ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Вера ЕРМАК


 1    2    3

 

Крестница ветра

Ночи я — доченька, ветру я — крестница...

Вечно — по лезвию, шаг — до погибели...

Квасятся ливнями месяц за месяцем —

Холст облаков ими прорван и выбелен...

 

Звезды в прорехах — налипшими мошками,

Хоть бы смахнуть — да рука не дотянется...

...Черпаю зелье заката ладошками...

Ты ли назвал меня тихою странницей?

 

Отблески слез оставляю закладками

Подле путей, где все двери не отперты...

...В омуте травы волнистыми прядками

Так и зовут заиграться в них до смерти...

 

...Манит туман журавлиными кликами...

...Каюсь, и краешком, мыслями, числам и

Дням не доверила тайны — великими

Радуги в небе висят коромыслами,

 

Соединяя нас, нынешних — с прошлыми,

Переплавляя и чувства и разумы...

И рассыпаются в пыль под подошвами

Времени фразы о том, что «из грязи мы...»

 

Млечного шляха мерцанием — лестницей, —

В пруд из небес, мелочевкой зарыбленный...

В тот, где луна все мечтала повеситься

В ветках — да только вот место не выбрала...

Я живу в хрустальном шаре

Я живу в хрустальном шаре, что в твоих руках — игрушкой, миг, который был подарен мне царевною-лягушкой, истекает, как источник, засыхающий от жара... В небе — солнце, мягкий сочник, вкусно пахнут клубы пара облаков... В небесной глуби пара птиц парит, касаясь иногда холодных стенок, горизонт — черта косая, точно рубль неразменный, одинок и бесконечен и беспечен до уморы... там — дорога недалече, за стеклянные озера, выйти б — так пойдешь по кругу, только стоит ли? Не знаю...

 

...Подтяну коню подпругу, трону гриву цвета чая, преломлю краюху хлеба, брошу часть на перепутье. Тем, кто здесь ни разу не был, не понять ни снов, ни сути, ни путей — людских и Бога, ни зачем тот хлеб преломлен... Уведет меня дорога, и пойду я как паломник по тропе из звезд и света к невесомой высшей силе, за неведомым ответом, о котором не просила, только больше невозможно без него... ты тоже... тоже...

 

...И крадется осторожно тихим холодом по коже необъявленное время, перехватывает мысли... И поблескивает стремя, все равно мне — вверх ли, вниз ли, есть ли верх и низ у шара? Конский топот за туманом, изгибается дорога по холму девичьим станом, сонной степью брызжут росы... это значит, скоро вечер...

 

Я тебе задам вопросы, если вдруг случайно встречу, если вдруг найду однажды выход из хрустальных линий, потому что ты — не каждый... Может, знаешь, если иней спрятал сердце от печали, подарив меня разлуке, если на душу упали, и впитались болью глюки, как мне жить и что мне делать? Прошепчу, замру несмело, снова вслушаюсь в молчанье...

 

...Там, где ты — ветра и белый день — божественною дланью... снег, разбросанный метелью по домам и тротуарам, будет время — и капелью, озорным весенним даром, он прольется — ручейками... У меня — тепло, и травы клонят главы под руками, слева — лес и речка — справа, и летят минуты мимо многоликой пестрой стаей, костерочек тает дымом, может, от него витает в чувствах легкий запах гари?... или вовсе всё иначе...

 

Я живу в хрустальном шаре, ты — снаружи...

Незадача...

Тоска, капитан…

Тоска, капитан! Даже мысли темны и слезливы.

Колено свербит. У очков переломлена дужка...

О запахе моря напомнило б темное пиво —

Да, вот незадача — пустеет проклятая кружка.

 

Шпангоуты ребер распороты айсбергом боли,

И слов лейкопластырь не стянет, не вылечит раны...

А кажется — силы-то были... плескались... давно ли

Летели по ветру, и резали волны — тараном!..

 

И снулые рыбы прогорклых и скользких желаний

Лениво колышутся зыбью ночного прибоя,

Да только сегодня сидят за другими столами

Развратные девки... А, к дьяволу!.. Я про другое.

