ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Сергей ВЛАСОВ


 

БУМЕРАНГ ДЛЯ «БОМБИЛЫ»

Окончание. Начало здесь

 

Часть 2

 

— Здравствуйте, молодой человек. Рад вас снова видеть, — пролепетал добродушный еврей, завидев старого знакомого. —  Чем дядя Давид может помочь на этот раз? — он прищурил глаза, приподняв над седыми бровями круглые очки в золочёной оправе, которые с виду напоминали чеховское пенсне.

Этот пожилой торговец не раз выручал «бомбилу», покупая у него некоторые вещи, забытые рассеянными пассажирами в его машине. Старенькая антикварная лавка, которую изредка посещал парень, находилась в центре города и была очень популярна в среде людей, профессионально занимавшихся оборотом старинных предметов, а также среди мелких жуликов и карманников.

— Ко мне попали некоторые вещи, — осторожно начал объяснять парень, — ценность которых я...

— Ну, смелее, смелее, дорогой. Дяде Давиду можно доверять. Ведь я ни разу вас не подвёл? Не так ли?

— Да, да. В общем, посмотрите сами, — «бомбила» оглянулся и, убедившись, что в магазинчике они одни, достал из сумки и положил на стол перекупщика тот самый золотой мастерок.

Удивлённый еврей на некоторое время застыл, как зачарованный, не в силах оторвать взгляда от предмета. Затем, очнувшись, он взял его в руки и посмотрел на парня.

— Вы позволите мне на минутку удалиться вместе с этой вещью? — спросил он и, получив разрешение, скрылся за зелёной дверью, где, по-видимому, находилась мастерская, в которой он проводил экспертизу предлагаемых ему ценностей.

— Вы удачливый человек, скажу я вам, — произнёс хозяин лавки, вернувшись через некоторое время. — Только счастливчик может быть обладателем такой редкой и необычайно престижной в определённых кругах вещи.

— Но не могли бы вы назвать цену? — сгорая от нетерпения, выговорил «бомбила».

— Скажу вам по секрету, — Давид перешёл на шепот, словно его мог услышать кто-то посторонний, — она бесценна.

— Но всякую даже, как говорится, бесценную вещь можно продать главное найти покупателя. И вот ещё, — парень достал из внутреннего кармана своей коричневой ветровки небольшую кипу цветных фотографий и передал Давиду.

Еврей, внимательно рассмотрел каждую, потом заглянул собеседнику в глаза и недоверчиво произнёс: — И что, это всё у вас имеется?

— Конечно, — чуть сконфуженно произнёс парень, — или вы думаете, что я сюда пришёл просто так, немного позабавиться?

— Это серьёзное предложение, молодой человек. Если вы действительно обладаете этими предметами, можете считать себя богатейшим из людей. — Он еще раз перебрал каждую фотографию и продолжил: — Но всё это лишь красивые драгоценные вещи. И они замечательно смотрелись бы у кого-то в коллекции или, например, на шее у кокетливой красавицы, — Давид указал на снимок с изображением прекрасного колье с платиновыми подвесками, где внушительные брильянты соревновались по красоте с изящными изумрудами. Но вам нужны деньги. Ведь так? — он снова посмотрел на парня и добавил: — А чтобы всё это превратить в конвертируемые средства, нужно какое-то время и... солидный покупатель. Вы спросите, почему солидный? Да потому что, судя по моим предварительным подсчетам, если учесть, что все эти вещи подлинны, а также приняв во внимание их художественную и антикварную ценность, сумма, вырученная за всё это, составит астрономическую цифру.

— Ну не томите меня, пожалуйста, Давид! Говорите!

— Более ста миллионов евро, но возможно, и в несколько раз больше, — выдохнул еврей и уставился на забегавшие глазки собеседника. — Я готов взяться за это дело и в случае удачного исхода моя доля составит... пятьдесят процентов от вырученной суммы.

— Пятьдесят процентов?! — удивлённо произнёс «бомбила», — это круто.

— Молодой человек... Вы являетесь только владельцем этого сокровища, а вся работа и риск будет лежать на мне. Поверьте, это дорогого стоит. Но я сделаю для вас больше — не спрошу, откуда всё это?

