ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Михо МОСУЛИШВИЛИ


«Мистер Зимний Дебют 2006» в номинации «Проза»

ЧУДО ЛЕСНОЕ УБИТО ВЕСНОЮ

 1    2    3

Просто Джибро

Мое теперешнее положение таково: жизнь мне опостылела. Я опишу все так, как было в действительности. Вероятно, до вас дошли преувеличенные слухи. Слишком невероятные.

Я познакомился с Лесным царем спустя несколько лет после моей женитьбы, когда начал работать лесничим. Он был немногословен. Часто любил стоять у большого дуба. Всегда о чем-то шептался с деревом. Нет, я замечал его издалека и никогда не слышал тех слов.

Я спрашивал, что заставляет его жить в разрушенной церкви, и советовал перейти в деревню... Говорил, что могу помочь построить красивый дом. Он отказывался.

Иногда я оставался в лесу на ночное дежурство. Под вечер поднималась ко мне Тамта, приносила еду. И если в доме были водка или вино, она брала с собой.

Один раз она увидела Лесного царя, приглашенного мною в сторожку. Я заметил, как изменилось выражение ее лица...

Мне говорили, что к моей жене ходит Жанго, но я не верил...

Сказано: язык без костей, и чего только не наболтают?..

Когда я видел у Тамты разные платья, средства для наведения красоты и чулки в целлофановых пакетах, во мне пробуждались смутные подозрения.

А ведь женщине многое нужно. Я не мог все приобретать, так как мы жили в нужде.

Сколько раз я неожиданно возвращался домой, но ни разу не заставал Жанго.

А может быть, я напрасно ревновал?!

Такие мысли меня успокаивали.

И все-таки червь сомнения поедал мое сердце.

Но как-то так я свыкся с мыслью, что...

Примирился с тем, что...

У Тамты был любовник.

Видно, потому что любил ее.

Да, я ей простил и это...

И то, что в ночь свадьбы она оказалась не девственницей.

Вы, оказывается, все знали. Так чего же спрашиваете?!

Один раз Тамта поднялась в лесную сторожку, принесла еду и водку. Я пригласил Лесного царя, и мы начали пить.

Женщина сидела с нами за столом. Было уже поздно, и она не захотела возвращаться в деревню...

Хозяин леса пил молча.

Я и Тамта разговаривали, затем и она замолчала, а я остался наедине со своими мыслями — довольно черными и подозрительными.

Гость налил себе последний стакан, внимательно посмотрел мне в глаза и, кажется, он тоже увидел поедавшего мое сердце червя.

Не помню, что я говорил, но те слова, которые он мне сказал перед уходом, и сейчас зримо мелькают передо мною. Словно они, произнесенные особенным голосом, имеют свой цвет и вкус.

«Не примиряйся со всем, мой Джибро!»

Потом, поразмыслив, я догадался — Лесной царь обо всем знал.

Ходил я, и бесконечно отзывались в ушах эти слова, будто долбили мои мозги долотом.
Но больнее всего было то, что он меня жалел и даже любил. Эта жалость доводила меня почти до сумасшествия!

Не нужна мне была его жалость!..

Однажды я подкрался к церкви и с обрушенной крыши заглянул внутрь. Сперва, как в лесу, не смог ничего разглядеть, кроме горящих свечей. Но потом в их свете заметил два обнаженных тела, лежащих на постели — пыхтящего Хозяина леса и стонущую Тамту.

Вокруг их ложа ползали черные и белые змеи. Если бы я был колдуном, как Лесной царь, наверное, догадался бы, что означали эти ужасные пляски и извивания пресмыкающихся. Говорили, что Лесовод дает им пить собственную кровь.

Тамта уже не стонала. Она взглянула наверх и заметила меня.

Вы, наверное, придете в изумление, даже и не поверите, но она как-то удивительно улыбнулась — словно святая.

Да, как святая!

Такая улыбка на лице блудницы выражала, вероятно, великую правду, но у меня не хватало сил это понять.

А затем…

Затем улыбка стала какой-то противной, нестерпимой, словно змеи вылезли из ее глаз и обвили мою шею.

Я задыхался!

