ИнтерЛит в мире.

ИнтерЛит в Европе


Электронные книги «ИнтерЛита»

Дом Берлиных — литературно-музыкальный салон

Республиканский научно-практический центр «Кардиология»

OZ.by — не только книжный магазин

Ольга ЧЕРНОРИЦКАЯ


КОММЕНТАРИИ К СТАТЬЕ А.ВИНОГРАДОВА О СЕТЕВОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

Окончание. Начало здесь.

 

Цитата:

«Надеюсь, что моя попытка классифицировать графоманов на группы не будет расценена, как попытка нарушить их стройнее ряды. В первый ряд графоманов я бы поставил тех из них, которые действительно грамотно и красиво пишут, но не знают о чем писать, потому и пишут об этом своем ни о чем. Эти «красивые графоманы» обычно пробуют себя в самых разных жанрах, и их личные странички на сайте буквально ломятся от количества произведений. Этих авторов кидает от одной крайности в другую, но главная их отличительная черта — это нечеловеческие потуги на оригинальность и художественную образность в своих работах. Это часто действительно умные люди, у которых замкнуло в голове всего одну фазу, которая отвечает за литературу. Они милейшие люди, если, конечно, вы не критикуете их творчество, и общаться с ними одно удовольствие.

А во второй ряд я бы поместил графоманов со смыслом, которые обычно пишут изумительно корявым языком, но легко сочиняют очень замысловатые сюжеты. У этих «корявых графоманов» произведений намного меньше, чем у первой группы. Они менее болезненно воспринимают критику и, в принципе, самые безобидные авторы. Если бы мне предложили сделать писателя из первых двух групп авторов, то я бы непременно выбрал из «корявых графоманов», потому что стилистику еще можно отредактировать, а пустоту «красивых графоманов» остается только заполнить матом рецензий.

В третий и самый многочисленный ряд я бы поставил авторов, которые представляют собой своеобразный гибрид из первых двух групп. Они не только скверно пишут, но и не знают о чем именно надо так плохо написать, поэтому из них получаются, в лучшем случае, имитаторы третьего сорта, а в худшем случае, что чаще, эти произведения вообще идут без сорта, одним мусором. Ну, это крайнее проявление литературной бездарности у некоторых выражается в дикой агрессии к чужому творчеству, а у большинства компенсируется возможностью общаться с себе подобными авторами и как бы чувствовать себя причастными к русской литературе».

 

Ну, эта классификация не нова, достаточно вспомнить о спорах начала ХХ века о форме и содержании. Но после работ Андрея Белого, Виктора Шкловского такое деление уже недопустимо. Было принято, что совокупность как и есть что, и всякие попытки отделить мастеров формы от людей, знающих о чем писать, безуспешны. Милые пустяки Чехова кому-то милей системы Гегеля, и это не случайно.

Перечисленные Вами категории уж слишком спрямляют ситуацию в современной литературе, когда автор неравен сам себе — взять того же Виктора Ерофеева, чья диссертация о Достоевском на три головы выше всех его раскрученных романов.

Существует проблема «жанра автора» — не нашедший адекватного себе жанра автор просто обязан попробовать себя во всем и побыть графоманом Вашего первого ряда — так проще нащупать нужное. Главное, чтобы от своего жанра его не увели массмедийные ловушки.

Графоман второго ряда — это наши детективщицы, коим в интернете делать собственно, нечего. Им сразу в тираж!

 

Цитата:

«Существует ли в сетевой литературе четвертый ряд писателей, которые и пишут грамотно и умно и к тому же обладают необходимым писательским воображением. Я думаю, что им нелегко будет занять достойное место именно в сетевой литературе, потому что они упустили момент становления литсайтов и на 2-3 года опоздали с приходом в сеть. Это связано не с их запоздалой раскруткой, а с отсутствием грамотного читателя, которого как раз и не хватает в сети, где, в основном, сейчас промышляют в поисках клубнички, землянички и ежевички. Если сегодня поместить на графоманский сайт, например, «Мертвые души» Гоголя и обозвать их «Сага о приписках» автора Цоколя, то за год великий роман прочитают вместе с автором не больше 5-10 человек, причем, половина из прочитавших посетителей просто не узнает замаскированную другим названием классику. Я уверен, что без регулировщиков, то есть редакторов сайтов, привести в сетевую литературу и закрепить там настоящих авторов просто невозможно. А без этой помощи хорошему писателю просто нечего делать на литературном сайте. Уж одним из типичных примеров назову, как я случайно нашел писателя Виктора Пелевина на сайте Проза.ру, у которого за полтора года я был всего семнадцатым читателем».

