СЕМЬ МАЛЕНЬКИХ ЖЕЛТЕНЬКИХ ВЬЕТНАМЦЕВ ПОД НОВЫЙ ГОД Утро 31 декабря в УВД Энского округа одного из криминальных российских городов началось почти обыденно, т.е по рядовому - беготнёй по коридорам, топотом сапог конвойных, дурацкими шуточками и гоготаньем прибывших на службу сотрудников. На смену отдежурившим в ночном дежурстве пьяным и раздраженным операм, трезвым дежурным, и энергичным следователям, приходили почти такие же, не дежурившие ночью, полупьяные опера, угрюмые дежурные, сверхэнергичные и глубоко уверенные в себе следователи. Это был последний день уходящего года, и колорит всеобщего милицейского бедлама был окрашен в праздничные тона в виде пришедших на работу молодых нарядных сотрудниц, некоторых отдельно гладко выбритых дознавателей, торжественно одетых штабистов. А праздник намечался, и что бывает нечасто, отмечать его собирались всем личным составом в ресторане. У нас в следствии всегда весело, не только в предпраздничные дни. Я изучала материалы свежего уголовного дела, увидев знакомый почерк, стала читать вслух ещё трём следователям-однокабинетникам: «30 декабря этого года, находясь в квартире номер по следующему адресу — я, мой друг Лёха, и прикованная к постели парализованная Ираида Семёновна, распивали спиртные напитки». Все засмеялись. Читать протоколы, оформленные операми — забава, переходящая в злость. Тут прямо как специально забежал автор весёлого допроса, молодой и шустрый оперуполномоченный. — Вася, ты зачем так написал? Вася пригнулся, прочёл, — А что надо было, жрали водку что ли? — Да, нет, Ираиду зачем приплёл? — Дык, она главная зачинщица, она и предложила, из-за неё и перерезали друг друга. — А где это написано? — Да не успел я, на другое преступление поехал, их больше двадцати в сутки было, как вспомню, так тоже хочется, чтобы кто-нибудь зарезал. — Ладно, Вася, иди отсюда. Разберёмся, обычная бытовуха. Вася взял у меня из рук надкусанную плитку шоколада, засунул её себе в рот и выбежал из кабинета. — Вечно эти опера голодные. Придётся ехать в больницу, лишь бы успеть. В управление стали подтягиваться и кучковаться опера и участковые, обычно разбросанные по оперативным точкам и иным адресам, кто-то уже в новогодних костюмах, кто-то ещё ничего не ведая, решил начать праздновать пораньше в своём кругу, иные были вызваны руководством, но уже при параде. В общем, в силу обстоятельств, которые никого никогда не удивляли, на праздник сотрудники Управления собрались нарядные и злые раньше времени. И повод был... Первых двух вьетнамцев я увидела, когда выбежала к машине. На площадке для припарковки служебных машин прямо на снегу лежало, что-то желто-коричневое, подойдя ближе, увидела — голый маленький мужчина, будто спит, а рядом с ним лежала такая же голая и маленькая женщина и тоже как будто спящая, я еще подумала, что на снегу вот так лежать холодно. Странная, но не страшная картинка. Конечно, вы решите, что у нас в УВД Энского округа так часто складируют трупы, да нет, это было нечто новенькое и поэтому слегка удивляло. Спросила у водителя, они у нас первые узнают последние криминальные новости, но тот лишь печально покачал головой. Мы поехали в больницу к моим недорезанным друг другом, соперникам. 