в деталях быта

хотя зачем голодному слова

 

 

ощутимое

 

рассеян свет и ал цветочек

когда оно среди всего

вдруг цап и отпускать не хочет

и как подвешен высоко

 

оно прихватит и отпустит

а так-то знай себе живи

какие поводы для грусти

тем более для нелюбви

 

 

отражённое

 

не сим-сим

а тата или туктук

или пешком и очередь очередь

стены стены досмотр и тадж-махал

 

на берегу реки

кусок рафинада для чернокожей своей мумтаз

 

очередь очередь

входишь и в темноте

за решёткой два кенотафа

мало что видно

очередь делает круг

выводит на белый свет

 

что это было

с кем это быть могло

 

спишь и видишь с тех пор

в лунном свете сияет

на берегу реки

кусок рафинада

справа и слева красные леденцы

для любимой твоей мумтаз

 

 

бенарес

 

там ганга и никому до тебя нет дела

улыбаются все коровы козы собаки куры

даже люди время от времени видят в тебе человека

разноцветные толпы мусор каменные скульптуры

так было всегда и никому нисколько не надоело

а ты сюда на минуту и вот уже дальше ехать

 

везти с собою вздувшийся бок коровий

специи пыль гудки чётки и листик бодхи

то о чём не расскажешь о чём не вспомнишь

хочешь вернуться ловишь себя на слове

но век недолгий

а у тебя тысяча жизней в одном флаконе

 

 

остывающее

 

оно уже не трогает меня

как некогда

как будто в прошлой жизни

и по идее даже не со мной

но вот стою на линии огня —

никто не обвинит в патриотизме

и никого не прячу за спиной —

 

оно уже не трогает, а бьёт,

испытывает мужество моё,

оно — волна, я — каменная глыба

ещё удар — и не вернуться в сон

и улыбнётся мокрое лицо

сорвётся некрасивое спасибо

 

 

прекратите

 

люди живые мёртвые голоса

никто ничего никому не хотел сказать

но звучат и льются — безвкусный густой бальзам

 

люди живые мёртвые чудеса

не удивить показательно наказать

взаимной забавы всего-то на полчаса

 

люди живые мёртвые как ты сам

 

 

недобровольное

 

иду

куда и откуда

помнила только что

 

вдруг поняла

не знаю и знать не хочу

куда и откуда

к кому и зачем

 

сяду под дерево

глаза закрою

 

некуда идти

незачем

все на своих местах

 

но как дёргает кто за ниточки

вскакиваю бегу

подвиги совершать

геройствовать поневоле

 

бескорыстно

безвозмездно

бессмысленно

пока не надоест

 

 

выхваченное

 

скатываются кораблики с заваленного горизонта

публика шарахается: вдруг придавит?

всё-то у нас неправильное — второго сорта

а фотографу стало вдруг не до правил:

 

если чуть косо оно и ладно

главное ласточка из кадра не вылетит

тела абрикосовые и шоколадные

внутри косточки розетки вилочки удлинители

 

вон оно как устроено говорит фотограф

солнечной вспышкой портрет подсветит

и вдруг увидишь себя подробно

и не поверишь

а просто смиришься с этим

 

 

подаренное

 

и проведёт как будто наждаком

шершавым с непривычки языком

по каждому подаренному слову

распробует на прихотливый вкус

за это время трижды отрекусь

и зарекусь и буду слушать снова

 

как выглядит оно и как звучит

как острый меч как ненадёжный щит

как я сама не хуже и не лучше

а через годы может жизнь спустя

другие все как листья облетят

останется одно — на всякий случай

 

 

внутреннее

 

животное тоскует по теплу —

живое, человеческое чтобы,

а без того — лишь тело на полу,

как неодушевлённое — попробуй

 

его растрогать камешками слов,

поджечь дождём метеоритных точек —

потом поймёшь, признаешь: повезло,

что бездна силой отвечать не хочет

 

на жалкие попытки нелюбви,

на жадные, но скудные приветы —

не обмануть и не одушевить

и стыдно помнить, что пошёл на это

 

 

очарованное

 

верить, что возможно всё — и хоть что-то поправимо

и при этом твёрдо знать, что побегаем ещё

посягнувший на — спасён, и свидетель — струйка дыма

за границей полусна при гуденье мерном пчёл

 

что за пчёлы что за мёд — трансформаторная будка

трансцендентная гроза или улей на холме —

добывающий неймёт ни стыда ни предрассудков

и довольны небеса и доволен сам вполне

 

 

вспоминая мюнхен

 

зелёная вена реки, редкие рыбаки,

гуси-лебеди булку клюют с руки.

наверняка опаздываешь, но сядешь на берегу

и удивлённо спросишь: куда и зачем бегу?

 

а никуда а низачем

поплачь на моём плече

говорит река и ты плачешь плачешь пока

не опоздаешь к тому чужому далёкому одному

к облегчению обоюдному

 

 

(повсе)местное

 

в бразилии донов педров не счесть по пальцам и вообще:

педры родятся щедро, у каждого конь, сомбреро, по нескольку дыр в плаще

бывалые педры запьют текилой очередную пулю, пойманную плащом,

и улыбнутся мило милой: плесни, будь добра, ещё, жажда меня истомила

так то ж в бразилии...

 

в наших краях не водятся мужуки, ну, разишта разумению вопреки.

антиресы у нас другие али другие мы... вопщем и целом хотение побереги

до вечера — в тиливизере будет много всего — там этих педров мешками не унести,

а так-то прощай-прости, скупая слеза — фирменный местный стиль

 

 

диагностика

 

висит над тобой — небесное или земное — тело или иное,

а тебе как будто нет дела до этого тела: осточертело

болезное, бесполезное, наливное — висит над тобой и ноет,

как сердце больное, а ты — параноик,

болезни своей подельник,

особенно по понедельникам

 

от этой твоей луны тени лежат длинны от этого солнца сохнет язык во рту

от этого бешеного повешенного женщины как помешаны а птицы падают на лету

а ты ничего себе, ты привык просыпаться в поту

прошлое к будущему впритык

настоящее в пустоту

 

 

бездельное

 

а этой груше толстопопой

в любови отказать попробуй —

напрасным соком истечёт

 

а этой сливе тонкокожей,

похоже, не откажешь тоже

на то у августа расчёт

 

ах, ты пресыщен, всё от пуза

на арбузы и кукурузу

ещё отваги попроси

 

на ломтик дыни ароматный

положит мятый листик мяты

а ты и свалишься без сил

 

 

очнись же

 

не жалей себя не жалей

лучше сделай хоть что-нибудь

бармалейский ты дуралей

с тихой жалобой на судьбу

 

не вот это поспать поесть

а такое чтоб вдруг живой

настоящий сейчас и здесь

существо а не вещество

.............................

 2    3    4    5    6    7    8    9    10    11    12    13 

Стихи 2016Стихи 2015Стихи 2014 — Стихи 2013 — Стихи 2012Стихи 2011Стихи 2010Стихи 2009-08До 2008 года

Стихи — ПрозаВоспоминание о Ганге Подумалось (игры со словами) Критические заметкиЮмор

Страница памяти Владимира Таблера

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com