Доктор Афанасьев в упор смотрел на своего пациента. «Что он от меня хочет? — думал доктор. — Издевается или просто сумасшедший?»
Дело в том, что его пациент — дряхлый старик по фамилии Айвего — уже второй час читал стихи. Прямо здесь, в кабинете врача, сидя напротив. Доктор неоднократно пытался остановить его, но тогда пациент хватался за сердце и чуть не со слезами говорил:
— Доктор, прошу ещё несколько минут, я умираю доктор, слышите! Вы ещё даже не догадываетесь, что значит умирать, но я-то, я-то знаю. Прошу, выслушайте меня! Иначе я умру прямо здесь, на ваших глазах.
— Ну, хорошо, если вы прочитаете мне ещё одно стихотворение, вы проживёте до завтра? — спрашивал измученный врач, привыкший к выходкам пациентов нервного отделения.
— Да, да, я обязательно проживу до завтра, только послушайте меня!
И он вновь начинал читать стихи. Причём не свои, а какого-то другого автора, но почему-то пациент считал своим долгом прочитать доктору именно эти стихи.
В дверь каждые пять минут заглядывали возмущённые пациенты, уже который час сидевшие в очереди.
— Ещё минуту, — говорил им старик. — Ещё одну минуту, доктор не может поставить мне диагноз.
Было странно, но Айвего говорил настолько уверенно и властно, что остальные пациенты послушно закрывали дверь и дальше ждали своей очереди.
В кабинет вошла сестра.
— Нам бы успокоительного, внутривенно, — сказал Афанасьев медсестре, показывая глазами на пациента Айвего.
Айвего вопросительно взглянул на доктора:
— Неужели вы думаете, что я сумасшедший?
— Нет, ну что вы. Знаете, это ведь просто витаминчики, я и сам их колю, иногда, — смущался доктор.
Пациент убедился, что ему желают только хорошего, и продолжил читать стихи. Когда время пребывания его в кабинете превысило 2 часа 15 минут, доктор, не в силах больше терпеть, ласково сказал:
— Знаете что, Фёдор Палыч, давайте отложим наше с вами чтение на завтра. Вы же понимаете, что там, за дверью, ждут люди, им необходима моя помощь.
— Но, доктор, уверяю вас, я до завтра не доживу.
— Фёдор Палыч, вы ещё нас всех переживёте. Эти стихи, они прекрасны, но ТАМ нужна помощь.
Айвего немного помолчал, а потом совершенно другим, серьёзным тоном произнес:
— Вот что, доктор, помощь нужна не ТАМ, а ЗДЕСЬ!
Пациент откуда-то достал пистолет и показал его доктору. Афанасьев почувствовал, как по спине побежала капелька пота.
— Я убью тебя, потом себя, если не будешь слушать.
— Хорошо, я слушаю, — спокойно ответил Афанасьев.
— Доктор, доктор, ты не слушаешь, ты только слышишь. А ты послушай, что я говорю тебе:
Не дай мне бог сойти с ума,
Нет, легче посох и сума;
Нет, легче труд и глад.
Не то, чтоб разумом моим
Я дорожил; не то чтоб с ним
Расстаться был не рад:
Когда б оставили меня
На воле, как бы резво я
Пустился в тёмный лес!
Я пел бы в пламенном бреду,
Я забывался бы в чаду
Нестройных, чудных грёз.
И я б заслушивался волн,
И я глядел бы, счастья полн,
В пустые небеса;
И силен, волен был бы я,
Как вихорь, роющий поля,
Ломающий леса.
Да вот беда: сойди с ума,
И страшен будешь, как чума,
Как раз тебя запрут,
Посадят на цепь дурака
И сквозь решётку как зверка
Дразнить тебя придут.
А ночью слышать буду я
Не голос яркий соловья,
Не шум глухой дубров —
А крик товарищей моих,
Да брань смотрителей ночных,
Да визг, да звон оков.
