| | 
РАССКАЗЫ НЕ ДЛЯ МУЖЧИН — Ну, вот где он? Провалился что ли? Может бросил?! — после этих слов Машка стала реветь по-настоящему. — Я, говорит, тебя люблю, ты самая сексуальная, сексапильная, потрясающая женщина, — она снова противно, с каким-то действительно сексуальным стоном завыла, заливаясь слезами. — Представляешь, он мне говорит, — опять рыдания, напоминающие звуки приближающего оргазма, — «Я люблю тебя, потому что ты — опытная самка, в лучшем смысле этого слова». И тут она стала гомерически хохотать, упав на красивые декоративные подушки. Свои ноги в ажурных чулках Машка подняла вверх, согнула в коленях и скрестила стопы, тело тряслось от смеха, звуки которого теперь уже были далеко не сексуальные. От такого перепада настроения я не выдержала и прыснула. Машка скорее услышала, чем увидела мою реакцию, замерла на секунду, внимательно посмотрела на меня и затем, мы закатились от смеха в унисон. Едва успокоились. В руках у Машки откуда-то неожиданно появился красивый батистовый носовой платочек, она небрежно его развернула и шумно, почти со злостью высморкалась. Я удержалась, чтобы опять не рассмеяться, точно сексапильная! — Нет, тебе пока этого не понять, у тебя еще десять лет впереди. Представляешь, десять лет нормальной половой жизни, без оглядки. Потому как между тридцатью пятью и сорока пятью годами — пропасть. Машка подошла к окну. Высокая, статная, красивая спина, изящная линия шеи, узкие плечи, слегка опущенные, как у женщин пушкинской поры. Действительно сексуальная. Нет, не подумайте, я традиционной направленности. Правда, теперь уже не понять, что более традиционно. В общем, что скрывать, я немного завидовала Машке — умная, образованная, яркая, свободная. Плевать на этот возраст, я не вижу его в ней. Как будто услышав, меня она продолжала. — Ты думаешь, стареют постепенно? Нет, стареют в одночасье! Раз, и тебе уже сорок пять, и ты уже не та. Тело дряхлеет, кожа морщится, мышцы тянутся и всё в складочку. Понимаешь, всё, всё в складочку и нависает, как чёрная грозовая туча над, над... Машка видимо не смогла подобрать окончательного образного сравнения и безнадёжно махнула рукой. — Каждое утро приносит неожиданные неприятные сюрпризы, — она повернулась ко мне, глаза загорелись нездоровым, я бы даже сказала, опасным огоньком, — Ба! Вот появились новые морщинки вокруг глаз. Ну ладно — это «гусиные лапки», эти ужасные палки, которые еще бывают и пересекаются, говорят — это мимические морщины. Хрен с ними, а мешки? Что делать с мешками? О мешках Машка сказала почти обречённо. — Мужикам тоже достаётся, — она злорадно усмехнулась, — живот, лысина, ладно еще, когда спереди, а когда в середине, брр. Одно конечно совершенно грустно и для них и для нас — пенис! Этот агрегат, не столько стареет, сколько утрачивает свои функциональные возможности. Вялый, сморщенный корешок и всё. Чтобы его реанимировать, нужно очень много работать, нет, я не шучу, действительно нужны активные действия, но иногда и они безрезультатны. Заметь, это только чтобы он преобразился, расправил шкуру, увеличился, ну хоть на..., ну ладно просто увеличился. Так ведь нужно ещё удержать его в этом состоянии какое-то время. Она вдруг, как будто вспомнив что-то, слегка улыбнулась. — А этот долбанный синюшно-апельсиновый целлюлит, — раздраженно продолжала Машка, — вот откуда он взялся?! Ни в семнадцатом, ни в восемнадцатом, ни в девятнадцатом веке ни слова о нём и вот, пожалуйста, именно в двадцатом, ну и двадцать первый надо бы не забыть. Представляешь, мне мужчина: «Женщина, а Вы что, второй век доживаете?» Мы снова засмеялись. — Да уж, ничего себе жить на пересечении веков, — тут она внимательно посмотрела