ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Сергей СУМИН


ДВЕДЕВОЧКИ И ПАРАСЕНОК

(о книге стихов и миниатюр Ю.Тубольцева)

 

Все роды литературы хороши, кроме одного, скучного, — сказал Вольтер. Если вы согласны с этим утверждением, то книга современного писателя Юрия Тубольцева «Поэтика развернутого абсурда», вам, пожалуй, понравится. В этой небольшой по объему книжке есть все, чтобы не бросить чтение на середине: словесные кульбиты, прыжки в нелепость, подмигивания читателю, гомерический хохот, маскарадное шествие философий, несуществующие животные, жонглирование словами и образами. На страницах «Поэтики» царит не серьезность, а легкость, не рассуждения о высоких материях, а абсурдистская игра, не скучная наука, а театральная клоунада. Все это, однако, не без примеси скрытой горечи, горечи от нелепостей и тупиков человеческой мысли.

Миниатюры и стихи «Поэтики развернутого абсурда» читаются легко, буквально за один присест. В этой книге около трехсот коротких занимательных историй, диалогов и стихотворений. Все вместе они создают ощущение захватывающего театрального действа, только у Тубольцева каждое слово играет не ту роль, которую играло раньше, а ту, которую поручил ему режиссер-автор.

 

Конечно, Юрий Тубольцев — постмодернист. Что это значит? Это значит, что он перемешивает, «миксует», сталкивает в пределах одной книги разные литературные, культурологические и философские модели, играет стилями и манерами письма. Если посмотреть на жанровую природу миниатюр книги, то в ней легко можно обнаружить: притчу, сказку, верлибр, рассказ, дзенский коан, танка, хокку, смс-сообщение, анекдот, афоризм, сценку, диалог, стихотворение и т.д. Автор миниатюр, будто опытный птицелов, расставляет силки и ловушки для птиц нашего внимания, и читатель частенько ловит себя на том, что попался.

Постмодерн как мировоззрение уравнивает противоположности: верх и низ, факты и мифы, серьезное и ироничное, элитарное и массовое. У лучших постмодернистов 60-х — 90-х годов двадцатого века мы можем обнаружить черты новой мифологии, дегуманистичной по сути, ставящей человека на одну ступеньку вниз. Постмодерн разоблачает, мифологизирует, меняет систему координат. В романе английского писателя Джулиана Барнса «История мира в 10,5 главах» историю библейского Ноя и его ковчега рассказывает личинка жука-древоточца, у француза Мишеля Турнье о злоключениях Робинзона Крузо ярко и убедительно рассказывает туземец Пятница, а в книге русского писателя Виктора Пелевина «Чапаев и Пустота» красный командир оказывается просветленным учителем, буддийским ламой. Стоит отметить, что человек как вид в этих и других произведениях постмодернизма — отнюдь не венец творения. Он жесток, мелочен, болезнен, несправедлив и эгоистичен. Кстати, Тубольцев вполне может считаться продолжателем этой линии «дегуманизированного искусства». В его книге слово человек заменено следующими синонимами: хрюньга, людь, людисенок, хрюловек, хрюдь и т.д.

 

Итак, «Поэтика развернутого абсурда»! Попробуем разобраться. Почему — поэтика? Почему — развернутого? Почему — абсурда? Название книги, наверное, больше подошло бы к какому-нибудь основательному научному труду, чем к сборнику коротких занимательных историй, однако... Мне отчего-то кажется, что Тубольцев с сочувствием отнесся бы к знаменитой фразе Даниила Хармса: «Меня интересует только чушь!». Автор «Случаев» и «Елизаветы Бам» вполне мог бы считаться отцом того направления в нынешней литературе, которое делает ставку на словесную эквилибристику, динамичный сюжет и черный юмор. Современное постиндустриальное общество насквозь пропитано скрытым цинизмом, внутренней пустотой и жаждой развлечений, прикрывающихся рассуждениями о демократии и свободах личности. Юрий Тубольцев, к слову сказать, живущий в Германии, не теоретизирует, а художественно освещает эту ситуацию:

 

«Дведевочки.

Одна девочка посмотрела сразу в два зеркала

и поняла, что она две девочки...»

 

Что вижу я в данном тексте? В нем мне видится вовсе не остроумная шутка, а, скорее, скрытый кошмар. У персонажа этой миниатюры-предложения нет ничего подлинного, у него отсутствует сущность, ощущение собственной личности, индивидуальности. Представим себе, что героиня текста заглянет сразу в 5 или 10 зеркал. Сколько девочек отразят зеркала и что «поймет» эта девочка? Правильно, девочка «поймет», что ее 5 или 10. Это может означать лишь, что у персонажа нет никакой духовной опоры: такой человек смотрит ТВ — и становятся ТВ-человеком, погружается в мир виртуала — и он уже виртуален до кончиков пальцев, смеется над дешевыми комиксами — и уже не может остановиться.

У того же Даниила Хармса есть рассказ о рыжем человеке, у которого не было ни глаз, ни ушей, ни рук — ничего не было. Это уже не человек — одна лишь видимость, пятно пустоты. В каждом стихотворении и рассказике Хармса звучит эта горькая нота — Человека больше нет. Люди, которых мы видим на улице, утратили это гордое имя, у них нет больше никаких духовных ценностей, они утратили свое высшее измерение и шагнули в пустоту и мрак.