 

Разместить произведение на сайте и не раскручивать его — это все равно, что выбросить его в окно: авось кто-нибудь подберет. Выбросите в окно рукопись Пелевина — кто ее поднимет? Кто ее прочтет? Из того, что Пелевин выбросил свою рукопись на помойку Проза ру и не был там поднят никем, кроме проходивших мимо бомжей, использовавших ее не по назначению, не следует вывода, что настоящему писателю нечего делать на литературном сайте. Но регулировщики нужны, конечно, есть сайты,.куда попадет далеко не каждый — регулировщик не пустит. Но почему туда курицы не ходят, как вы думаете?

 

Цитата:

«Значит, подытожим, дело здесь ни в самом графоманстве, а в управлении этим процессом на литсайтах, для чего ниже я и излагаю примерное строение этого сложного механизма.

Во-первых, главным, не побоимся этого слова, болтом в этом устройстве является администратор и владелец сайта, который на некоторых сайтах выполняет и редакторские функции. Он должен быть обязательно амбициозным человеком, иначе ему нет смысла создавать и возиться с таким нагромождением людских страстей, которые обычно не только не приносят доход, но даже не покрывают затрат на поддержание сайта. Если владелец сайта не разбирается в литературе, он обычно нанимает редактора из отличившихся перед ним авторов, но в последнем случае редакторская работа обычно не ведется, и сайт плывет по течению, постепенно превращается из литературного сайта в массовый форум, что тоже, в принципе, неплохо, так как бывает и хуже — сайт погибает».

 

Ага, а за действия этих назначенных редакторов перед уголовным и гражданским кодексом отвечать ему, администратору. С редактора взятки гладки.

Ответственность администратора и автора сайта перед обществом и великой русской литературой, заставляет его бросаться в крайности, ведь ему подведомственно то, за что привык отдуваться перед критиками лишь Господь Бог.

 

Цитата:

«Я хочу подробнее остановиться на административной верхушке литературного сайта, так как именно на нее возлагаются особые надежды по увеличению литературности ресурса. Если наемного редактора (в отличие от редактора-администратора) часто просто не бывает видно и слышно на сайте, то второй административный ряд — эксперты, номинаторы, штатные критики, члены жюри и обозреватели посильно восполняют эту потерю. В удачном раскладе туда попадают названные выше «красивые графоманы», некоторые из которых даже имеют первое время какой-то запас общесайтовского авторитета, обычно заработанного на отчаянной критике администратора сайта. Хотя даже в удачной расстановке администраторов второго ряда, они вряд ли способны объективно и грамотно отличить из массы опубликованного на сайте действительно талантливые произведения. И дело не в их предвзятости, а просто графоман-администратор все равно остается законченным графоманом, который не только сам пишет, но и думает и судит других, как настоящий графоман. Заметьте, я не предлагаю в этой статье какие-то кардинальные меры по переустройству сетевой литературы, а лишь стараюсь отразить ее состояние в данный момент».

«Ну, а существующие нынче на сайтах конкурсы еще сильнее укрепляют позиции наиболее деятельных графоманов и полностью блокируют возможность прорваться к успеху настоящему произведению. Уж смеху подобно читать белиберду какого-то неизвестного в реальной литературе автора, которого почему-то за это еще и наградили или лауреатировали в извращенной литературной форме. Ну, и то же самое я могу сказать и о призовых баллах, которые введены на некоторых сайтах, погоня за которыми подменяет графоманам сам смысл сочинительства и служит им единственным утешением их хронической неизвестности.

Уж не побоюсь дать здесь один беспроигрышный прогноз, что в ближайшие пять лет все рейтинги по читаемости на сайтах займут «красивые графоманы» определенной профессии, которые в реальной жизни будут артистами, журналистами, депутатами или просто авантюристами. Ну, то есть теми, которые обладают кроме красивого письма и разговорных навыков еще и жизненным опытом, с помощью которого и станут утверждаться и лидировать в новой сетевой литературе, причем, по всем жанрам, видимо, кроме поэтического».

