Игорь АЛЕКСЕЕВ, Андрей АНПИЛОВ, Михаил АНЧАРОВ, Николай АСЕЕВ, Анна АХМАТОВА, Александр БЛОК, Андрей ВОЗНЕСЕНСКИЙ, Иоганн Вольфганг ГЕТЕ, Ирина ГОЛЬЦОВА, Александр ГРОМОВ, Николай ГУМИЛЕВ, Григорий ДАНСКОЙ, Григорий ДИКШТЕЙН, Никита ДОРОФЕЕВ, Александр ЖИТИНСКИЙ, Геннадий ИВАНОВ, Виталий КАЛАШНИКОВ, Дмитрий КИММЕЛЬФЕЛЬД, Наум КОРЖАВИН, Г.КОРСО, Юрий КУБЛАНОВСКИЙ, Алина КУДРЯШЕВА, Наталья КУЗНЕЦОВА, Александр КУШНЕР, Владимир ЛАНЦБЕРГ, Виктор ЛУФЕРОВ, М.МАХОВА, М.МУР, Ольга НЕЧАЕВА, Денис НОВИКОВ, Наталия ОЛЕНЕВА, Борис ПАСТЕРНАК, Сергей ПОРОШИН, Николай РУБЦОВ, Борис РЫЖИЙ, Давид САМОЙЛОВ, О.СЕДАКОВА, В.СОКОЛОВ, Ника ТУРБИНА, Юрий УСТИНОВ, Павел ФАХРТДИНОВ, Афанасий ФЕТ, Андрей ЧЕРНОВ, Ольга ЧИКИНА, Г.ШПАЛИКОВ, Ария ЭЛКСНЕ, Неждана ЮРЬЕВА, Р.ЭДСОН, Антон ЯРЖОМБЕК.
* * *
Здравствуй, Москва!
Я люблю тебя очень, но
что-то неладное вновь творится со мной —
Пушкина жалко. Он не любит кино
и потому повернулся к кину спиной.
Здравствуй, Москва!
Все хитро в тебе и мудро.
Жители, скорости — город. Да черт бы с ним!
Пушкин, ты знаешь, совсем не ездит в метро
и потому всегда немного над ним.
Слушай, Москва,
я никак не пойму одного:
вечно зелёный, на кой он в плену твоем?
Пушкин давно не слушает никого,
просто тихонько думает о своем.
Небо над нами то глуше, то голубей,
стрелки стирают лето в пыль-порошок.
Пушкин молчит в компании голубей
и ничего не видит. И хорошо.
* * *
Засушенную бабочку письма
в почтовый ящик брошу, убегая.
«Вновь отрывная сыплется зима.
Истает? Пусть. За ней придет другая.
Который час, который нынче век?
Жизнь проскрипела мимо, не задела...»
Стоишь. Читаешь. Бесконечный снег
тебя скрывает. Но не в этом дело.
* * *
В. Набокову
Длинная тень асфальта
небрежно брошена меж домов.
Там, где ты жил когда-то,
моря почти не слышно.
Вспомни: весна, Фиальта,
прилежна тихая песнь холмов —
звуков замысловатых
не разберет Всевышний.
Вспомни — молитвы ради —
большое облако над тобой,
страшную ясность неба,
странную твердость шага,
и урони, не глядя,
чужое слово в чужой прибой.
Там, где ты раньше не был —
тишь. Пустота. Бумага.
* * *
П.
Завари мне боярышник. Видишь, крадется листва,
прижимаются клены щеками багряными к почве,
обнимаются голые ветви в своем одиночье
и далёко, и тихо грустит на Нерли Покрова.
Мне не надо ни плыть, ни лететь, чтоб увидеть ее,
чтоб услышать молчание времени в сомкнутых веках.
Кто-то сверху глядит, как становишься ты человеком,
