ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Инна МЕНЬ


ДИНКА

— Мама, мама... Смори, какой чудесный щенок!!! Мама, мамочка, ну, пожалуйста, давай купим, ма-а-а-ам... Посмотри, какие у него глазки! Он такой пушистый! Ой, мамочка! Он меня лизнул! Все! Хочу этого щенка! Хочу-хочу-хочу-у-у-у-у...

— Мужчина, скажите, а это кто — девочка или мальчик?

— Сучка... кобелек вот этот, покрупнее, — здоровенный мужчина в полосатой рубахе навыпуск, мятых брюках и кепке, каким-то невероятным образом держащейся на затылке и не падающей, взглядом указал женщине на второго щенка, мирно спящего в коробке, на которой висел листок криво написанной цифрой «10 000 руб.»...

— Заинька, давай возьмем мальчика, а? Смотри, какой он чудесный, толстенький... — женщина с надеждой взглянула на девочку лет десяти, которая с восторгом в глазах тискала серый мягкий комочек и тихо приговаривала:

— Так ты — девочка... А как тебя зовут? А я знаю... ты Динка... Диночка..., — девчонка сурово взглянула на маму и твердо произнесла:

— Мама! Я хочу Динку! Все! Ты мне обещала! Это мой день рождения!

Мать тяжело вздохнула, вытащила потертый кошелек и с тоской протянула мужчине деньги. Тот ухмыльнулся и хохотнул:

— Мамаша, не боись, это будет хороший сторож! Чтоб мне провалиться!

 

* * *

Так Динка обрела семью. Ей выделили место в коридоре двухкомнатной хрущобы, постелив старое детское одеяло, поставили две маленьких миски. Хозяин дома, Николай, высокий, грузный мужчина, приходил домой поздно, вечно уставший и сердитый. Иногда от него неприятно пахло спиртным, и тогда Динка старалась не попадаться ему на глаза. Она нутром чувствовала, что Николай её недолюбливает. Наталья, его жена, от которой вечно пахло лекарствами, потому что она работала в больнице, дома бывала тоже не каждый день. А Нюся, дочь Николая и Натальи, все свободное время проводила с Динкой, играла с ней, выводила на двор погулять и кормила. Нюся обожала Динку, и собака отвечала девочке тем же. Когда девочка делала уроки или смотрела телевизор, Динка сворачивалась клубком у её ног и блаженно дремала. Это было настоящим счастьем, которое длилось четыре года. За это время Дина превратилась в небольшую серую дворнягу со смешными висячими ушами и хвостом, завернутым в кольцо, веселую, жизнерадостную и искренне любящую весь огромный мир.

 

* * *

Последний день августа был теплым и солнечным. С утра в квартире появились хмурые люди, которые зачем-то стали собирать и выносить мебель и вещи... Динке было велено сидеть на месте. Она никак не могла понять, что же происходит, и от этого ей было очень тревожно. Даже Нюся не обращала на собаку внимания и взволнованно бегала по квартире, собирая какие-то свертки и мешаясь у хмурых мужчин под ногами. Динке очень хотелось пить, но она смирно лежала на своем коврике и судорожно облизывалась... Она понимала, что сейчас лучше не приставать к хозяйке.

Часам к четырем в квартире не осталось почти никаких вещей. В сердце Динки начал медленно вползать страх... Глазами, полными слез, она с надеждой смотрела на Нюсю... Наконец девочка подошла к ней, присела на корточки и погладила Динку по голове...

— Диночка, пойдем... Мы едем в новый дом... У нас теперь новый дом... Пойдем, моя хорошая...

Нюся улыбнулась и прицепила к ошейнику поводок. Динка усиленно замотала хвостом и радостно побежала за хозяйкой...

Так начался новый этап в жизни Динки.

 

* * *

Николаю повезло. Несколько лет напряженной работы и строжайшей экономии, наконец, принесли свои плоды, и он смог приобрести коттедж в элитном поселке. В глазах Динки дом был огромным, двухэтажным. Там царили другие запахи и звуки. И почему-то Динке было очень неуютно. Нюся перешла в другую школу, и свободного времени у неё почти не было. К тому же она стала заниматься верховой ездой. И даже гулять с Динкой у Нюси больше не было необходимости. Её выпускали на огромный и пустынный двор с ровно подстриженным газоном, и она уныло бродила по дорожкам и вдоль высокого, глухого забора. Она чувствовала себя потерянно и одиноко.

Николай все позже приходил домой и приносил с собой новые, незнакомые сладкие запахи, а иногда и вовсе не приходил. Наталья запиралась на кухне и тихо плакала, после чего из-под кухонной двери просачивался резкий запах лекарства...

