Кристина СЕРЫХ

Мы с Кристиной (она из Новосибирска) познакомились на форуме Интерлита и с тех пор продолжаем переписываться. Осенью минувшего года мы встретились на фестивале женской поэзии «Бабье лето» в г.Новый Оскол, там Кристина получила премию «Надежда» за свои удивительно пронзительные стихи, а затем посетила славный город-курорт Пятигорск и города Кавминвод.

Имхо, Кристина Серых — нестандартно мыслящий, неординарный автор».

Светлана Борщенко (Кириешка),

26.06.07

* * *

На подводной лодке было 44 матроса

И один недоучившийся капитан,

Он только нервно курил и хмурился

И писал в бортовом журнале письма неверной жене,

Так под тяжестью безответных строчек

Подводная лодка потонула...

И что ты хочешь от меня? Я в свободном плаванье.

Я иду под парусом — один в свободном плаванье,

У меня нет капитана и матросов,

Нет узких, подсвеченных бледной лампой коридоров,

В которых все ходят по одному, глядя в затылок друг другу

И не видят лиц.

На подводной лодке было 44 вопроса

И один не выспавшийся экзаменатор,

Его не устраивал ни один из ответов,

Потому что его просто ничего не устраивало.

Так под тяжестью не принятых мыслей

Подводная лодка потонула...

И что ты хочешь от меня? Я в свободном плаванье.

Я иду под парусом — один в свободном плаванье,

У меня нет экзаменатора и вопросов,

Нет глухих, безнадежно сдавленных водою стен,

В которых все боятся и следят за давлением,

И прижимаются друг к другу так крепко,

что потрескивают ребра...

На подводной лодке было 44 матроса

И один не выспавшийся капитан,

И он задавал матросам 44 неразрешимых вопроса,

И пока матросы решали неразрешимое,

Подводная лодка потонула...

Так что ты хочешь от меня? Я в свободном плаванье!

Я иду под парусом — один в свободном плаванье...

Пока меня нет на подводной лодке,

Но я точно знаю, что там не надо задавать вопросов,

Не надо сдавливать ребра друг другу и нервно курить,

А надо следить за лодкой и за водой и уверенно плыть.

Потому что если она потонет вместе со мной и с тобой,

Я буду безутешно расстроен...

* * *

На великой печали не приготовишь хрустящих гренок,

Они мигом подскочат и убегут, не смотри, что безноги,

Поджимая безруко свои подгоревшие попы,

Всему хлебу расскажут о кухне с великой печалью.

На глубокой печали не разжигается теплое пламя,

Только спички сгорают одна за одной одиноко.

Рассыпаются. В форточку черной трухой улетают.

Всему миру расскажут о доме с глубокой печалью.

От безумной печали не примешь старинного друга,

На пороге оставишь и даже в глаза не посмотришь, —

Он посмотрит, увидит и молча уйдет восвояси.

Только Богу расскажет про душу с безумной печалью.

От смертельной печали начнешь забывать свое имя,

И, устав, от ее беспокойной навязчивой речи,

Упадешь прямо на пол. Уснешь... И тихонько во мраке

Бог укроет тебя одеялом, что Ему остается...

* * *

(слушая Рильке)

Девушка поет о том, что за окном моей кофейни идет дождь,

Мартовский дождь — такой же несвоевременный, как и обстоятельства моей жизни.

Девушка поет слова, перевода которых я не знаю,

Но она поет о дожде, который несвоевременно пришел в мой холодный город.

Мне сегодня не спится, пусть я и хочу спать,

Моё тело просит мягкой удобной поверхности, а я его не слушаю.

Я хочу слушать песню девушки о несвоевременном дожде в моем холодном городе,

В вечернем городе с подвешенными под его потолком персиками,

От которых идет согревающий, манящий в сказочность свет.