 

Что мимо и мимо сегодня дрейфует удача,

Все — более чем... и при чем тут какие-то юбки...

Ну хватит, короче. Не плачут мужчины. Не плачут!

Эх, якорь в корму мне, да где ж эта чертова трубка!

 

Я знаю, что пьян... до безумства... до хриплого крика

Про то, что душа — как хранилище праха и тлена...

И черпай ладонями золото солнечных бликов —

Сквозь пальцы оно протечет, и останутся — пена,

 

Прогнившие щепки, осколки надежд, и чешуйки...

Давай-ка еще по одной — эка, масть-то поперла!

А... ты все молчишь... и дымка осторожная струйка

Сырой бечевой к моему подбирается горлу...

 

Так пили же вместе... Ну, сволочь... Тамбовскому волку...

Не думай, я понял... нет сил — но для этого встану!..

 

...И брызнуло зеркало крошевом тусклых осколков —

И ссыпалось наземь, устав отражать капитана...

Я была иной…

Ты в глаза мне хочешь заглянуть? Не разочаруешься? Ну-ну…

Пробуй! Через их стальной отлив (если ты сегодня не брезглив).

Может быть, тебе и суждено рассмотреть скрываемое дно. Пузырится там — лицо приблизь! — липких снов мутнеющая слизь, и ползет чернеющая плоть, обнажая кости…Побороть запах мертвечины нету сил…та любовь, которую просил ты — а хоть и кто-нибудь другой! — на краю души одной ногой. Сердца лихорадочная дрожь.

…Ты меня, конечно, не поймешь…

Тиною болотною — тоска, а за ней, смотри, живет оскал беспощадно непреклонной тьмы…Под морозным шелестом зимы спрятан треск ломающихся рук, и зрачков расширившихся круг — черная бездонная дыра…

…я была иной.

Еще вчера…

Маска тени

От неволи до свободы — только шаг. Не больше! Слышишь — на аукционе продан мир давно — до самой крыши, от решеток и до люков, от бараков до поместий, от реальности до глюков... Покупатель — неизвестен, он всегда приходит в маске, строг, подтянут и ухожен. Занимает по подсказке слуг склоняющихся ложу и глядит с прищуром хитрым через прорези на взоры, что подобием субтитров по нему бегут. Но скоро будет день, когда предъявит он права. Листком бумаги — от безумия до яви наших дней — на кончик шпаги взденет день... Еще немного, и...

...А помнишь то, как дышит светом вешняя дорога? Ввечеру бледней и тише яркий цвет шального неба, но закат вишневым соком проступает...

...Быль ли, небыль?

...Недоученным уроком, комом в горле стали строки из непрожитого лета...

Жизнь разорвана на блоки: от заката до рассвета, от рассвета до заката... И уже скользящей тенью осень, отлетев куда-то, возвратилась сновиденьем завораживавшей сказки льдистых дней ... В глазах метели — отраженье серой краски наших будней...

...Мы хотели  прикоснуться к самым-самым драгоценным из мгновений и бродить по древним храмам, не отбрасывая тени, и, едва касаясь глади речки, что текла у сада, просто так, забавы ради, губы окунуть в прохладу... Но мечтанья позабыты, на желанья — тоже квота... Бог сыграл свою сюиту вовсе не на наши ноты. А над душами людскими вьется злоба — рыжей молью... И, за то, чтоб стать другими, приподняться над юдолью, просто жизнь переиначить, кто-то платит чем угодно — верой в счастье и удачу, и уменьем быть свободным... и старается навеки позабыть, как чьи-то сказки, страхом сомкнутые веки и слова того, кто в маске появлялся, точно чудом, посреди застывших комнат, в никуда из ниоткуда уходя... Любой запомнит этот шаг... и скрип паркета... стул, придвинутый небрежно... Хриплый голос: «Руку! Эту... СтОит!.. Я — дарю надежду! Не когда-то после смерти, а — сейчас. Дрожите? Что Вы! Всё — по правилам, поверьте... Пару капель вашей крови...»

