ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Светлана ГЛАДКОВА


ГЛАВЫ ИЗ БУДУЩЕЙ КНИГИ О БОРИСЕ ПОПОВЕ

 1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11    12    13    14

Глава 6

В гостях у небожителя

 

Борис Попов жил на улице Белинского в посёлке Крылова.

 

«Скрытые взаимосвязи определяют нашу земную Жизнь» — так называлась одна из книг Рихарда Штайнпаха, выпущенная издательством Фонд Послания Грааля; издание это пользовалось повышенным спросом у любителей эзотерических учений. Если бы я писала книгу для них, любителей эзотерики, дуриков, как говаривали учёные книгопродавцы, я протянула бы ниточку от этих именно классиков отечественной литературы к молодому поэту, вплела бы её в ткань повествования. Возможно, мне даже удалось бы убедить читателей, что эти самые скрытые взаимосвязи, заключённые в названиях улицы и посёлка, повлияли на жизненный выбор Бориса Попова.

Но всё было несколько иначе.

 

Как помнится, у меня было так.

В конце 60-х годов, будучи безнадзорным и самонадеянным, я решил стать писателем. Толчком послужили мемуары И. Эренбурга, повести Паустовского, стихи А. Блока и модные лирические песни. К тому же я был смертельно влюблён в ученицу 9-го класса «М» школы № 56 Ольгу Чернову.

И я стал писать стихи! Стихи были ни о чём и обо всём. К примеру, если я желал написать что-то о Рафаэле, я открывал учебник истории, где упоминался этот Рафаэль, и сочинял свою версию. Всё гениальное просто. Я прослыл большим интеллектуалом. Подготовочный этап продолжался около полугода, затем я почувствовал себя вполне сложившимся поэтом и послал стихи в редакции журналов.

Журналы не оправдали моих надежд. Ответы были однообразны и унылы: «Читайте Пушкина...», «В Вашем городе проживает прекрасный поэт Б. А. Ручьёв...», «Учитесь мыслить образами...». Я порвал конверты с ответами и подался в футболисты. Мне очень нравился бразильский нападающий Гарринча.

Но за буквой «А» следует буква «Б». Я влюбился во второй раз и снова начал марать бумагу. Помня об обиде, которую нанесли мне консервативные журналы, новые стихи я послал в «Магнитогорский рабочий».

Через две недели я получил приглашение посетить занятие городского литературного объединения...

 

Из статьи Бориса Попова «Чем оправдать тебя, распад?»

«Магнитогорский рабочий» (1991 год)

 

В гости к Борису Попову Альбина поехала со мной, и хорошо — одна бы я, наверное, не решилась. Улица Белинского, на которой находился дом № 26, в коем проживали Поповы, находилась на городской окраине, недалеко от железнодорожного вокзала. Две пересадки на трамвае — и вот мы вышли на остановке «Кинотеатр «Родина», в который я, будучи ещё ребёнком, частенько приезжала с мамой; здесь я впервые смотрела индийские кинофильмы «Зита и Гита» и «Месть и Закон».

Мы довольно долго плутали в лабиринте улиц, пока не вышли к искомому месту. Подошли к высокому, окрашенному зелёной краской дощатому забору и робко постучали. Потом смелее и громче. Потом увидели кнопку звонка и начали трезвонить.

Калитка распахнулась внезапно, нам открыл Борис. Удивительно было видеть его не в строгом костюме, а в старых брюках и простой рубашке с закатанными до локтей рукавами, да ещё и с лейкой в руке.

— Помогал отцу в огороде, — смутившись, объяснил поэт, — поливал огурцы.

Борис Попов пригласил меня с Альбиной в дом. Переглядываясь и пересмеиваясь, мы прошли через веранду в просторную, светлую кухню, из которой было две двери — одна в большую комнату, где смотрел телевизор дед (отец Бориса, Емельян Иванович), а вторая — в комнату самого поэта.

 

...Всё выйдет так, как я и говорил.

Ты вдруг споткнешься у кривых перил

и вспомнишь ту убогую каморку...

 

Комната, в которой жил и работал Борис, была такая узкая и тесная, что непонятно было, как в ней вообще умещались односпальная железная кровать, деревянный стол (не письменный), стул и этажерка с книгами. Площадью она была не более пяти квадратных метров. На стене — вешалка, на плечиках — аккуратно отглаженный костюм (единственный на тот жизненный период) и пиджак. Абсолютный минимализм.