У меня было желание ворваться внутрь и избить Тамту.

Потом бросился бы ей в ноги, плачущей, с распущенными волосами, и просил бы прощения, целовал колени…

Но нет!

Уж лучше бы успокоился.

Но чем больше времени проходило, тем сильнее чувствовал, как подползало ко мне сероватыми червями ожившее подозрение.

Пусть бы Лесовод пришел, пришел бы и покончил со мной!

Но он приходил и уходил!

И какое уж могло быть подозрение, когда я сам, своими глазами увидел все?!

Оставалось одно — месть.

Мстить должны были я и Жанго. К нему я чувствовал какую-то близость, но не совсем любовь.

Нет.

Вахо там не было, он пошел на базар покупать корову.

Я рассказал Жанго, как обесчестил Тамту Лесной царь.

«Видно, околдовал он ее», — сказал обескураженный продавец и обещал помочь.

Мы захватили с собой «Дружбу» и начали пилить дуб, стоящий у Виселицы старца.

Когда услышали треск веток, спрятались за деревьями.

Я приготовил веревку, Жанго — тяжелый посох.

Лесной отшельник прибежал, встал на колени, нагнулся и вот-вот должен был выдернуть «Дружбу», но Жанго ударил его раз, второй, третий!

Он еще стоял на ногах!

Четвертый!

Пятый раз!

Хозяин леса потерял сознание.

Шестой раз!

И седьмой!

...Упал ничком на листья.

Я бросился к нему и связал ноги, а затем руки.

Взобравшийся на дерево Жанго привязал к ветке веревку...

Нет, нет, не к дубу, а к буку, к молодому буку. Да, рядом с дубом стоит.

Потом спилили дуб.

Так что, если бы я встал на пень, руки Лесного царя-отшельника дошли бы до поясницы.

Наконец я взял «Дружбу».

Жанго?

Он боялся — и сказал: «Все же ты должен отрезать»...

Руки у меня начали дрожать.

Во мне боролись разные чувства и желания.

Боялся!

Любил его!

Ненавидел!

Братом был он мне!

И врагом!

«Убей! Убей!» — кричал мне Жанго.

Наверное, я сошел бы с ума, если бы не приложил к его локтям пилу...

Потом?..

А потом не помню.

Ничего уже не понимал, не слышал.

Только был рад и ужасался!

Был рад и ужасался!

Когда я пришел в себя, Лесной царь стоял на ногах.

Жанго связал веревкой оторванные руки, повесил их ему на шею и развязал ноги.

Царь-отшельник каким-то чудом удержался на ногах и сделал шаг.

Прежде чем он ушел, я заметил, как дрожали пальцы его окровавленных рук...

После этого сероватые черви — мои подозрения — перешли в мщение...

И я знал, что не избавлюсь от этих червей, пока не покончу с Жанго.

Вчера, когда он вернулся домой, тихо пробрался в его дом и отрубил ему голову.

Таким образом — убийством этих двоих — я очистился духовно...

Да, я уверен, что, убив человека, можно очиститься духовно...

Этим вы меня не испугаете!

Я готов принять смерть!

Тамта-франтиха, иногда и кикимора

Да, была знакома с Лесоводом, и раньше всех...

Кого подразумеваю? Джибро, Жанго, Вахо, Марию, гадалку и всю деревню.

Я познакомилась с ним в то время, когда училась в университете. Тогда он отличался от всех: ходил с толстыми книгами под мышкой, хотя нельзя было сказать, что он был книжником — больше выделялся мужеством. После беседы с ним я на все стала смотреть иными глазами. Он помог мне обрести себя.

Я думаю, что не так-то легко найти себя.

Он даровал мне свободу!

А почему бы и нет?

Скажу еще и то, что Лесовод был моим первым мужчиной...

Нет.

Не могу назвать имя.

Таково было его желание.

Затем его поместили в психиатрическую больницу, так как посчитали очень странным, чудаком, и я не пошла к нему. Думала, что он сошел с ума-разума.

Прошу вас, не считайте меня бездушной, я с детства боялась сумасшедших.

Это старая история...

Рассказать вам?..

Когда я была совсем крохой, моя мать сошла с ума и хотела задушить меня, еле спасли соседи...