...За закрытыми глазами пронесутся колесницы, огонек под образАми скупо высветит глазницы, и, одетые так странно, чередою мельтешений, обитатели курганов подойдут поближе... тени... Осуждающие взгляды... молчаливый знак укора...

И — опять шепчу «не надо!», и обрывки договора просыпаю — лунным светом...

...Умолкает гость безликий, раздосадован ответом, и на окнах гасит блики, усмехаясь: «Дура, что ли... впрочем, я вернусь... попозже...»

...Шаг всего лишь — от неволи.

От свободы, впрочем, тоже...

Прикосновение

Господь с тобой. А впрочем, в том ли суть...

Не в веру, даже не в ее преддверье, шагаю вновь, чтоб заново тонуть в твоих глазах... Я вечный подмастерье художника по имени Судьба — с улыбкой ироничною скитальца...

...Губами моего коснешься лба, дыханием опять согреешь пальцы, мы оба на одном живем холсте, поверишь ли — одни и те же краски, и даже в повседневной суете нам чудится порою отзвук сказки... а в голосе твоем — июльский зной, и даже ветер в сердце — тише... тише...

Я снова прошепчу Судьбе «постой», но он не обернется, чтоб услышать, а я... а что теперь мне говорить! И молча соглашаюсь с тем, кто рядом, когда следов затейливую нить опять скрывает шорох снегопада, и сыплется на землю тишина, и маревом висит под фонарями безликой тенью, зеркалами сна и продолженьем шепота, что — зря мы...

Испив полынь предательства и лжи и лоб разбив известными граблями, моля ночами: «Боже, укажи...» — мы долго шли друг к другу— кораблями... Хоть каждому и был фарватер дан, но, боль свою до паруса возвысив, мы преодолевали океан и встретились на узком-узком мысе и подставляем лица всем ветрам, так бесшабашно, как ни разу прежде, храня у сердца талисманом грамм удачи — светом крохотной надежды...

Когда взметнутся души, точно стяг, и будет небо рядом, хочешь — тронь, я , тихонько прошептав: «да будет так!» к твоей ладони прикоснусь ладонью, ни слова ни о чем не говоря — как странно, в голове сплошная каша...

Смотри, как звезды к полночи горят...

Одна из них, ты знаешь, будет нашей...

Маленькая звездная кошка

Несмотря на то, что холод и ветер,

Нараспашку открываю окошко...

Там, в вечернем полупризрачном свете

Бродит маленькая звездная кошка.

 

То ли видится она, то ли снится —

В облаках из непроглядного мрака,

Где, спеша, перемещаются спицы

Колеса извечных тем зодиака...

 

Охранять от бед — увы, не умеет.

Да и вроде — что возьмешь с этой крохи?

...Только если застываешь, немея,

Понимая, что дела слишком плохи,

 

Заклубится подле ног белым дымом,

И проявится — мерцанием — рядом...

Мягко вспрыгнет и замрет недвижимо

На коленях у тебя... Или — взглядом,

 

Тем, что все готов понять и поведать,

Прикоснется и порадует душу...

И истаивают, кажется, беды,

молоточки у висков — глуше... глуше...

 

Посидит вот так, и вдруг — легче станет,

Точно бы к тебе друзья заглянули...

Не заметишь, как уйдет. А на память —

Только отблески шерстинок на стуле...

 

Видишь, вон она? Вон там — тенью смутной...

Потянулась... а теперь — когти точит,

Где беззвучно зарождается утро,

А на вылинявшей скатерти ночи

 

Каравай луны надрезан неровно,

И вокруг по тьме рассыпаны крошки...

...Скажешь, глупо это все?

— Безусловно!

Понимаю, в небе — птицы, но кошки?..

 

Ну, додумалась — не стерпит бумага!

Сто вопросов — хоть один бы с ответом!

Ладно. Бродит как-то эта бедняга...

А куда она уходит с рассветом?!

 

...Улыбнусь в ответ. Печально немножко...