 

Борис смущался и не знал — куда нас посадить. Альбина, как всегда, вольготно (легко и свободно благодаря отсутствию каких-либо ограничений), расположилась на кровати; я присела с краю, оставив для Бориса стул, иначе ему пришлось бы стоять. Стараясь скрыть неловкость момента, я попыталась оправдать наш приход и представила подругу.

Она тут же взяла инициативу в свои руки и начала задавать поэту вопрос за вопросом. Держалась Альбинка как бывалый репортёр, я даже позволю себе выразиться — как признанный мэтр отечественной журналистики. Вскоре мне стало казаться, что я вообще лишняя в этой комнате — Бориса Попова, отвечавшего на её вопросы, Альбина ещё слушала, мне же рта не давала раскрыть.

На столе лежали книги, газеты, письма, исписанные и чистые листы бумаги и папка, подписанная «Рукопись 2-й книги. Время скворцов». Название стихотворения, выбранное для второй книги, ранее дало имя большой подборке в «Магнитогорском рабочем» и запомнилось мне.

 

 

 

Это время скворцов.

А они еще не прилетели...

Расплываются лужи в разорванном круге реки.

Это время юнцов, это косы и бусы апреля,

это лужи и ложь, это горечь неверной строки.

Не дает мне покоя твоя неподкупная совесть.

Ты уже и не смотришь глазами любви на меня.

Что мне делать, скажи —

удивлюсь, удавлюсь,

успокоюсь,

сяду в поезд, сойду, брошусь в воду, сгорю у огня!

Крупный запах грехов,

ртутный, верченый,

запах распада.

Было так хорошо, что не верилось в близкий конец.

Это время скворцов, а скворцам разлетаться не надо.

Это время юнцов и, конечно же, я не юнец...

 

Открыть папку с рукописью я не осмелилась, а вот газету со стола наугад взяла. В ней был материал Николая Якшина, посвящённый семинарам поэзии и прозы, проводившимся в Магнитогорске редколлегией журнала «Урал» в преддверии 60-летия города. В Магнитку приехали главный редактор журнала «Урал» Валентин Лукьянин, заведующий отделом прозы Валерий Исхаков, редактор отдела Валентина Артюшина, челябинский прозаик Татьяна Набатникова, поэтесса Майя Никулина и заведующий отделом поэзии Николай Мережников.

 

Из статьи Николая Якшина «В Доме Советов звучали стихи...

Заметки с семинара молодых прозаиков и поэтов»,

«Магнитогорский рабочий» (1989 год):

 

 

 

Еще один материал, посвящённый

неделе журнала «Урал» в нашем городе:

Владимир Мозговой, «За «круглым столом»,

«Магнитогорский рабочий» (1989 год):

 

 

 

Я попросила Бориса прочитать стихотворения, отобранные для публикации в журнале «Урал».
Конечно же, они мне понравились, особенно это:

 

Я лежал на сеновале, было сухо, пахло сладко.

Я лежал на сеновале в понедельник и в четверг.

Ну и ладно, и понятно...

                                              Но последняя загадка —

где найдется сеновалу в наше время человек?

Я глядел в ночное небо — и оно в меня глядело.

Я посматривал на стены — и они вперяли взор

в — ах! — мое немолодое, уж поношенное тело,

и вели со мною долгий, беспредметный разговор.

Я ушёл, смотался, смылся от особы неприступной,

от долгов, что пахнут водкой, а потом уже бедой.

Ну, конечно, было стыдно, стыдно, муторно, остудно,

но я справился с собою и остался я собой.

Я лежал на сеновале, что когда-то основали

наши местные умельцы возле дома, у двора.

Звёзды сеялись, сияли, мыши по полу сновали

и в далекое ночное выезжали трактора.

Ах, какое было время, жар, томление, горенье,

паустовские закаты, экономный свет в избе.

Я лежал на сеновале и писал стихотворенье —

о любви, судьбе и славе и, конечно, о тебе...

 

Альбина и Борис ещё, наверное, долго вели бы серьёзные и умные разговоры о современной поэзии, любимых философах и состоянии культуры в обществе, но я засобиралась домой — в присутствии столь одарённого человека я чувствовала себя невыносимо глупой и мечтала стать еще незаметнее.

 

С первого дня знакомства моя подруга называла Бориса Попова не иначе, как Борька.

 1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11    12    13    14

Светлана Гладкова. Главы из будущей книгиСтихи Бориса Попова Публицистика Иван Попов. «Попытка прощания»

Борис Попов. Из неопубликованного

Об авторе. Содержание раздела

Дренаж садового дачного участка по низким ценам в спб дренаж участка спб.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com