на свои руки, — ну вот ещё одна страшилка, чтобы испортить себе настроение. Вот посмотри на эти грабли, кожа сухая, вены выперли, как будто успокаивают меня, вот, мол, течёт кровь в них, в венах, значит живая, — издевалась над собой Машка. А мне её руки нравятся — длинные кисти, длинные пальцы, красивые ногти, не накладные, между прочим. Да, вены видны, но это нисколько не портит её руки. — Конечно, нужна пластика, но что-то уже будет не моё, а жаль, — Машка почти успокоилась и последние слова произнесла уставшим, равнодушным тоном. Вот такая она мне не нравилась, и действительно, только никому не говорите, выглядела на все сорок пять лет. Но равнодушной она почти никогда не бывает. Раздался телефонный звонок, Машка схватила трубку. — Что Мария, ах Мария, ах прости Мария! — она явно кого-то передразнивала. — Куда?! Как это? Да ты что! Конечно, еду! Как? Архисуперзашибительная?!! Я твоё главное обстоятельство, любишь, хочешь и море цветов! Машка смотрела на меня, глаза горели изумрудным огнём, лицо светилось, щёки разрумянились, и, клянусь вам, ни одной, ни одной морщинки — исчезли! |
ДЕД Дед тяжело дышал, и дыхание его было свистяще-шипящим. Антону казалось, что дед не говорил, а выпускал в него свинцовые пули. — Там, на финской, нам было и холодно и страшно. Мы были молоды, хотелось жить, а смерть стояла рядом. И когда один из нас, красивый и молодой, предал, мы были потрясены. В предательство всегда трудно поверить. Мы казнили нашего друга. Дед замолчал, видимо ещё раз вспоминая ужасную картину, выражение его лица было одновременно и суровым и страдающим. Большие красивые руки генерала охватили края огромного письменного стола, фаланги пальцев стали белыми. Антон почувствовал, как тело сводит судорогой, а лицо становится ещё белее, чем дедовские пальцы. Он боялся только одного, он молил бога о том, чтобы выстоять, не упасть, не отвести взгляда. Пауза тянулась невыносимо долго.
* * * Любимец деда, невысокого роста, но хорошо сложенный, широкоплечий красавец, спортсмен, всегда жизнерадостный, с открытой белозубой улыбкой, офицер в третьем поколении, Антон нравился всем, у него не было врагов. Окончен последний курс Высшей школы милиции, сданы государственные экзамены, оставалась только защита диплома. Митя позвонил: — Антон, надо срочно встретиться, ты должен мне помочь. — И всё изменилось за один день, за один час. Что это было — глупость, предательство своих самых близких, любимых? Из-за чего? Как оказалось, из-за сентиментальной товарищеской дружбы. Друг сказал: — Антон, это надо сделать, понимаешь, надо их наказать. — И они наказали себя, на семь лет усиленного режима.
* * * Он, Антон Князев, почти выпускник школы милиции, уже офицер, лучший из лучших, шёл на красный диплом. Он, любимец родителей, бабки и деда, все они — кадровые офицеры, не ниже полковничьего чина, а дед — генеральского, — он, Антон, преступник! Школьный друг, оперуполномоченный уголовного розыска, лейтенант милиции Дмитрий Фёдоров, а для него, Антона, просто классный пацан Митька, сказал: — Понимаешь, Антон, они грязные и мерзкие, распространяют наркоту, они оккупировали наш рынок, на котором продают наши же овощи. Они будут наказаны. Ты должен мне помочь. И Антон помог. Суд был открытый, показательный — офицеры милиции. Потерпевшие — пять азербайджанцев — на судебное заседание не явились, как выяснилось впоследствии, трое из них находились в федеральном розыске.
* * * Он освободился через пять лет, условно досрочно. Худой, больной, с потерянной, возможно навсегда, улыбкой, когда-то жизнерадостной и открытой. Беззубая улыбка еще никого не украшала, а зубы буквально выпали, причина — нервы, драки, плохая еда.