Ведь, клубком — у батареи, привычно

Спит на нашей кухне звездная кошка,

До заката притворившись обычной...

Стакан воды

Срываются в вечер скупые и нервные фразы.

Отводишь глаза, чтоб случайно не встретиться взглядом.

Ну, что ты... Я помню: никто никому не обязан.

Мы — пламя и порох, мы слишком хотели быть рядом...

Короткая трасса отрезков непрожитых судеб —

От шепота: «Боже, ты чудо!..» до «Так получилось...»

И если кому-то охота судить — пусть осудят,

А кто из нас нынче безгрешен, скажите на милость?

И в чем обвинять тебя? Ты себе это придумал...

...Прозрачны и призрачны сны перед самым рассветом

У улиц, чужих без обычного гама и шума.

Прокуренной ночи какою отплатишь монетой?

Она — вот чуть-чуть, и уйдет, фонари погашая...

А к вечеру, после заката, вернется за долгом...

 

...Опять эти слезы.

...Усмешка — твоя! — «Ты ж большая?!,

Хотя, если нравится — плачь. Но не очень-то долго...»

 

..Пытаюсь острить — я упрямей точильного круга.

А мягкость постели мне кажется ложем Прокруста...

 

...Мы просто стаканом воды предложили друг другу

Себя и — испили.

 

...Поэтому в душах так пусто.

ДРУГИЕ

Часть I.

Я не помню, я не знаю дней, в которых вы знакомы... Жизнь обыденно земная — от работы и до дома. Не зрачки — а пепелища, отболели-отгорели, вам бы все для тела — пищи, для души, понятно, зрелищ. И неважно, чьи вы дети, вам главнее те, кто выше, подставляйте им под плети ваши спины — вдруг услышат ваши крики, да заметят и, того гляди, оценят... вы не те, и вы не эти — так, собаками на сене вновь грызете чьи-то кости, потихоньку, ради скуки... ах, случайно? Что вы, бросьте! Впрочем, нет, возьмите в руки — ну себя, кого ж еще-то! Вдруг сумеете... а что я...

По квартирам, как по сотам...

Ни о чем не беспокоясь, имитируя сердечность и беспечно маясь дурью, вы б летели в бесконечность, да крыла — всего лишь курьи. И хотели бы делиться, пряча боль в стеклопосуде, с миром тем, что рядом лица те, и те — да мир не будет слушать то, что надоело и значенья не имеет. Оттого ли неумело, с неудачами — шалея, слепо ропщете на судьбы, мол, у всех сердца из стали... не жалеют... отдохнуть бы... что с того, что — не устали!..

...Не про вас, увы, Гавайи, и столичная брусчатка, вам — гремящие трамваи, и чаёк с утра. Несладкий. Ежедневная работа и попытки прыгнуть выше... От субботы до субботы жить, не думая, не слыша, хоть страдая, но не веря, втихаря плести интриги, отнеся в графу «потери» непрочитанные книги и даря тому, что ново, щедрый выплеск серой краски — удивляться ли, что снова нескладухи-неувязки преподносит жизнь на блюде тем, кто вечно недоволен...

Недоделанные люди...

Мы — другие!

Но... давно ли?..

 

Часть II.

...Где-то те, кто гнули выи, где-то те, кто шли на плаху, мы привыкли, мы такие, пусть другие рвут рубаху, нам задача: дом-работа, что-нибудь стянул, и — счастье! И не нам упасть на дзоты, до предсмертного причастья, и не нам закрыть собою от свинцовых ливней близких, мы давно сдались без боя, в нас не души — обелиски. Нет, не мрамор — голограммы, имитации — и только. Выпей пару сотен граммов, и попробуй-ка позволь-ка сам себе сказать, но честно, все, что думаешь про это. Как без мата — неизвестно...

...От заката до рассвета нас грызет нещадно совесть, с кем бы, блин, скрестить рапиры...

...Неоконченная повесть

Недоразвитого мира...

 1    2    3

Коллажи, иллюстрации

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com