31 декабря в областной больнице праздничное настроение создают только родственники выздоравливающих больных, да беспорядочно приляпанные к окнам и потолку снежинки. Медикам, как и ментам, не до украшений, всегда некогда. Подозреваемые, оба ещё находились в реанимации, но были к счастью живы, правда, толком как всегда ничего не помнят, кроме незабываемой Ираиды Семёновны, да и «зла друг на друга не держат», ну-ну, а уголовное дело уже возбуждено, опять головная боль следователю. Из больницы вернулись почти к обеду. На снегу уже «отдыхали» 3 трупа. Весёленько. — Почему они на снегу лежат, херня какая то, ведь люди же ходят, — спросила я одного из дежурных, назначенного сторожевым иностранцев. Тот хмуро мне сообщил, — Каталажек не хватает, сегодня по всем округам куча преступлений. Вот должны уже скоро подъехать, сразу всех и загрузим. Как выяснилось позднее, наивные рассуждения сержанта по поводу «всех» были только цветочками. В Управлении творилось невероятное, все бегали, ругались, задавали друг другу вопросы, на которые никто не отвечал. Однако чуть позднее прояснилось. Первых два трупа, во дворе многоэтажного дома, обнаружила бабушка - божий одуванчик, которая выносила мусор, она увидела в огромных мусорных баках новенький баул, любимый аксессуар "челноков". Бабушка решила прибрать его к рукам, а там сами уже знаете, кто лежал, вернее лежали. Следующего вьетнамца приглядел «зажиточный» бомж, обходя свои владения — помойки (известно, что бомжи их «приватизируют»), он также обрадовался новому баулу, в хозяйстве всё пригодится, но не суждено было в этот раз обогатиться бомжу. Впрочем, и остальных несчастных обнаружили бабушки и «бичи» теперь уже при активном участии милиции. Начальником Управления был брошен клич — «Все на поиски мёртвых вьетнамцев!» О предстоящем празднике в ресторане с торжественной частью и вручением премий забыли начисто. Масть пошла! Клич до добра не довёл. Кроме убитых вьетнамцев по сусекам наскребли ещё трёх потенциальных «подснежников». Когда выяснилось, что трупы иностранного и местного происхождения растут, как на дрожжах, полковник хриплым и почти безумным голосом прогавкал, — Хватит, хватит, маааать вашу, прекратить немедленно. Все немедленно согласились, и этого было достаточно, не то слово. Но всё это было позже, а сейчас всё бегало и суетилось, и отнюдь не по поводу праздника. После обеда события стали развиваться молниеносно. К 19-00 часам было уже в общей сложности шесть трупов. Всего получилось относительно немного - три наших и семь вьетнамцев. Иностранцы были лишены жизни одним и тем же способом - ударом в затылочную часть головы тяжёлым металлическим предметом. Наши же — по разному: передозировка, бытовуха. Да, работы привалило, вот уж подарок к Новому году, неожиданный неприятный сюрприз. В ресторане было ещё веселее, стол руководства, оперативного состава и частично следователей пустовал. Женщины реагировали по-разному, кто напился, кто грустил, кто матерился, тех, кто плакал, причитая — «ах, зачем я вышла замуж за мента», успокаивали авторитетные жёны. Остальные сотрудники не столько праздновали, сколько ждали новостей, периодически забегали опера, пили, быстро сообщали, сколько трупов, и вновь исчезали. Было около четырёх часов утра. В кабинете у начальника Управления собрались несколько уставших офицеров, в основном это были начальники служб. Задумчивым и безрадостным голосом полковник промолвил, — Да, с хорошими показателями мы закончили год. Семь трупов, а следы преступления только на голове у бедолаг. — Так и Новый встретили неплохо, — мрачно пошутил начальник уголовного розыска, три жмурика зарегистрировались уже в этом году. — Зарегистрировали, — ворчливо поправил педантичный начальник дежурной части, — двух наших и одного не нашего. — Все наши, — рявкнул полковник, — за что мне конечно звезду дадут. Ну ладно наливайте надо все-таки отметить это дело. — Трупы что ли?! — Приход Нового года! Рассказы
«Не для мужчин». «Дед». «Ведьма»
«Голос в вальсе вирта». «Блюз о проклятой паутине»
— «Накатило...» «Боль»
«Как же нам на Руси не пить, если всегда
есть повод!» Юмореска
«С днем рождения, дорогая, или как страшно жить» —
«Агафья»
«Семь жёлтеньких мёртвеньких
вьетнамцев под Новый год»
Эссе |