* * * Антону казалось, прошла вечность. Дед всё ещё молчал, затем как-то неловко и резко встал и решительно подошёл к своему сейфу. Внутри у Антона похолодело. Он знал, что в сейфе дед хранит своё именное оружие — пистолет Макарова. Антон всё понял, вот почему дед рассказал ему эту финскую историю. В висках застучало. Антон задыхался, но не от страха, он думал только о своём замечательном, любимым генерале. Лучше бы его убили в колонии, лучше бы он заболел и умер, когда его этапировали к месту назначения, но только не сейчас, не от руки деда.
* * * Пять лет дед молчал, он ни слова не сказал, ни до, ни после следствия и суда. Родные как могли поддерживали Антона и друг друга. Беда сплотила их, страшно и стыдно, но от сумы и от тюрьмы не зарекайся. А дед ушёл в себя, ни с кем не общался, и все боялись нарушить его молчание. Пять лет ни звонка, ни строчки в письме. Ничто не боялся так Антон, ни тюремного беспредела, ни загубленной карьеры, ни потери друзей, как встречи с дедом. И вот он в его кабинете.
* * * Антон перестал чувствовать себя, перестал дышать и уже был убит самим собой. Он увидел, как открылась дверца сейфа, и как рука деда нырнула в его черное пространство. Генерал стал медленно поворачиваться. В глазах Антона неожиданно появились слёзы, он уже почти ничего не видел, но вдруг ясно услышал какой-то непонятный хлопок и голос, — Вот возьми, это тебе на зубы. На письменном столе лежала аккуратная стопка денег. |
ВЕДЬМА Всё, пора в путь. Обычно работать начинаю вечером, часов в восемь, или чуть позже, когда многие уже дома. Зимой летать трудно, холодно потому что. Ступу приходится утеплять, да и самой одеваться теплее. Шубка у меня неплохая, норковая, дареная. В прошлом году Сходка была, многие из наших присутствовали. Вопросы обсуждались злободневные, глобальные, тема так и называлась: «Катаклизмы, общественные волнения, смуты». Тоже вот чуть не передрались, но конcенcуса достигли. На Сходке, некоторых за хорошую работу премировали, мне вот шубку выделили. Весной и летом летать значительно легче, да и проблем у всех как будто убавляется. Солнышко, ожившая природа, делают своё дело. А зимой хуже... Семейные скандалы уладить — самое лёгкое дело. Рывком распахнуть окно, нагнать ветер, отвлечь. Забегают, засуетятся: — «ах, цветы, ах, мебель, ах, это не просто так оно распахнулось». Смотришь, и успокоились, о детях вспомнили. С одинокими стариками потрудней. Приходится помочь подняться, зажечь газ, чтобы чайник поставить, батон свежий прикупить, чай душистый подбросить, ну иногда что-нибудь деликатесное. А некоторым их отрокам «наслать» разные неприятные ощущения в виде страшилок — видений, слуховых галлюцинаций. Напомнить о родителях, пристыдить. Тяжелей всего с зависимыми и суицидниками. Сколько я их перевозила! Пришлось просить одного конструктора-самоучку усовершенствовать ступу, ещё одно место выдвижное сконструировать. Сделал, молодец, так ещё и кнопочки разные вклепал, говорит: — «Я панель усовершенствовал, придётся тебе немного подучиться». Вроде справилась. Так вот, сколько я их, этих несчастных перевозила в Склифосовку на своей старой ступе. А ведь скорость уже не та, и торопиться надо, и места мало. «Нарики» ладно, они почти все лёгкие, а те, другие — разные бывают. Да, ступу опять ремонтировать пора, мотор барахлит, карбюратор забивается разной дрянью. Солнечной энергии зимой, конечно, не хватает. Есть у меня ребята из автосервиса, неплохие, умнички и ступу мою научились ремонтировать. Сначала удивлялись, а потом перестали, и кто-то даже сказал: — «У нас тоже уже есть механизмы, которые работают на солнечной энергии». А потом добавил: «Не у нас конечно, а в Европе, в Дании