Когда закончится эта весенняя зима и девушка закончит свою песню,

Я уйду отсюда, и никто не станет меня искать,

Потому что никто не знает, кого нужно искать,

Потому что никто не узнает, что кто-то ушел...

* * *

Нам с тобой остались только слезы

После выпитой войны.

После нового сраженья

Снова горечь пораженья,

Снова соль опустошенья

Разъедает роговицы;

Снова зажевали спицы

Темнокрылой колесницы

Пару крыльев на дороге...

Нам с тобой

Остались только ноги

После раненной спины...

После двух шагов опоры

Сорок метров мягкой глины,

После двух шагов — обрывы,

После двух колец — разрывы

Неразрывного сцепленья...

Снова боли заживленья

Глаз, простреленных словами...

Мы остались

Только с животами

После сломанной стопы...

После горечи и боли,

После грязи подземелий,

После схваток и ранений,

После сонной песни смерти

Будет новое рожденье, —

Выстилая путь спасенью,

Пропоет победу верба!..

Нам останется с тобою только небо

После вскопанной земли...

* * *

А было так легко и весело,

Когда качалася стена,

Кружились книги с занавесками

И свет смеялся у окна...

Магнитофон давил мелодии

Из ржавых банок молотком,

Резинки, ручки хороводили,

Шептались люстра с потолком...

Натянуты дверными ручками

Звенели струны невпопад,

И небольшими рядом кучками

Ножи и вилки с ними в лад...

Плясали в воздухе прохожие.

Улыбка шла из глубины...

И плыли, плыли в небо лоджии —

Дома рвалися от земли...

Давно не танцевали вешалки,

И песни только пленку трут,

В словах все буквы перемешаны,

А люди все идут, идут...

Сквозит большая где-то трещина;

Влетает ветер через ту,

И все, что есть, святого, грешного, —

С собой.... Оставив пустоту...

Моё грязное пальто (в стиле блюз).

А я живу, как тараканы живут —

В пыли, в грязи, в тени, под обоями...

Да, я живу как тараканы,

И не выхожу на свет

Так же как они,

Хотя у меня нет

Такой гадкой спины,

Но у меня есть грязной пальто....

Свет увидит мое грязное пальто,

Свет увидит моё грязное пальто,

Свет увидит моё грязное пальто,

Так что я сижу под обоями...

А я живу, как тараканы живут —

В пыли, в грязи, в тени, под обоями...

Да, я живу как тараканы

И питаюсь гнилыми помоями,

И мне не увидеть света,

Потому что он все обнажит:

Какое у меня грязное пальто...

Свет увидит моё грязное пальто,

Свет увидит моё грязное пальто,

Свет увидит моё грязное пальто,

Так что я сижу под обоями...

А я живу, как тараканы живут —

В пыли, в грязи, в тени, под обоями...

Да, я живу как та — ра — ка — ны!..

Ах, как надоели мне эти слоги!

Но у меня есть руки и ноги,

И у меня есть голова и сердце...

Только в кармане нет ни гроша...

Так плевать на все, мне бы только найти

Ту химчистку, которой не надо платить,

Чтобы почистить мое грязное пальто,

Чтобы почистить мое грязное пальто.

Эй! Где почистить мне мое пальто?!!

Я хочу увидеть свет...

* * *

По бездорожью, да на лысой резине

Пустились мы в пляс на помятой машине...

Эх, да принимай детушек, Россия,

Эх, да раздавай им кресты...

Давите на газ! Да уже надавили, —

Зарылся наш гроб пятидверный в грязине...

Эх, да принимай детушек, Россия,

Эх, да раздавай им кресты...

Будем ли жить, или мы уж пожили —

Ответ прозвучал, — да слова заглушили...

Эх, да принимай детушек, Россия,

Эх, да раздавай им кресты...

Что ещё спеть, когда все перепили,

Забыв, что хотели, искали, любили...

Эх, да принимай детушек, Россия,

Эх, да возводи им кресты...