ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Валерий МИТРОХИН


Об авторе. Содержание раздела

ПАПОЧКА

За долгую, полную мытарств жизнь в конце её мне удалось безоговорочно осознать ещё две немаловажные вещи: я постарел, но всё ещё на что-то способен.

Ещё год назад я мог без страха затеять драку и наказать любого, невзирая на превосходящие силы противника.

Я побеждал в этих стычках не выносливостью, а точным расчётом...

Даже сейчас, когда в поясничном разделе позвоночника изношенные диски больше не смягчают моей походки, и всё чаше сковывают мой шаг, мешая ускорять движение, вынуждая сердце отдавать все больше энергии — отчего я задыхаюсь и вынужден останавливаться все чаще — я точно знаю, на сколько меня хватит в случае серьезного физического столкновения.

Я твёрдо знаю: дыхания, чтобы устоять на своих двоих, у меня достанет лишь только на три удара и что я смогу одержать верх только при двух условиях: бить первым и все три раза наверняка.

Я хорошо знаю, куда и как наносить эти удары. И никогда не забываю — их должно быть три.

 

Этому я с детсадовского возраста учил младшую дочку.

В пятом классе она по моему настоянию ходила в борцовский зал. Бросила, когда сквозь майку стали пробиваться груди.

Я учил её никогда не расслабляться. Всегда быть готовой к нападению, особенно сзади или сбоку.

Наставления мои она воспринимала без отроческого скепсиса или снисходительности. Заверяла меня, что науку эту усвоила и даже как-то и не однажды испытала.

Я крепко боялся за неё. Порой мне снилось, как её принуждают к наркотикам и кто и для чего это делает.

У нас даже была оговорена условная фраза, услышав которую я сделаю вывод об опасности, ей угрожающей.

 

Услышал фразу с тем самый словом, я похолодел. Меня охватит настоящий страх. Стал бить тот самый озноб, который охватывал мальчишку на краю скалистого обрыва. В детстве меня тянуло к нему. И я, зная, что люди не летают, боялся сорваться, потому что меня гипнотизировала глубина возможного падения.

Я вызвал такси и с набором метательиых ножей отправился по указанному адресу.

Я взял их не только потому, что об этом просила дочка. Я больше не надеялся обойтись тремя ударами. Я сомневался в себе, потому что не знал, сколько рук удерживают моего неосмотрительного ребёнка.

 

«Не держи бананы в холодильнике. Обитатели тропиков не выносят низких температур».

То была моя контрольная фраза, ответ на которую, должен был подтвердить или опровергнуть мои опасения.

 

Они сидели в тени на скамейке в зоне памятника Екатерине.

Обыкновенная влюбленная парочка, избегающая излишнего любопытства. Так я подумал, когда увидел их: воркующие голубки, да и только.

В её ответе должно было повториться то самое, некогда оговорённое кодовое словечко. И оно прозвучало в самом начале фразы: «Папочка, я думала, что ты не сможешь в такой поздний час?»

Оценив ситуацию, я сделал вывод: похоже, он один удерживает её; только эта длинношеяя скотина, крепко прижимающая мою девочку к костлявому своему торсу. Ещё раз осмотревшись, я окончательно в этом убедился.

Присев рядом, я увидел шприц, игла которого была прижата к локтевой пазухе моего ребенка.

«Одно движение, и она станет наркоманкой, поскольку синтетический препарат этот вызывает мгновенное привыкание...» — произнесла скотина голосом спящего.

«Чего ты добиваешься?»

«Отдай ножи, которые ты отнял у моего отца! Я обещал ему их вернуть...»

Мне вспомнился тот парень. Бывший спецназовец, прицельно кидающий ножи. Ловкий и безбашенный — он, благодаря своему умению, держал в страхе весь молодняк округи.

Я, ничего об этом не зная, пошёл провожать девчонку, с которой познакомился на танцах в Зелёном театре, как раз располагавшемся в горсаду, где теперь красуется восстановленный памятник Императрице.

Бывший афганец допустил оплошку. Он подошёл ко мне слишком близко. На такой дистанции метательный нож бесполезен.

Наверное, вследствие своей безнаказанности он об этом забыл.

А я нет.

Я принялся вынимать из-за пазухи все три ножа — один за другим. Тяжёлые, они ложились к нему на колени. В последнюю очередь я вытащил надорванную облатку с валидолом и, когда демонстративно клал таблетку под язык, одно из лезвий соскользнуло к моим ногам.

Он подался вперёд, чтобы поднять острозаточенное орудие спецназа. А я ударил его рваным краем облатки по сонной артерии...

23.07.17

Золотой богомолПоследнее слово — Папочка — Сны БахчипарижаДве минутыНи голод, ни холод. Невесть. ТитовнаСамая первая
Франк-Иосиф Лола (Бои без правил)Прости, Петрарка!Кибела и ЛевЛюди твояИстория моей Розы

Повести и романы — Рассказы — МиниатюрыСтатьи, очерки ЧеловейникДраматургия

Об авторе. Содержание раздела. Новые стихи

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com