ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Борис КОЧЕРГА


Об авторе. Поэзия, избранное

СИММЕТРИЯ СУДЬБЫ
Окончание. Начало здесь

 

АЛЬТЕР ЭГО

 

Второе «Я»

 

Он рано вставал и один уходил.

Работал. Пил водку. Валился без сил.

Его узнавала одна только мать —

пыталась вернуть его и удержать.

 

Но он уже всё в своей жизни забыл —

как будто бы прОжил, как Мафусаил.

Я думал, что он — это, в сущности, я.

Мы встретились. Но... он не вспомнил меня.

 

 

Библиотекарь

 

Не умножай, умоляю тебя! —

слов нечитаемых. Сколько их тонн

ты перенёс на руках, как дитя?

Рой котлованы, ворочай бетон!

Делай простое, полезное дело:

книги расставь и протри стеллажи.

К вечеру — ломку уставшего тела

вынести легче ломки души.

25 ИЮЛЯ

 

* * *

Это правда... Хотя и не раз

он готовил нас к этой минуте —

я внимаю чужой пересказ,

совершенно нелепый по сути.

 

Он, конечно, воскреснет на третий

скорбный день, в олимпийское лето,

и на все наши просьбы ответит:

возвращаться — дурная примета.

 

25-28 июля, 1980, Железноводск — Пятигорск — Домбай

 

 

* * *

Помню подарок отца —

магнитофончик подержанный.

Всё заводил без конца

песни его безнадежные...

 

Когда слушаю, как он поёт,

даже время течет как бы вспять.

Без него будем петь про своё —

только нам этой ноты не взять.

Страница памяти В.Высоцкого

ПТИЦА СВЕТЛАЯ

 

Бог её знает

 

В утренних сумерках кружит над полем —

ищет посадку забытую, что ли?

Или какой-то знак подаёт?

Кто её, птицу эту, поймёт?

 

В воздух стреляю — она не боится!

Тёмные сумерки — светлая птица.

Целую жизнь надо мною летает.

Что она хочет? Бог её знает.

 

 

Хэппи-энд?

 

Как конец в голливудском кино:

я здоров и на водку хватает,

и свободен, и пишется, но —

я то знаю, что так не бывает!

 

Может, правда, счастливый конец

незаметно подкрался, до срока,

и летит надо мною высоко

птица светлая — смерти гонец.

РОДИНЕ

 

* * *

Если, правда, навеки проститься

нам пришлось среди белого дня —

диким голосом раненой птицы

прокричу: это я, это я!

 

Через все рубежи и границы

я прошу, умоляю любя:

если мне не дано возвратиться —

прокляни, только помни меня.

 

 

* * *

Всё равно я вернусь, по-любому —

не живьём, так в истлевшем гробу.

Головой в твои ноги, как в омут,

брошусь с прОклятой метой во лбу.

 

Стопы как твои благоуханны,

у могилы на самом краю!

Помолчи надо мной, бездыханным,

за нелепую долю мою.

ОТЦУ В ДЕНЬ ПОБЕДЫ

 

«Сижу папиросой одымленный,

волю отдал тоске.

Не мыслят мои извилины

где ты родная и с кем...»

 

(Из фронтового письма отца к маме,

1942 г. Отцу 22 года.)

 

Отцу в День Победы

 

Достал бы красный орден из старого бинта.

Но выписала ордер могильная плита.

Боец десантной роты под скальпелем дрожит.

Какие будут льготы! — не жить бы, хоть дожить:

и к пенсии надбавка, и сыну «Москвичок»,

и дефицитов лавка, и что-то там ещё...

Но жил ты, как не ведал, что жизнь — она одна.

Победа есть — Победа! Ну, а война — война.

 

1995

 

 

* * *

С этой бойни вернулся он к нам,

перерезанный напополам —

подарить мне лицо и улыбку,

и, на память, старинную скрипку...

 

Ненавижу войну, проклинаю!

Кто на небе у них этот гад?!

Пусть он спустится с божьего рая —

хоть разок! — в человеческий ад.

ВЕСНА

 

* * *

Весна была холодной, поздней,

какой-то рваной — без надежд.

И я не знал, что будет после

её расхристанных одежд.

 

Я разлюбил её и бросил.

И не скрывая свой обман,

я вспоминал былую осень,

как неоконченный роман.

 

 

* * *

Свою память загнал я уже, как коня.

Я давно бы без родины сдох.

Что он хочет и ждёт до сих пор от меня,

что он тянет, всевидящий Бог?

 

На дворе затевает цветенье апрель,

обращая простой карандаш в акварель:

«Начинаю опять, — говорит он, — с нуля».

Ну, а я? Ну, а я? Ну, а я?

КАРУСЕЛЬ

 

* * *

Что молодость прошла, что годы пролетели —

нет в этом ни его и ни твоей вины.

Ты любишь не его, а как на карусели

катаются одни лошадки и слоны.

 

Когда приснятся сны с каймою голубою

под тридцать первый день очередной весны —

ты любишь не его, опомнись, что с тобою —

его на свете нет. Ты любишь эти сны.

 

Ты любишь не его. Но через две недели,

из прошлого опять, из талой той воды,

ещё одним числом — двенадцатым апреля,

закружит белый снег и заметёт следы.

 

 

Картина

 

С деревьев листья облетели.

В осеннем парке выходной.

На опустелой карусели

забытый шарик надувной...

Но главный замысел художник

представил не на полотне,

а в том, кто рядом, как заложник

жил, расположенный вовне.

Лирика вне цикловЭпиграфыПерелетные островаИз старых текстовИз детстваИз Уроков охотыМое открытие Америки — Симметрия судьбы

ПереводыСтатьиКритика, рецензииЮмористический рассказБорис Кочерга и Ко.

Об авторе. Содержание раздела. Избранные стихи

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com