Немного посомневавшись, прикинув все за и против, парень дал согласие. Они ударили по рукам, подписав, таким образом, негласный контракт.

— Оставьте мне, пожалуйста, свой номер телефона и фотографии. А это, — Давид осторожно придвинул мастерок к руке парня, — пока спрячьте и подальше. В течение месяца я вам обязательно позвоню, и мы определим план дальнейших действий.

Подельники пожали друг другу руки, «бомбила» вышел из помещения, а массивная буковая дверь звякнула на прощание бронзовым колокольчиком.

 

Долго ждать не пришлось. Через три дня Давид позвонил парню, после чего они встретились в уютном кафе, где и решили все вопросы, обсудив нюансы, касающиеся известного дела. Покупатель нашёлся быстро. И это неудивительно. Масонское братство готово было отдать последние деньги за реликвии, которые до сих пор считались безвозвратно утраченными. Щепетильный еврей сделал всё тонко и аккуратно, что свойственно этой нации. Он даже помог отрыть персональный счёт на имя своего подельника, приобрести небольшой особнячок в Штатах и получить вид на жительство в той же стране. Да и сам он, конечно же, не остался внакладе.

 

Теперь «бомбила» сидел, как говорится, на чемоданах. Через два месяца, когда утрясутся все бюрократические формальности, которыми занимался нанятый им адвокат, — намечен отъезд из страны. Жена и дети были счастливы. Все давно мечтали оставить нестабильную, в отношении проживания, родину и уехать в более предсказуемое и защищенное государство. Своего сына он определил в престижный колледж, где по приезде на новое место жительства тот сразу должен приступить к учёбе. Дочку, которой надлежало пойти в первый класс, также пристроили в солидное учебное учреждение. Всё последнее время с детьми занималась приглашённая высокооплачиваемая преподавательница английского языка.

Квартира и старенькие «Жигули» подготовлены к продаже, а новые хозяева уже вступали в свои права сразу же после отъезда семьи. В общем, всё складывалось замечательно. Парень даже стал понемногу забывать, откуда на него свалилось это богатство?! Каким образом он стал владельцем огромных банковских счетов?!

На улице стоял конец августа. Уставшие от летней жары деревья сбрасывали отдельные пожухлые листья, подбирая для себя элегантные жёлто-красные наряды и не спеша, готовились к торжественному осеннему дефиле.

Даже теперь, когда «бомбила» стал немыслимо богат, он не перестал заниматься извозом. Это занятие ещё оставалось у него в крови, и парень нет-нет, да и разъезжал на своей «копеечке» по соседним улицам в поисках потенциальных клиентов. Делал он это не из-за денег. Нет. Ему скорее не хватало простого общения, к которому он так привык.

С официальной работы «бомбила» уволился, а его начальник на прощание, в знак благодарности за хорошее исполнение своих обязанностей, выписал ему небольшую премию.

 

Во время одной из таких вылазок, когда на улице уже темнело, а горожане спешили после работы домой, парень заметил священника, вероятно католика, стоявшего на краю тротуара, в надежде поймать вечернее такси. Он был облачён в чёрный костюм, а пальцами левой руки перебирал жёлтые четки, которые удивительно сияли при свете фар подъехавшей машины. Когда священник открыл дверь автомобиля и заглянул внутрь, у парня перехватило дыхание. Он даже отпустил руль и стал медленно отползать, пока выпуклый подлокотник не упёрся ему в подреберье. Лицо пастыря как две капли воды походило на физиономию старика, владельца диковинной трости. И если бы «бомбила» не был уверен, что тот мертв, то наверняка отдал бы богу душу прямо там, в своей машине.

— Мне, хотеть ехать аэропорт! Я, встречать мой коллега! — с ужасным акцентом прогнусавил священник. Затем, немного смутившись, произнёс: — Почему вы на меня так смотреть? Я очень пльохо сказать по-русски?

Убедившись, что всё в порядке, а человек просто очень похож на умершего старика, парень успокоился.

— Нет проблем, — проговорил он, — сто баксов вас устроит?

— Да, да. Я дать вам такие деньги, но мне надо бистро, самолёт, нельзя опоздать! — он плюхнулся на переднее сиденье, прикрыл глаза и принялся перебирать камни чёток, шепча обветренными губами вечернюю молитву.

