ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Аркадий ГУРОВИЧ


 1    2    3 

Осенняя печаль

У осени есть суд.

Сентябрь — истец.

Зал заседаний пуст, где я — ответчик.

Пусть мне простят,

Ведь у крестов сердец

Я пост храню

И часто ставлю свечи.

Я жил.

Ел хлеб.

Пил воду быстрых струй.

Не опасался чар дурного глаза.

Красивых женщин каждый поцелуй

Брал сам

И не выпрашивал ни разу.

До синих губ, встревоженно, взасос,

Отбросив стыд,

Ласкал и слышал стоны.

Знал вкус и сумасшествие волос

И наизусть историю истомы...

У осени есть свой седой синдром,

Свой слабый пульс 

И стынущие кисти,

Последний сок, испитый черенком,

И в страхе в ветвь вцепившиеся листья.

И старых встреч истертая скамья,

И память ссор,

И выстрелы-упреки...

Склонясь над этим грустным списком,

Я

Стараюсь все в простые втиснуть строки.

Суд осени я вынесу,

А вслед

Пустому приговору

Рассмеется

И сочинит нежнейший менуэт

Густою кровью исходящий Моцарт.

А жизнь,

Рассказ от первого лица,

Прольется вдруг бессмысленно

И странно

И станет,

Словно сладость леденца,

Что слипся в складках старого кармана.

При свечах

Разбей,

Развей весь сор застывших штампов,

Что сумерки сопутствуют любви!

Приди,

Будь белым днем и светом лампы,

А в тайну темных комнат не зови.

И стыд, как страх, —

Хоть что ни говори ты! —

Сам убежит, и не настичь его:

Глаза раскрыты —

Таинства раскрыты.

Так мы не потеряем ничего!

Ах, все-таки приятно быть бесстыжим!

Я в юности при ярком свете чах,

Зато теперь

Все чаще сплю и вижу

Шальные поцелуи при свечах.

* * *

Чуть чиркну спичкой

И зажгу свечу.

Сквозь форточку

Мне кличет птичье вече.

Я в этом сочном гаме помолчу

И предпочту обличье человечье.

Я дам мечте помчаться по полям, —

По кочкам бричка,

По губе уздечка, —

Где бабочка

Как почтальон полян

Хлопочет,

И где удочки над речкой.

Лучи жары,

И август, словно печь...

Чу! К forte ночь спешит crescendo вечер

Обнять за плечи,

Шепотом обжечь

И ранить сердце речью, как картечью.

Не спрячешь чувств широкие зрачки

При гонке вскачь В горячем междуречье

И счастье окончанья!..

А сверчки

Нам прокричат о чуде новой встречи.

* * *

Ночь в августе тиха...

Усталым Казановой,

Склонившись у кормы

Над линией перил,

Плыву...

Вдруг

Подо мной

Мой друг,

Король бубновый,

Подпрыгнул на волне

И в прошлое уплыл.

Он

Так же, как и я,

Отбившись от колоды,

Помехою в игре

Прожженных шулеров,

Теперь в руках воды,

Ветров

И непогоды;

И дама треф

Другим сулит свою любовь.

Мой друг,

Куда же нас

Уносит это море?

Из-под колоды жизни

Подколодный змей

Смеется,

Будто знает,

Что наступит вскоре,

Как и твоей игре,

Конец игре моей.

Прощай!

А я вернусь

В мир шумный и преступный:

Там банк уже стучит —

Таков игры закон!

Час пик продлится час,

Но после будут бубны,

И я

За нас двоих

Сыграю этот кон.

Цирк

Мои глаза горят. Ты им хоть раз поверь:

В них вся моя любовь, когда с тобой в манеже

Я, укрощаемый тобой пред всеми зверь.

Мы столько лет вдвоем,

И столько лет все те же.

Ты так же хороша в пурпурно-золотом

С приклеенной улыбкой на лице печальном,

Моя любовь, мой Бог

В сапожках и с хлыстом,

И левая рука в колечке обручальном.

Превозмогая страх горящего кольца,

Я проношусь в надрессированном порыве,

Разгадывая тайну твоего лица,

И млею, дав тебе трепать меня по гриве.

А в клетку по ночам в безумных снов черед

Идут, рядясь в твою обманчивую внешность,

Горящее кольцо — твой раскаленный рот

И рук, и синих глаз безудержная нежность.

Купание Водолея

Я — капля, часть морей и луж,

Сестра слезы, последний муж,

Дрожащий сгусток ожиданья.

Я смыть могу гуашь и тушь...

Но вот, любовь, ты входишь в душ —

Благословенный миг свиданья!

У края самого трубы

Я по велению судьбы,

Когда твоя рука — владыка

Откроет кран, рванусь с водой,

Что будет пахнуть резедой,

Сорвусь к тебе в безумстве диком.

Лишь миг назад я был в трубе,

И вот теку я по тебе,

Остолбенев от кругозора.

Остановлюсь в ресницах глаз,

Неисправимый ловелас,

И в них вгляжусь

                   влюбленным взором.

Вобрав в себя их дивный блеск,

Пока журчание, и плеск,

И ласка брызг...И в путь-дорогу

Твоею кожей хлыну я,

Сестра моя, жена моя,

Мое подобие от Бога.

Я после задержусь еще

На краешке одной из щек, —

И это будет миг короткий,

Чтобы потом, уже живей

Скользнуть вдоль родинки твоей

На левом скате подбородка.

Сегодня, не когда-нибудь,

Мне не свернуть, минуя грудь,

Вдоль живота, бедра, колена, —

Прольюсь, как ослабевший слог,

Прощусь с тобой у пальцев ног

И утеку, моя Елена.

Так часто на своем веку

Я по тебе, любовь, теку

Легко, светло и без усилий.

Я — боль, и радость, и стихи

Взамен сошедшей шелухи

Твоих отношенных фамилий.

Смыв души прочих мертвых душ,

Ты, радость, покидаешь душ 

Свежее всякого младенца.

Я.

И во мне все солнце дня

Вновь на тебе, и ты меня

Смахнуть не можешь полотенцем.

Во все предназначенье лет

Ни ложь, ни яд, ни пистолет,

Ни лезвие холодной сабли

Не смогут разорвать родства:

Любимой кожи божества

И влажного касанья капли.

 1    2    3 

Избранные стихи и отрывки из форумной комедии «Мы с тобой два берега...» — в электронной версии альманаха «ИнтерЛит» (Минск, 2003). Формат PDF, объем zip-архива 1440 Кб.

Загрузить!

Всего загрузок:

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com