Духовные ценности — не миф. Люди, утрачивающие их, делают свою жизнь зависящей от незначительных вещей, сиюминутных желаний и прихотей. Такие люди несчастны по большому счету, хотя они всегда яростно отстаивают свою «свободу» и свое «мировоззрение».

Юрий Тубольцев в своих миниатюрах также констатирует пустотность, инфантильность и несамостоятельность человека техногенного общества. Несовпадение высоких смыслов и реального существования слишком очевидно, люди не понимают, зачем и для чего они совершают те или иные поступки:

 

«Куда уходят смс?

А может, важен сам процесс!?»

 

Вообще, основным свойством произведений автора является несерьезность, игра, ирония. Что это может означать? Если серьезность стремится установить точные соответствия между явлениями и предметами, то несерьезность, юмор могут свободно развивать любую мысль, пока она не превратится в собственную противоположность. Юмор, таким образом, ведет к переосмыслению жизни, ее пониманию. Конечно, при регулярных путешествиях в нелепость существует возможность вовсе заблудиться в ее дебрях, однако есть и возможность понять нечто важное. Юрий Тубольцев в своих коротких странных историях как раз и занимается этой работой осмысления происходящего с нами, современными людьми:

 

«Гороха.net

— как жаль, что в Интернете нет гороха.

— а почему?

— принцесс от лжепринцесс не отличить...»

 

Теперь стоит сказать несколько слов о писательских методах работы Юрия Тубольцева. Главное, наверное, достоинство его миниатюр в том, что они быстро заканчиваются. Два-три предложения, максимум — абзац, и вы уже переворачиваете страницу. Тубольцев прекрасно помнит основное свойство сознания современного горожанина — разбросанность, фрагментарность, «клиповость», принципиальное нежелание, да и неумение на чем-либо сосредоточиться надолго. Минута, другая, и нужно переключить телевизионный канал, две-три минуты — и новый сюжет, новая встреча, полчаса — и книжка пролистана (лучше, если это будет книга комиксов). Хорошо ли это, плохо (скорее — второе), но это тенденция, и с ней нужно считаться. В Японии недавно вышла смс-версия романа Льва Толстого «Анна Каренина» — в 30-ти сообщениях. На Западе давно уже никто не пишет романы объемом более 200-250 страниц. Издатели убеждены, что современный читатель не купит и не станет читать произведение в 300, 400 или 500 страниц. Современному писателю приходится приспосабливаться к этой ситуации и писать лаконично, емко и стильно. В книге Юрия Тубольцева этот вопрос решен даже более радикально — самое длинное его произведение состоит из 10-15 предложений.

Стоит признать, у Тубольцева-писателя богатая и живая фантазия — почти у каждой миниатюры есть необычный заголовок: «Ледбовь», «Разговор двух часов», «Неодарвинисты», «Солнценосное», «Резонанс строк» и т.д. Заголовки эти ненавязчиво подталкивают к прочтению миниатюр, а иногда и несут дополнительную смысловую нагрузку. Автор «Поэтики развернутого абсурда» частенько использует молодежный сленг (аська, реал, френдить), создает неологизмы (кощенок, щеконок, солнцефальд, парасенок и двусенок), смешивает слова нескольких языков ( листtalk, wwwновь, гороха.net), обыгрывает фразеологизмы, религии и мифы народов мира (мастер дзынь, разбуддизм, зоостестизм, буратино-водолаз), работает с ритмикой строки и звукоподражанием (ыкзестензиализм, междуносие, хрюловеки) и т.д. Писательские методы Тубольцева достаточно разнообразны, он старается не повторяться, снова и снова удивляя читателя.

Тем не менее, в этой книге можно найти не только развлечение, но и пищу для ума. В миниатюрах Тубольцева с завидным постоянством повторяются слова: абсурд, глупость, нелепость, вздорность, мимолетность. Автор не просто фиксирует отсутствие смысла, но и надеется, что мы сами сможем найти выход из этого лабиринта. Ему совсем не интересно подсказывать выход, а иногда, возможно, он и сам теряет ориентир и задумывается — а куда же, собственно, идти дальше? Вот это свойство письма автора и делает его ближе и понятнее нам, ведь автор не учит и не читает мораль, а вместе с нами пытается разобраться в «основных вопросах философии». Делает он это легко, весело и нестандартно, поэтому книгу «Поэтика развернутого абсурда» я могу посоветовать всем, кто любит жизнь больше ее смысла, стремится жить достойно и быть счастливым в любом, даже самом нелепом и непонятном мире.

 

Октябрь 2008г.

 

Сумин Сергей Александрович (1973 г.р.) — поэт, журналист, критик. Автор нескольких книг прозы. Персональный сайт: http://sumin.moy.su/

Живет в Тольятти.

Владимир Штайгман. «Загляни в меня, зеркало!». Рецензия на книгу Юрия Тубольцева
«Поэтика развернутого абсурда. Герой свинашего времени»

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com