ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Владимир КУЗИН


ФРЭДДИ КРЮГЕР

Окончание. Начало здесь

...................................................

Вокруг разбитой «Тойоты» по-прежнему никого не было.

«Какой дурак по таким ухабам поедет...»

Он быстро обошёл машину, посмотрел на тела мужчины и женщины:

«Здесь глухо...»

Подошёл к девочке.

«Надо убедиться, что она не дышит...»

Игорь присмотрелся. И хотя девочка не шевелилась, стопроцентной уверенности в том, была она жива или уже нет, у него не было...

«Нужно узнать, есть ли у неё пульс...»

Дрожащими пальцами Игорь прикоснулся к её запястью.

«Тёплая...» — мелькнуло у него в голове. Он даже не понял, к чему была эта мысль.

Нет, видимо, от волнения он не мог сообразить, есть пульс у девчонки или нет. Попробовал проверить ещё раз.

«Не дышит...»

Однако сомнение осталось...

Посмотрел девочке в лицо. Её лоб почти целиком был в воде, а рот и ноздри над ручьём. Затылок был на плаву и не касался дна.

«Вот если бы всё её лицо было под водой, никаких бы проблем. А так ещё неизвестно...»

Игорь посмотрел на журчащий в канаве ручей.

«Хоть бы волна побольше... Всего на два-три сантиметра...»

Выпрямился и оглянулся. Никого.

Опять всмотрелся в лицо незнакомки.

«Красивая. Поди-ка ходила нос кверху... Тьфу, — он сплюнул. — Не о том думаю...»

Игорь опустился на колени и слегка подогнал ладонью волну. Голова девочки колыхнулась, однако лицо осталось над водой... Он подогнал ещё раз, другой — эффект был тот же...

Тогда Игорь встал и посмотрел по сторонам. Увидел валявшуюся на траве сухую ветку сосны. Подошёл, взял её и вернулся на место. После чего осторожно приставил кончик ветки ко лбу девочки, зажмурился и надавил... Раздался хруст: ветка сломалась; а Игорь, потеряв равновесие, едва не свалился в ручей.

Он тяжело задышал. Снова коснулся концом ветки лица девочки, надавил...

И вдруг его будто током ударило:

«Так ведь если она жива, то я её... убиваю?..»

От этой мысли его бросило в жар. Трясущейся рукой он вытер со лба пот.

«Ерунда, — внутри его будто раздался чей-то голос, — даже если в ней ещё теплится жизнь, через какое-то время она прекратится и без твоего участия. Так что ты всего-навсего приближаешь неизбежный финал...»

Игорь крепче сжал в руках ветку.

«А что если её ещё можно спасти? — словно кто-то в нём возразил. — Она могла бы видеть солнышко, слышать пение птиц, ощущать запах цветов... Могла бы осчастливить какого-нибудь парня, родить красивых детей...»

«Чушь, — напирал первый. — Даже если она выживет, то навсегда останется прикованной к инвалидной коляске, ведь у неё сломан позвоночник. Из-под неё будут выносит судно, её станут кормить с ложечки. У неё никогда не будет ни мужа, ни детей. Она всем станет в тягость. И будет проклинать жизнь...»

«А если этими деньгами оплатить её лечение, нанять лучших врачей, затем сиделок и нянь... А после жениться на ней, скрасить её и своё одиночество. Ухаживать за ней, рассказывать ей о дальних странах...»

«Ещё и песенки попеть... На здоровье. Только в таком случае навсегда распрощайся не только с возможностью вернуть себе нормальное человеческое обличье, но и с бизнесом. Без которого ты не выведешь в люди ни себя, ни свою сестру. Родную, кровную. В отличие от этой. Из-за которой, если она выживет, тебя ещё и осудят за похищение денег. Хм, представляю, как на зоне ты станешь развлекать своей специфической физиономией каких-нибудь урок...»

«Может, оставить сумку с деньгами и уйти?» — не сдавался второй.

«Ну, не идиот ли? — уже злился первый. — Баксы присвоит себе любой проезжающий мимо. А поскольку ты перед ней «засветился», то «фирмачи», эти «крутые» ребята, из тебя душу вытрясут...»

Отвернувшись, Игорь надавил ещё сильнее...

«Главное, ноздри и рот...», — подумал он.

Почувствовал, как бешено колотится его сердце.