«До аэропорта не меньше часа езды, — прикинул бомбила, — учитывая пробки, все полтора. По окружной ещё дольше. Самый короткий путь через бульвар, мимо моего дома. Да, это наилучший вариант, — он резко принял влево и, проигнорировав две сплошные линии, развернулся в обратном направлении.

Машина двигалась по бульвару с приличной скоростью, а сильный боковой ветер, прорываясь между домами, временами встряхивал людей, не давая водителю расслабиться и насладиться свежеуложенным асфальтом. Вскоре показался его дом — старая, облезлая хрущёвка. Он с трудом отыскал свои окна. Свет не горел.

«Где же моя семейка? — подумал «бомбила». — Пацан наверняка во дворе с друзьями. Жена с дочкой собирались в магазин, на соседнюю улицу».

— Мы можем не успевать! Бистро, бистро! — затараторил вдруг очнувшийся пастырь. — Я платить вам двести баксов, только очень торопиться!

Эта фраза подействовала на прожженного извозчика словно красная тряпка на разъярённого быка, и он инстинктивно надавил на педаль акселератора...

И снова лицо. Детское, до умиления родное лицо дочери. Оно увеличивалось с бешеной скоростью. Их взгляды встретились. Они находились совсем рядом, и далеко. Людей разделяло стекло — прочное стекло автомобиля.

«Всё это уже было, — стучало у него в мозгах, — было давно. Это проклятое дежавю».

И темнота... Затем слабый свет... После плач. Рыдание обезумевшей от горя жены, склонившейся над бездыханным маленьким телом.

Разбитая машина стояла на обочине, обняв искореженным капотом фонарный столб.

«Бомбила» приоткрыл глаза. Его онемевшие ноги сдавило распёртым железом.

«Что с пассажиром? — пульсировало у него в висках. — Что с ним? — парень с неимоверным усилием, превозмогая адскую боль, повернул голову в сторону соседнего кресла».

Рядом никого не оказалось. Только жёлтые чётки, свернувшись гремучей змеёй, покоились на промятом сиденье. Они лежали, источая слабое свечение, походя на выложенный магический круг. Затем скреплённые между собой камни замерцали зелёными искрами, и растворились в угасающем сознании человека, расползаясь бледными удаляющимися всполохами.

 

 

Эпилог

 

— Эти уроды большего не заслуживают, — произнёс озлобленный санитар, вываливая содержимое половника в очередную алюминиевую миску. Затем, брезгливо стерев тряпкой со стола пролившуюся субстанцию, обратился к пожилой коллеге: — На! Неси им это дерьмо.

— Тише! Тише! — негромко зацыкала женщина в нестиранном, белом халате, ставя посуду с пищей на широкий потемневший поднос. Они же услышат!

— Да хрен с ними. Они всё равно ничего не соображают.

— Э-э-э, не скажи, — заговорщицки пролепетала она. — Среди них есть всякие. Не все такие, какими кажутся. Кто-то и от тюрьмы косит, а иные от мира отдыхают, — сказала женщина и перекрестилась.

— Как это — от мира? — спросил, недоумевая быковатого вида санитар.

— Одни люди в монастырь идут, ну а те, кто в бога не верит, к нам, в «дом скорби» стремятся.

— А медкомиссия?

— Молодой ты и глупый. Знаешь, сколько способов, а главное причин, сюда попасть существует?!

— А тот хромой? — санитар кивнул на молодого человека, который проковылял через всю столовую и притаился в углу, задумчиво уставившись в одну точку, — с виду вроде нормальный, только угрюмый чересчур.

— Этот бедолага дочку свою на машине сбил, с тех пор умом-то и тронулся. Вообще он смирный. Но бывают минуты, когда на него вдруг что-то находит. То — начинает головой о стены долбиться, а иной раз норовит глаза себе выдавить. Только намедни смирительную рубашку сняли.

— Ну, этот не жилец. Знавал я таких, — смягчившись, вздохнул санитар и повесил половник на край здоровенной кастрюли.

Формула небытия — Бумеранг для “бомбилы”

http://ruskayausadba.ru/ деревянные стулья под старину купить.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com