Доктор слушал, внимательно глядя на него и впитывая каждое слово. Айвего закончил.
Прошло несколько секунд, и пациент продолжил своё чтение, при этом наведя пистолет на доктора:
Не дай мне бог сойти с ума,
Нет, легче посох и сума;
Нет, легче труд и глад.
Не то, чтоб разумом моим
Я дорожил; не то чтоб с ним...
— Постойте, Фёдор Палыч, вы ведь только что... — перебил его доктор.
— Вот именно доктор, третий час читаю тебе одно и то же стихотворение, а ты только сейчас услышал меня... Эх, доктор... ЗДЕСЬ нужна помощь, ЗДЕСЬ, не ТАМ. Но, впрочем, ты не виноват... Никто не виноват.
Айвего убрал пистолет и скрылся за дверью.
Сразу за ним вошла медсестра.
— Успокоительное... — задумчиво сказал доктор.
ДВА ЧУВСТВА
Маленький тонкий лучик пролез в её окно, и поцеловал ещё не высохшую от слёз щёку. Она почувствовала его тепло, и отстранилась. Её маленькое, детское сердце больше не хотело никакого тепла, никаких слов, и обещаний. Оно не верило ни кому, и ни чему, было разбито, разрывалось на части и хотело кричать. Но молчало.
— Так бывает? — спросила она у луча, который расположился на стене рядом с ней.
— Да, ты не одна.
— Но ведь ты бросишь меня.
— Я люблю тебя, но солнце я люблю сильнее, и с наступлением вечера я полечу обратно, к нему.
Слёзы опять покатились по щекам.
— Значит никто не любит меня так, чтобы не бросать, чтобы не любить кого-то сильнее, значит я никому не нужна.
— Нет! Ты нужна мне, ведь если не будет тебя, то к кому я буду прилетать утром?
— Найдёшь себе другую, такую же наивную, она будет верить тебе, а ты неволей обманывать, потом полюбит тебя, а ты скажешь, что есть солнце и ты навеки принадлежишь ему, она будет плакать, а ты прилетать по утрам и целовать её щёку. А в это время у твоего солнца будет миллион таких же лучей как ты, но ты всё равно будешь любить его, ослеплённый его красотой и силой...
— Прости меня...
БУДУЩЕЕ
Вечер наступил очень скоро, даже неожиданно. Человек ложился спать с мыслями о том, что завтра наступит Будущее. Ведь он всё сделал, чтобы оно наступило, то самое, которое он так долго придумывал, и к которому стремился. Оно было солнечное и счастливое. «А почему бы и нет?» — думал человек, ведь все могут быть счастливыми, нужно просто захотеть. Так было написано в какой то книге, и психолог вечно твердил об этом. Больше не будет никаких специальных книг и психологов, теперь он сам сможет решать свою судьбу. Он уже представлял, скажет ей направо, и она послушно пойдёт, скажет налево — реакция та же.
Человек был счастлив целую ночь, такого давно не было в его жизни, с самого детства. Ночью ему опять приснилось Будущее. Оно было без образа, но человек чувствовал его, он улыбался.
Утро сменило ночь. Оно было пасмурное и хмурое. Человек открыл глаза. Всё как обычно, ничего нового. Он встал с кровати и осмотрелся: должно же быть что-то новое, хотя бы капелька чего-нибудь нового.
— Где моё Будущее? — тихо спросил он у своей комнаты.
Она не ответила, только стрелка часов сошла с места. Человек упал на колени, и закричал:
— Где моё Будущее?!
В ответ он услышал тишину. Будущее не пришло, может опоздало к 7 утра, а может перепутало адреса, но оно не пришло, не наступило.
Всё повторилось: психологи, книги, самовнушение и фальшивое счастье. Человек больше не ждал будущего, он знал, что оно не придёт. Только стрелка часов всё шла и шла по циферблату.