Нюся все больше времени проводила в школе, потом бежала на верховую езду, встречалась с новыми подружками, приходила домой вечером и садилась за уроки. На Динку она почти перестала обращать внимание, а иногда собаке казалось, что при своих подружках Анюта (так теперь ее звали подружки) начинала стесняться Динки... Только сердобольная Наталья с тоскою в глазах кормила никому не нужную собаку и выпускала на улицу...

Так продолжалось до самого лета...

 

* * *

Стояли нехарактерные для начала июня жаркие дни. В один из таких дней Динка, как обычно, утром прибежала на кухню, чтобы получить свой завтрак, и увидела на полу кухни Наталью... та лежала, странно вывернув руку, с открытыми глазами. Динка почувствовала такую необъяснимую тоску и, сев рядом с Натальей и задрав морду вверх, издала холодящий душу звук, которого сама испугалась... Потом еще один, еще... и звуки слились в один долгий и тягучий стон...

— Чертова собака! Какого черта ты тут воешь, животное?! Убью! — прошипел сонный Николай с опухшим, помятым лицом, вбежав на кухню...

Увидев Наталью, он тихо охнул и медленно осел на пол... Динка, поджав хвост, заползла под стол... В её глазах стояли слезы...

Потом в доме появились незнакомые люди... много незнакомых людей... Тело Натальи перенесли в гостиную... Динка дождалась момента, когда, наконец, все вышли из комнаты и подошла к дивану. Рука Натальи свисала с дивана... Динка ткнулась носом в ладонь. Ладонь была холодной... Неизъяснимая тоска комом стояла в горле... А через несколько часов Наталью увезли... Навсегда...

Дальше были два страшных дня, люди приходили, уходили, Николай к вечеру напивался так, что засыпал прямо на полу... Нюси нигде не было... Дверь в дом все время оставалась открытой... Динка бродила по дому и саду голодная... Только два раза за все время какая-то женщина, которая поселилась в доме, пожалела Динку, налила ей воды и дала остатки щей...

На третий день с утра дом опустел... Николай появился только к вечеру, хмурый и трезвый... Постояв посреди опустевшей кухни, он тихо заплакал... Динка подошла к нему и лизнула его руку... И Николай, как будто очнувшись, изменился в лице и заорал:

— Пошла вон, чертова собака! Ненавижу тебя! Всех ненавижу!

Он схватил Динку за ошейник, дотащил её до калитки и со всей злостью пнул ногой. Динка взвизгнула и кубарем покатилась по земле, совершенно не понимая, за что Николай её так больно ударил.

— Убирайся! Чтоб я тебя больше не видел! — выдохнул Николай. Калитка громко захлопнулась, и Динка осталась на улице одна.

Она долго стояла, опустив голову, и смотрела на калитку. Потом повернулась и побрела вдоль улицы. В лохматой голове пульсировал один вопрос: «За что?»

 

* * *

Ночь Динка провела за ящиками, грудой наваленными за местным продуктовым магазином. Ужасно хотелось есть, и поэтому сон был беспокойным. Ей снилась старая квартира, улыбающаяся Нюся и Наталья, которая ставила перед ней полную миску гречки с мясом. Еда была теплая и страшно вкусная. Динка глотала, не жуя, а Наталья, глядя на неё, говорила: «Ну куда ты торопишься, глупая... Никто не отнимает у тебя твою еду... ешь, милая... я еще добавлю...»

Динка проснулась оттого, что живот свела голодная судорога, а пасть наполнилась слюной... Она встала, отряхнулась от пыли, попила воды в небольшом прудике у магазина и понуро побрела прочь... По дороге ей попалась группа подростков на велосипедах, которые что-то оживленно обсуждали... Один из них грыз яблоко... Увидев Динку он присвистнул и, размахнувшись, запустил в неё огрызком... Динка поджала хвост и кубарем полетела по улице под громкий смех и свист мальчишек...

Ей показалось, что весь свет ополчился против неё...