вроде». Но самое сложное, а иногда и опасное, — предотвращать преступления, конечно те, которые мне одной под силу. В основном это кражи, грабежи, насилие. Вообще-то не моя сфера, тут у нас другие силы. А как вот пролетишь мимо, если видишь такое? Сколько раз сама чуть потерпевшей не становилась, да что там, бывали и синяки, и ссадины, и два раза перелом рёбер случался. Сегодня на удивление тихо. Ну, пару раз окно распахнуть, это что, работа что ли, так, — одно баловство. Бабушке помогла до дома добраться, скользко сегодня, оттепель. Светает. Пора домой. Прилетела. Слава богу. Ба, что это я бога-то вспомнила, я же это — другого рода, племени... нечистая сила. Интересно, кто это решил, что ведьмы оттуда? Всем, всем уже надо объединяться, вон беды-то сколько. Необходимо держаться вместе, кучковаться, союзы создавать, договариваться. Жить дружно. Постель холодная. Одна. А этот двоюродный внучатый племянник Кощея — ничего, симпатичненький. Придётся слетать к Кощеюшке на юбилей, сколько ему? Вот тоже бедный Бессмертный, намучался жить-то. Всё время жалуется, что уж и технический прогресс шагнул о-го-го куда, и автоматизация с компьютеризацией, а он всё никак не может найти это долбаное яйцо. У себя бы порылся. Надо намекнуть, так ведь опять обидится, скажет: «Шуточки твои дурацкие» Да, следует приглядеться к кощеевскому родственничку. Я пока ещё ничего — в теле, и душевность есть, и нежность присутствует, и желание и линии тела вроде не везде прямые. К юбилею подготовлюсь, к Яге слетаю, трав наберу у неё, отваров живительных. Карга Старая, а всё туда же, зайдёшь в лабораторию, а там микстуры с названиями: «Краса девичья», «Мужицкое дикое желание», «Молодей, да не зверей», и всё в этом духе. Дух, духи... Тут как-то в парикмахерскую залетела, а мастер принюхиваться стала, духи-то от Яги, на травах редких с добавками, называются — «Супермуперпупер» Видимо, всё-таки нечеловеческим духом попахивает. Ой, откуда это такой шум, что за шуршащие переливы? Неужели всё-таки старею, какой противный звук. Вот заметила: только засыпаю, проваливаюсь, и появляется это шипение. Интересно, а этот симпатичный храпит или нет во сне? Надо бы навестить Лешего, давно не была, как он там. Последнее время с зубами мучался. К стоматологу отвезу, есть у меня в знакомых один хороший специалист. Леший, — тот, в отличие от Яги, всё больше по болезням специализируется — коренья, травы, грязи, таблетки болотистые, противные, тьфу! Тут как-то приболела — грипп, в городе какую только дрянь не подцепишь, так заставил сразу выпить 5 таблеток, говорит: — «Блокада нужна». И вправду. У Лешего средство есть от храпа, сам хвалился, говорит: «Не ожидал такого эффекта, спишь после этого средства, как младенец, не дышишь». Умертвит гадёныш, с него станется, только и жалеет: — «Ты себя совсем не бережешь, отдыхать надо, а ты всё летаешь, спасаешь, МЧСовка чёртова». Да нет, не должен, он вроде дальний родственник мне. Эх, руку бы сейчас положить на что-нибудь тёплое, пульсирующее, рядом. А вот и первый сон, интересно, посмотрим...
Рассказы
«Не для мужчин». «Дед». «Ведьма»
«Голос в вальсе вирта». «Блюз о проклятой паутине»
— «Накатило...» «Боль»
«Как же нам на Руси не пить, когда
всегда есть повод!» Юмореска
«С днем рождения, дорогая, или как страшно жить» —
«Агафья»
«Семь жёлтеньких мёртвеньких
вьетнамцев под Новый год»
Эссе |
Альманах 2-07. «Смотрите кто пришел». Е-книга в формате PDF в виде zip-архива. Объем 1,9 Мб. | Загрузить! | Всего загрузок:
|
Страница обновлена
26 апреля 2008 г. | Всего посетителей страницы: |
Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника: | © 2001. «ИнтерЛит. Международный литературный клуб». |
|
|