 

Так для того рейтинги и задумывались, чтобы тем, кто пришел раньше, дать полную вседозволенность и возможность хвастаться собственной раскрученностью перед новичками, особенно новичками-профессионалами. Им, дедам от сетевой литературы уже ничто не закон, любое посягательство на их графоманию они считают хамством, ибо старшие здесь именно они, остальные все по сравнению с ними — новички. К тому же у старожилов есть всегда группа поддержки, завоеванная долгим и утомительным писанием рецензий на их страницах — кнут и пряник применен был к каждому из них неоднократно. Редакторы побаиваются таких старожилов — от редактора, не угодившего «деду», остаются пух и перья. Так жизненный опыт они применяют в литературе: образцы такого житейского опыта искать долго не нужно: армия и тюрьма. Ты играй по правилам, а я буду без. Мне можно все, тебе — ничего, кто звезда в рейтингах, тот и прав. Этот нехитрый кодекс усваивает здесь каждый. Здесь травят, потому что им нравится травить больше, чем сочинять. Здесь господствует дворовый тип — любимый герой советской детской литературы, исполненный презрения к отличнику и очкарику, воображале и индивидуалисту.

 

Цитата:

«А смогут ли известные бумажные писатели вытеснить из сетевой литературы этих лидеров разговорного жанра? Уж скорее выйдет наоборот, бумажным авторам из-за массового распространения Интернета придется изо всех сил защищать свои бумажные тиражи, так как сетевая литература на дискетах и дисках тоже станет постепенно платной и начнет в реальном мире конкурировать с доходностью сегодняшних книг».

 

Ну, это вряд ли. Тиражи бумажных изданий опять растут. У человека есть еще кроме всего прочего опасение за зрение, нежелание долгое время смотреть на монитор и — любовь к книге как предмету эстетичному в сути своей. Да и в метро люди не с компьютерами будут ездить, а все равно с книжками и газетками.

Искусство художника заключается в том, чтобы вовремя остановиться. Не остановившийся вовремя обречен на забвение — это все равно как если бы школьник через 11 лет своего обучения вознамерился никуда из школы не уходить и продолжать свое образование в стенах той же школы. Однако в интернете год идет за три, здесь 11-летку проходят года за четыре, и если за четыре года ты еще не в реале, считай, что тебя нет. Для настоящего писателя 4 года — это чересчур, идеальный вариант становления — год-полтора. Весь вопрос в том, какую меру интернетраскрутки уважающий себя автор может себе позволить, не став фигурой сугубо интернетовской, виртуальным художником. И вопрос о том, состоялся писатель или нет, будет вопросом о том, вовремя ли он ушел из интернета, насколько долго он позволил себе быть любителем. Любительство — вот то, что отличает интернет-издания от серьезных бумажных. И если не подниматься по ступенькам от любительства к мастерству, двигаться не по вертикали, а по горизонтали, привлекая к своему любительству все большие и большие массы читателей, то можно дойти до черты, за которой любительства уже не будет, но не будет и поэзии, и страшно подумать, самого графомана — он расползется по интернет-пространству как грязная клякса.

Интернет не оплодотворит писателя: все зачатое здесь закончится либо выкидышем, либо абортом. Когда нам кажется, что впереди созидательный этап на интернетсайтах, то мы себя жестоко обманываем: ушел из интернета затравленный Дмитрий Быков, хорошие авторы пишут здесь день ото дня все хуже и хуже. А новых звезд не предвидится. Или вернее, какие-то есть, кричат на весь мир, что они звезды, другие, помельче, на подгавке, лают на всех, кто так не считает — но в прежние времена этих графоманов не то что в толстый журнал на страницы — на порог приемной не пустили бы. Да и сейчас не пустят.

 

Цитата:

«Отвечать на традиционный русский вопрос «Что делать?» я категорически отказываюсь, потому что в этой статье я лишь поверхностно разбираю общую классификацию графоманов и поверхностную модель литсайта. Ну, просто рука не поднялась бы подробно выписать это устройство в легко узнаваемых при этом на каждом сайте реальных лицах, которых я ни коим образом не желаю обижать.