 

* * *

Так началась бродячая жизнь Динки. Она прибилась к стае собак, которые приняли её достаточно равнодушно, без агрессии, но и без особенной радости. Собаки были самыми настоящими дворнягами, прожившими всю свою недолгую жизнь на улице. Вожаком был уже довольно старый пес по кличке Рыжий, непонятного окраса, бывшего видимо когда-то рыжего цвета, с рваным ухом, покрытый шрамами, полученными в боях с чужими собаками за свою территорию. Свои ему подчинялись беспрекословно. Молодых он периодически трепал за холку, но не больно, к остальным же относился довольно снисходительно... За три года уличных скитаний Динка научилась опасаться людей, находить еду на помойках, воровать у магазинов у зазевавшихся покупателей все, что торчало из переполненных сумок и авосек, делить добычу с товарищами по стае... Она заматерела и стала настоящей бродячей собакой, в которой проснулись её звериные инстинкты... Динка стала злой и если кто-то из людей протягивал к ней руку, она всегда предупредительно рычала, показывая свои крепкие зубы... Теперь она четко знала, что не всякий человек добр и в любой момент можно ожидать удар ногой, камнем или еще чем-нибудь... Она перестала доверять людям. Лишь иногда во сне она видела смутные образы Нюси и Натальи... Но каждый раз сон заканчивался одинаково — перекошенное лицо Николая, его крик «Ненавижу!» и пинок... И тогда она просыпалась от собственного визга, переходящего в грозное рычание...

 

* * *

Рыжий умирал... Он лежал, положив морду на лапы и с тоской смотрел на членов стаи, расположившихся вокруг него. Динка сидела рядом. Ей хотелось выть, но под взглядом Рыжего она не смела... К утру глаза Рыжего закрылись и он уже не шевелился... Динка задрала морду и издала протяжный горловой звук... Все члены стаи притихли и с испугом посмотрели на неё... Потом Динка повернулась и медленно побрела прочь... Остальные молча потянулись за ней. Так Динка негласно была избрана новым вожаком.

 

* * *

Однажды вечером Динка во главе стаи направлялась в сторону ближайшего магазина с целью раздобыть завтрак. Вдруг её нос почуял тревожный посторонний запах... Она остановилась и втянула ноздрями воздух... В конце улицы она увидела четырех крупных собак. Это были чужаки. Они бежали рысцой молча, а выражение их морд не сулило ничего хорошего. Шерсть на загривке Динки поднялась дыбом, она присела на лапах и ощерилась. Члены стаи тихо выстроились сзади и приняли боевую позицию. Намечался бой. Бой за территорию. И преимущество было явно не на стороне Динки, так как чужаки были моложе и намного крупнее, чем все члены Динкиной стаи. Динка приготовилась к бою. Она прекрасно понимала, что стоит ей хоть на секунду спасовать, её стая лишится собственного жизненного пространства...

Самый крупный черный кобель с тупым выражением морды, совершенно не собираясь делать скидку на принадлежность Динки к женскому полу, подбежал и вцепился мертвой хваткой Динке в холку. Она даже не успела понять, в чем дело... Чужак был в два раза крупнее, чем она, и Динка ничего не могла сделать... Он сжимал челюсти все сильнее и трепал Динку из стороны в сторону, как плюшевую игрушку... Она слышала, как вокруг визжат её соплеменники, которых нещадно драли чужаки... Динка чувствовала, как слабеет...

Вдруг проехавшая по дороге машина резко затормозила... Дверь распахнулась, и оттуда выскочила с визгом молодая девушка...

Она бежала прямо к дерущейся куче разномастных собак, спотыкалась, падала в грязь, вставала и снова бежала... Динка уже не могла сопротивляться и безвольно болталась в зубах черного кобеля...

— Динка-а-а-а-а!!! Диночка-а-а-а-а-а!!! — кричала девушка... Голос показался Динке знакомым... «Нюся?» — мелькнуло у неё в голове... С откуда-то взявшейся силой она извернулась и схватила Черного за лапу. Тот от неожиданности разжал челюсти, Динка плюхнулась на землю, тут же вскочила и, резко развернувшись, со всей своей злостью вцепилась Черному в нос... Тот дико завизжал...

По дороге за девушкой бежали какие-то люди... Они кричали, размахивали руками... Собаки бросились врассыпную. Только Динка осталась лежать на земле, совершенно обессиленная...

Девушка, подбежав, упала на колени и обняла Динку. Динка почувствовала, как её ноздрей коснулся самый прекрасный запах в мире... Это был запах Нюси.

— Динка, Динка! Где же ты была? Я тебя везде искала... Я думала, что ты погибла... Диночка, милая моя! — всхлипывала девушка, обнимая грязную, всю в крови, Динку. Динка подняла морду и лизнула девушку в мокрую щеку...

Колыбельная, рассказанная ночьюВетер, пахнущий дождем и черникой (в соавторстве с Н.Балуевой) — Мой блюз. Не тот случай. БлинчикиДень Стрельца. Уикенд по-русскиСвинская охота. Летайте самолетами — Динка — Вот такая ко'за. Колбаски по-питерски

Об авторе. Стихи — Проза — Рисунки

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com