Через несколько секунд взглянул девочке в лицо: оно погрузилось в воду... Ветка опять захрустела, и Игорь отбросил её в сторону. Голова девочки вынырнула из воды.

Некоторое время он тупо на неё смотрел...

«Всё...»

Повернулся и хотел было уйти.

«А кто его знает... Вдруг в реанимации вытащат?..»

Закрыл ладонями лицо:

«Сколько же так мучиться?..»

Игорь сошёл в канаву, присел и, пододвинув тело девочки ближе к середине ручья, погрузил её голову целиком в воду. Взял валявшийся рядом увесистый булыжник и положил его девочке на лоб... Затем встал и вытер свои руки о носовой платок.

Глянул девочке в лицо: сквозь муть ручья были видны её открытые глаза и будто удивлённый взгляд...

Игорь постоял минуты три у ручья, наблюдая, не свалится ли с головы девочки камень... после выбрался из канавы и скрылся в чаще деревьев...

 

Он шёл по июньскому лесу и пытался понять, что же за новое, доселе неведомое чувство было в нём в эту минуту. Да, его руки по-прежнему дрожали, немного стучали зубы; но вместе с тем он ощутил, как внутри его поднимается нечто великое. То, что позволит ему, Игорю, идти по жизни совсем не так, как прежде. Более настойчиво, более решительно. Позволит стать уверенным в себе, твёрдым, непреклонным; даст возможность не спасовать перед любыми препятствиями. Игорь вдруг понял, что всё в жизни зависит от самого человека; что именно он является хозяином своей судьбы, а в иных случаях — и судеб других людей. Главное — проявить силу воли и твёрдость характера. И вот сейчас он смог преодолеть свою трусость, сломать в себе того самого «хлюпика», каким был раньше. Он за несколько минут приобрёл то, чего многие добиваются от себя годами, и чаще всего — безуспешно. Он понял, что теперь в нём есть нечто такое, чего нет у других. А следовательно, и предназначение его должно быть не такое, как у прочих. И те его приятели, которым он завидовал, — по сути, только за их внешние данные; и те девчонки, даже от случайного взгляда которых у него дрожали коленки, — все они отныне не годились ему и в подмётки. Только они об этом и не подозревали, а он теперь это знал точно.

«Время... только время... — стучало у Игоря в висках, — и я ещё перед ними объявлюсь... А ведь так просто... Наверное, «крутые» всех мастей начинали с подобного...»

Он снял одну кроссовку, затем другую и вылил из них воду. Потом обулся и хотел было продолжить путь.

«А может, всё дело как раз в том, — внезапно подумалось ему, — что люди просто боятся... Друг друга, ментов, так называемое общественное мнение...»

Он медленно побрёл дальше.

«Да, скорее всего, человека сдерживает только страх. Возможность наказания или насмешек. Но стоит отменить милицию и суды, перестать обнародовать поступки и вообще стыдить людей — такое начнётся! Даже любопытно было бы посмотреть...»

Он принялся грызть ногти на пальцах руки.

«Ведь окажись человек, допустим, на необитаемом острове — так хоть голым ходи, хоть вытворяй такое, что... и это не будет считаться постыдным. Поскольку теперь его никто не видит, вокруг никого нет. И как это здорово! Ведь тогда можно жить на полную катушку, в своё удовольствие, всласть!»

Внезапно Игорь остановился.

«А ведь там тоже никого нет... И, вероятно, ещё долго не будет...»

Почувствовал, как у него сладко заныло в груди.

«Это слишком...» — он попытался взять себя в руки.

Прошёл немного вперёд... и снова остановился.

«Раньше я об этом не мог даже мечтать, — пронеслось у него в голове. — А сейчас это реально. Причём, сразу! Ни тебе цветов, ни мороженых. И главное — без всякого отказа. Мне, уроду...»

Игорь ощутил в себе жгучую и непреодолимую страсть.

Перед его глазами на траве лежала девочка в белом платье с раскинутыми в стороны ногами...

Он повернулся и направился к месту аварии...

 

Около «Тойоты» и на этот раз никого не было...

Игорь спрыгнул в канаву и подошёл к лежавшей в ручье девочке. Её голова, придавленная камнем, была под водой, а вся остальная часть тела снаружи.

Он посмотрел вправо и влево... Затем присел... запустил свои трясущиеся руки под платьице девочки... медленно стянул с неё трусики... и откинул платье.

У Игоря перехватило дыхание... он быстро взялся за ремень своих брюк...