Хочу только обратить внимание на такую интернетовскую предрасположенность, как массовое самокопирование читателями понравившихся им произведений на других сайтах. А уж количество возможных ссылок при таком тиражировании во сто крат затмевают возможности самых продвинутых литературных сайтов, почтовых рассылок и уже совсем практически бесполезного спама. Полагаю, что скоро популярность некоторых произведений будет приходить сама собой, из Интернета, и достигать стотысячных или даже миллионных тиражей. Видимо, сам читатель скоро и поставит последнюю точку в долгом споре «о значении сетевой литературы», которая (в отличие от бумажной литературы) родилась исключительно в графоманской среде, но скоро от нее просто уйдет в открытый Интернет и станет использовать литсайты лишь как стартовую площадку первой публикации конкретного произведения».

 

Нет, не в графоманской среде она родилась — броуновское движение графомании — это побочный эффект, вызванный обретением неподцензурной литературой своего массового читателя. Вокруг, разумеется, расположились сайты общие, где почувствовать себя неподцензурным может каждый, но они никакой роли в развитии элитарной литературы и не будут играть, потому что на этих сайтах невозможна никакая критика (эксперимент проведен, результат — отрицательный), следовательно, невозможна и интеллектуальная реклама (иная реклама в литературе не работает). Копировать, конечно, копируют, но это явление нельзя назвать массовым. Копировать будут все равно только то, что действительно нравится. А если получаешь от какого-то текста наслаждение, то его автор — мастер.

 

Цитата:

«А что станет с сегодняшней армией графоманов? Ну, я думаю, она уже выполнила свое историческое значение и в течение пары лет просто наполовину вымрет или опустится в коматозное состояние, заменив литературные цели на обычное общение хороших людей с плохими, где каждый найдет своего виртуального друга и такого же врага.

Что касается самих сайтов, то скоро возникнет сразу несколько новых ресурсов, произойдет массовый передел графоманов и читателей, но, скорее всего, многие авторы начнут одновременно присутствовать на 2-3 сайтах, что позволит тихо и безболезненно для собственного самолюбия постепенно сбегать от увлечения писательством в реальную жизнь. Уже сейчас заметен этот уход взрослых графоманов, а средний возраст начинающего писателя с 35-45 лет быстро опустился до 20-30 лет. Это временное занятие сочинительством для подростков и совсем молодых людей вполне оправдано их возрастом, а произошедшая в последние годы в России всеобщая литературная грамотность, как нормальная революция, уже победила саму себя, и начался исход графоманов к их реальному месту в жизни».

 

Редки у нас такие особи, которые на одном только сайте присутствуют. Любая курица стремится в соседский огород забежать, и хоть ее оттуда палками выгоняют, она все равно свое. Так и человек: он расширяет пространство собственной деятельности. А графомана истреблять нельзя — отстреливать же необходимо, для того, чтобы баланс не нарушался. Где же брать темы, сюжеты, как не у графомана? Его же все равно никто не узнает, а тебя будут знать все. Кто будет твоим читателем, как не графоман, мечтающий научиться так же писать, как и ты?

Психология — наука рабов

Смертная казнь как эротика государственного самоубийства

Комментарии к статье А.Виноградова о сетевой литературе

Скорбь о промотавшихся демократах

Компьютер и сексуальная революция писателя. Литературоведение — наука или Humanities and Arts?

Самосознание сетевой литературы. Феноменология сетевого авторства

К слову о Законе и Благодати. Юрий Кузнецов, Юрий Кублановский. На II сайте.

Религия и мораль. О статье Якова Фельдмана.

Об экстремальном языке в современном Интернете

Государство и интеллигенция в автобиографической прозе Григория Залевского

Детские поэты новой волны. Нина Демичева, Юрий Гладкевич (Беридзе)

Четыре стиха Гончаровой Елены

СтатьиКритикаСтихиСодержание раздела

http://eracolor.ru/ Радиусная гибка металла оконные отливы.

Для отправки произведений, вопросов и предложений щелкните по конверту:
Перед отправкой произведений ознакомьтесь с Правилами Клуба!

СПАСИБО!

 


Использование материалов сайта возможно только с согласия автора и с указанием источника:
ИнтерЛит. Международный литературный клуб. http://www.interlit2001.com