И вот, когда Лесовод попал в дом сумасшедших, я поехала к родственникам в Арчанду1 — так называется эта проклятая деревня. Учительница всегда бывает нужна. Вместе с тем хотела найти простодушного человека, чтобы выйти за него замуж. И я это сумела...

______________________________

1 Арчанда — в переводе с грузинского Невидимая — авт.

______________________________

 

Возможно, некоторые женщины считают неприемлемым иметь любовника, но мне нечего скрывать: у меня был, и не один!..

Но все же я не считала себя блудницей, потому что отдавалась каждому мужчине, как невинная девушка.

Я считаю естественными свои страсти, желаниями своими я руководствовалась всегда. В этом — моя свобода.

Никогда не заигрывала со второй Тамтой, которая жила во мне. Поэтому могу смотреть в глаза правде — в этом моя сила.

И мне наплевать, пусть называют за спиной кикиморой...

Я пришла в изумление, когда увидела здесь Лесовода.

Представьте себе: изучающий философию, от природы творчески мыслящий, свободный человек, и вдруг — лесничий в глухой деревне!..

В беседе со мной он доказал — именно так и должен был поступить. Он не мог остаться в психиатрической больнице, где не поняли его странную болезнь. Сказал, что, приехав сюда, излечился и хотел быть как можно дальше от людей. Хотел быть чистым.

А я думаю, что как ни отдаляться от людей, все равно не миновать порочности. Все равно — перед Всевышним Судьей человек предстанет замаранным в грязи и с душой, отягощённой своими и чужими грехами.

Отступник упрямо не хотел этому верить и, по всей вероятности, думал, что у него чистая душа.

Как-то раз напоила его и Джибро, затем пошла с ним в разрушенную церковь...

У-у-у...

Волчицей хочется выть!

У-у-у...

Как он меня любил...

Им — Джибро, Жанго и другим — я была нужна, чтобы пользоваться мной как женщиной. Он же ничего не требовал от меня и, как ни странно вам покажется, именно этим требовал всё.

И вот однажды, когда мы развлекались в церкви, Джибро заглянул туда с обрушенного потолка. Все увидел и ушел...

Мне было смешно...

Зашел бы, поднял бы скандал...

Я презираю человека, который может на такое смотреть сквозь пальцы.

Да уж!

Как хочу, могу им крутить.

Если захочу — заставлю ползать на коленях!..

После того как узнали о нашей любви, моей и Лесовода, Джибро и Жанго решили отомстить.

Вахо присоединился к ним, якобы по той причине, что имел зло на отступника. Не пускает, мол, за дровами. Но, я думаю, причина крылась в чем-то другом...

Джибро и Жанго ревновали меня, а этот садист Вахо — вдову Марию. Что скрывать, уже давно она стала его любовницей. В деревне поползли слухи, что вдова Мария общается с Лесоводом, и это взбесило Вахо.

Джибро и Жанго взяли веревки, проникли тайком в церковь, связали по ногам спящего Лешака...

Да, он был для них Леший, и гадалка твердила: «Был бы лес — будет и леший!»

За это время Вахо спилил большой дуб.

Туда повели отшельника, развели в стороны его руки, и не смогла я хорошо разглядеть, кто именно их отрезал.

Затем там же оставили его бездыханным, а сами удрали на машине Вахо.

О, как ненавидела их!

Я проклинала слабость женщины.

Рыдала.

Ногтями царапая землю, тащила потерявшего сознание Лесовода в старую церковь.

Нет, потом я не возвратилась.

Боялась.

Все узнали об этой истории...

Эх, из-за меня с ним, несчастным, случилось это горе.

В последнее время до боли чувствую, что я отвратительная, порочная женщина. Слишком сильно любила себя и погубила-таки Лесовода.

Во всем виновата я.

Сейчас перед вами открыла душу…

Наверное, вы меня презираете…

Не могу смотреться в зеркало!

Боюсь задохнуться от ядовитых испарений своих грехов. Но понимаю, что моя кончина будет именно такой...

..................................................................

 1    2    3

Статья титан гель реальные отзывы на товар-заказ.ру

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com