...Когда всё было кончено, он, тяжело дыша, встал и посмотрел по сторонам. Затем глянул девочке в лицо, которое уже стало покрываться песком... и вдруг почувствовал к ней неистовую злобу. Взял всё ту же ветку сосны и принялся тыкать её концом девочке в левый глаз. Раз, другой, третий... Всё настойчивей и даже с каким-то остервенением... Наконец, увидев, что у той из глазницы потекла кровь, бросил ветку в чащу деревьев.

— Уродина, — вслух сказал он.

Ещё раз осмотрелся, перепрыгнул канаву и вошёл в лес...

 

Игорь шёл сквозь чащу деревьев задумчиво, поминутно ухмыляясь и качая головой. Он силился понять, как всё случившееся с ним за последние сорок минут уместилось в такой короткий промежуток времени...

Вокруг внезапно потемнело. Резко подул ветер, ударила гроза.

Игорь поднял голову. Берёзы и сосны закачались, зашелестели листьями. И вдруг Игорю показалось, что они изо всех сил пытаются дотянуться до него и расцарапать ему лицо. И, постепенно ускоряя шаг и оглядываясь, он направился к своему дому...

 

В сарай Игорь почти вбежал.

Уже вовсю гремела гроза и хлестал ливень. Игорь промок до нитки.

Схватив лопату, он бросился в угол, отодрал одну из досок пола... и начал копать в земле на этом месте яму.

Сердце его лихорадочно стучало.

«Только что ничего не боялся. Откуда этот страх?..»

Вскоре, отложив лопату в сторону, он переложил деньги из сумки в непромокаемый пакет, туго завязал его верёвкой и опустил на дно выкопанной им ямки. Затем взял в руки лопату и принялся засыпать яму землёй.

Зубы его стучали.

«Да что со мной?.. Боюсь ментов? Дождик все следы смоет... Нет, тут что-то другое...»

Внезапно он выпрямился и прислушался.

«Крадётся кто-то?.. Или показалось?..»

Он вытер со лба пот... Но едва нагнулся, чтобы докончить дело, резко обернулся:

— Кто здесь?..

Дверь сарая заскрипела и открылась. И при вспышке молнии в проёме двери показалась девочка в белом платье.

Игорь, как ошпаренный, отскочил в сторону.

Вся мокрая, с растрёпанными волосами, она начала приближаться к нему.

— Что тебе нужно?! — Он дико закричал. — Зачем ты шла за мной?! Иди в свою канаву! Слышишь?! — кричал он как безумный. — Ты вычеркнута из жизни, а я ещё не начинал жить!..

Но девочка шла прямо на него; и Игорь увидел, как из её левой окровавленной глазницы, шипя и извиваясь, выползает клыкастая змея.

Тогда он замахнулся на неё лопатой:

— Ну, подходи... давай!..

— Игорёк... — тихо произнесла девочка.

Игорь стоял тяжело дыша... Наконец опустил лопату:

— Надя... Прости... Я... просто от неожиданности... тут темно...

— Что случилось? — сестра подошла к брату и посмотрела ему в глаза. — Ты мог меня убить...

— Убить?... — Он дико на неё взглянул. И вдруг его будто прострелило:

«А что если кто-нибудь Надю так же, как я ту, в канаве?..»

И задрожал, как осиновый лист... Затем всхлипнул... и внезапно зарыдал. Из его рта потекла слюна.

Руками, стянутыми красной пузырчатой кожей, Надя прижала его голову к своей груди:

— Успокойся, милый, родной... — её голос задрожал. — Всё у тебя будет хорошо... Ты выучишься, устроишься на работу... Даст Бог, встретишь хорошую, добрую девушку и у вас будет семья... Мы с тобой станем ходить друг другу в гости и вспоминать, как в детстве гонялись друг за дружкой по нашим лугам, среди голубых васильков. А с нами Жучка. Тявкала от радости. А вокруг порхали бабочки, стрекотали кузнечики ... Хорошо было, правда?

— Хорошо... — он продолжал рыдать.

— Успокойся... всё у тебя наладится... всё образуется... вот увидишь...

Она гладила его по макушке... а он прижался к ней, как к родной мамке, и мечтал сейчас только об одном — чтобы мгновение это длилось бесконечно...

Собака, на которой не таяли снежинкиНезваный гостьДаунТопор — Фрэдди Крюгер

Рассказы и статьи на II сайте

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com